Страница 127 из 915
– Ради всего святого! Нелл отправилась в эту поездку из-за меня. «В последний раз», пообещал ей я и попросил сопровождать меня в память о старых добрых временах. Ей не хотелось возвращаться на Льюис, в Левербург. Она терпеть не могла этот город, много лет туда не приезжала. Но вмешался я и предложил еще одно путешествие, перед тем как наши пути разойдутся. И вот каким хаосом оно обернулось!
– Все закончится хорошо, – не слишком убедительно заметила я. – Так всегда бывает.
– Всегда бывает? – хмуро переспросил Спир. – Шутишь? Слушай, говорю тебе прямо и откровенно: я не хочу знать, что ты делала прошлым летом. Нормальных людей такие вещи слишком пугают. В моей жизни убийства не случаются на регулярной основе.
– Ты несправедлив! – Я отодвинулась, и Спир взял меня за рукав. – Не надо. – Я оттолкнула его руку. – Да, я провела выходные в Бойне, сражаясь за свою жизнь, так что, наверное, в какой-то мере заслужила подобное отношение.
Я направилась прочь.
– Прости, Урсула. Мне жаль.
Я повернулась к Спиру, и ветер отбросил назад мои волосы.
– Остальным тоже жаль. Маме, к примеру. И тетушке Шарлотте с Мирабель. Кстати, знаешь, что они там обсуждают? Как у Джесс оказался твой нож.
– Что?
– Вот-вот. Это ты шастаешь по лагерю с опасным оружием, а не я.
– Постой, не я вытаскивал нож.
– Но он твой.
– В конце концов, никого не прирезали. Так какая разница?
– Ты не хотел, чтобы я рассказала остальным об Ангеле. О том, что из его кулона исчезла ртуть. Ты отлично знал об этих амулетах, потому что такой же носила твоя жена.
– Не понимаю, о чем ты. – Спир двинулся ко мне. – Я не мешал тебе говорить. И, по-моему, ты выболтала достаточно.
Я поспешила вернуться в дом прежде, чем он заметил мои слезы. И, открыв дверь, наткнулась на стоящую в коридоре маму, напоминающую расстрельную команду из одного человека. От нее не укрылось, как я вытираю глаза рукавом.
– Что ты, черт возьми, творишь?
– Ничего. Оставь меня. – Я опустила глаза.
– Зря ты за ним бегала, как глупый щенок. Мы обойдемся без него и без оружия, которое он взял с собой в поездку. Никогда не доверяй мужчине, едущему в отпуск с ножом.
Такие милые фразочки у мамы есть на все случаи жизни.
– Он наш лучший шанс выбраться с этого острова.
– Я тебя умоляю, Урсула! Ты способна спасти себя сама, без помощи посторонних.
– Мама, меня вообще не нужно спасать… Ну не считая текущей ситуации, поскольку мы в безвыходном положении. Я имею в виду, что в общем и в целом не нуждаюсь в спасении.
Мы посмотрели друг другу в глаза.
– От него одни неприятности, Урсула.
– Как и от всех остальных, судя по твоим словам. Ты предлагаешь, чтобы я жила с тобой вечно? Не всем из нас выпадает счастье встретить такого человека, как папа.
– Счастье? Ты называешь это счастьем? – Судя по маминому взгляду, сказать ей хотелось гораздо больше.
Тут открылась дверь в гостиную, и появилась тетя Шарлотта.
– О, ради бога! – Мама развернулась и поднялась по лестнице, совершенно не опасаясь трупа в одной из комнат на верхнем этаже.
Я села на скамью в коридоре, подняв вокруг себя облако пыли. По щеке беспрепятственно скатилась случайная слезинка.
– О, девочка моя, не надо! Вряд ли все настолько плохо. – Тетя Шарлотта села рядом, отчего деревянное сиденье застонало, и обняла меня мясистой рукой. – Урсула, не суди ее строго. Особенно когда дело касается мужчин.
– У нее был папа.
– Вот именно, милая.
– Не понимаю. – Я подняла голову, заглядывая тетушке в лицо, и несколько слезинок упали на ее твидовый пиджак, ненадолго застыв там серебряными каплями.
– Знаешь, дорогая… – Тетя неловко поерзала. – Ну, скажем, он был такой же, как большинство из нас – не грешник, но и не святой.
Я пристально уставилась на нее, и тетя поджала губы, словно боясь, как бы с них не сорвалось что-нибудь еще.
– Тетя Шарлотта… и что это значит?
Она покачала головой.
– Мне не следует…
– Как это «не следует»? – Я схватила ее за руку. – Не следует чего?
Тетя посмотрела на лестницу – возможно, чтобы убедиться в отсутствии мамы. Или же, напротив, надеялась, что она до сих пор там?
– Большего я не могу сказать, Урсула.
– Но ты должна! – Я крепче сжала ее руку. – Раз уж начала, не замолкай на полуслове.
– Начала что? – уточнила Мирабель из дверей гостиной. Трудно сказать, сколько она тут простояла.
– Ничего, Мирабель. – Тетя Шарлотта с виноватым видом поднялась на ноги.
– К тебе слово «ничего» не применимо, Шарлотта.
– О, прости, не так выразилась. Я имела в виду, ничего такого, что касалось бы тебя. Семейные дела. – Она протиснулась мимо Мирабель в гостиную.
Подруга матери окинула меня прищуренным взглядом.
– Предупреждаю, если это как-то связано с Пандорой…
– Дамы. – В дом вернулся Спир. Листья от порыва ветра разлетелись по полу, будто спеша убежать от чего-то, вошедшего сейчас через дверь. – Давайте унесем отсюда тело. – Он целенаправленно двинулся по коридору.
– Вот это разговор! – Бутылконос, подмигнув, прислонился к дверному косяку гостиной, улыбнулся мне и зашелся в очередном приступе сухого кашля.