Страница 55 из 59
Глава 26
ГЛАВА 26. ЭТО ЛЮБОВЬ?
Агент прибыл за полночь, когда тишина особняка была настолько пронзительной, что звенела в ушах. Я не спала, сидела в его комнате, пила вино, отчаянно желая сбросить налипшую тоску с плеч. Я не могла объяснить себе, почему мне так тоскливо. Я богата, я жива, у меня все отлично, но на душе пустота. Дыра такая черная и глубокая, что вылила туда уже полбутылки и легче не становилось.
У Макконнелла была легкая поступь, практически не слышная. Он сбросил куртку и устало сел на соседний стул, налил в свободный бокал вина, выпил залпом.
– Устал? – тихо усмехнулась, хотя веселого мало.
– Ты что здесь делаешь?
Холодный тон мешал мне расслабиться
– Тебя жду.
Я думала это очевидно. Дама в красивом пеньюаре, с бутылкой вина. Разве это не логично?
– Зачем?
И вправду, зачем я его ждала, такого холодного и бессердечного. Я с ним ночь провела, а он словно не помнил об этом. Не верилось, что забыл. Неужели причина его холодности в чем-то другом.
– Скучно, - пожала плечами, от чего шелк халата скатился с одного, оставляя неприкрытой бретельку.
– Скучно, – жестко повторил за мной Бенедикт и снова налил себе вина. Выпил опять залпом и откинулся на спинку стула. Затем полез в карман и бросил на стол тюбик.
– Это что? - Я прочитала этикетку, затем подняла взгляд на агента. Уже веселее. – Судя по названию, защита какая-то.
– Молодец, отлично играешь. – Макконнелл взял тюбик, задумчиво повертел в руках. - В бокале, что стоял на прикроватной тумбочке в спальне твоего дяди Давида, был яд, а еще следы этого средства, которое я нашел в твоей спальне.
– Только в моей? – уточнила я, прекрасно зная, что такое средство было в каждой комнате. Освальд позаботился о защите гостей, я лишь воспользовалась.
– Я не у всех смотрел, но этот тюбик пользованный.
– Странно, я первый раз вижу это средство.
– Это легко проверить, сделав анализ смывов с кожи твоих рук.
Я посмотрела на свои пальцы и, подавшись вперед к мужчине, протянула их.
– Вперед, проверяй.
Макконнелл не сдвинулся с места, только бросил тюбик на стол и вновь прикрыл на миг глаза.
Он явно устал, и вино не шло ему на пользу.
– Кто освободил детей? – хрипло спросил он, впиваясь в меня своими почерневшими омутами.
– Полиция, - не стала играть в «несознанку», только добавила сарказма. - Местная полиция.
Да, не федералы, не грозные сотрудники с Земли, а местные. Просто взяли и сделали то, что не под силу было сделать специальному агенту. Это его злило. И злоба его была бессильной.
Я встала и, зайдя за спину Бенедикта, стала массировать его каменные плечи.
– Точно это была не ты? - тихо уточнил агент, а я рассмеялась.
– Ты обо мне какого-то неверного мнения. Я же не всесильная.
– Но их нашли, как ты и просила.
– Да, я просто попросила.
– Да… - Бенедикт замер, схватил меня за руку и больно дернул, заставляя обойти его с боку. - У кого еще ты попросила?
Злобный оскал и жгучая неприязнь в глазах. Бенедикта от усталости явно уже вело.
– Ты ревнуешь? Зря.
Я склонилась и поцеловала Макконнелла, он словно этого ждал, схватил меня в жесткие объятия, усадив на свои колени, и жадно ответил на поцелуй. Клеймил меня горячими губами, заставлял таять под натиском своей страсти.
– У кого ты попросила, Ками? Скажи.
Я ласково погладила его по щекам, ощущая пробившуюся щетину на скулах.
– Забудь, тебе их не взять. Они тени. Я сама не знаю, у кого я попросила.
– Так не бывает.
– На Полунии много что бывает, Бенедикт. Много чего странного и непонятного. Главное, что дети спасены. И завтра, возможно, найдутся еще.
– Что они попросили взамен?
Я вновь поцеловала агента, стала раздевать его. От него пахло полицейским участком, но сейчас мне было плевать на ароматы, на то, как жестко Бенедикт перехватывал инициативу. Хотелось раствориться в жарком соитии, чтобы забыть этот день, забыть цену за спасение детей. Про разговор в столовой. Про то, что я опять не могла спать. Про все забыть, только секс. Животный, жесткий, с перчинкой легкой боли от необузданной страсти. Бенедикт властно раздвинул мои колени, накрыл своим горячим телом. Стянул сорочку, спутывая в ней мои руки над головой. Я словно пойманная преступница, и нет возможности ни царапаться, ни хвататься за волосы. Только подчиняться, подстраиваясь под размеренные толчки. Наслаждение от колючих поцелуев электрическими разрядами пронзало тело. И я тонула в своих стонах, в своих ощущениях наполненности, сладкой неги. Кровать тихо скрипела под нами, постельное белье спуталось и валялось в ногах. Бенедикт не отпускал меня ни на миг, каждый раз ускоряя темп. Капли пота серебрились на его коже в сумраке комнаты. Я и сама взмокла. Тело ослабло, колени дрожали и разъезжались, отчего Бенедикту приходилось удерживать меня в одном положении руками.
– Ками, что ты со мной делаешь? – хрипло шепнул он, когда мы, обессиленные, рухнули на подушки.
– Что? - тихо спросила.
– Ты ведь преступница, а я должен тебя посадить.
– На свой член? Я согласна, – томно шепнула и потерлась ягодицами о его пах.
– Спи, – недовольно рыкнув, Бенедикт сильно прижал меня к себе.
Я протяжно вздохнула. Если бы я знала, что я делала. Я сама не знала. Но секс с Макконнеллом мне был нужен, чтобы не утонуть в пучине одиночества.
Наутро в новостях сообщили об очередном обыске, Бенедикт внимательно слушал ролик через свой браслет, мешая нам с Варей обговаривать ее тренировки. Сегодня я узнала, что Освальд решил предложить Варе побегать вместе с ним. И, конечно, она не отказалась, ведь я в очередной раз проспала. Просто у меня была своя утренняя тренировка верхом на одном весьма горячем жеребце, что сейчас чинно слушал новости, хмуря брови.
– О, еще детей нашли, - порадовалась я, заглядывая в виртуальный экран браслета Бенедикта. Он недовольно смерил меня взглядом.
– Местная полиция молодцы, - процедил он сквозь зубы.
– Пока не было федералов, и не чесались, а как поняли, что головы полетят, быстро переобулись, - проворчала молчаливая Аглая. Обычно она любила поговорить за завтраком о своих планах, а сегодня весьма тиха.
– Что собираетесь делать сегодня, тетушка?
– У меня свидание, – важно сообщила она, а я закатила глаза.
– Желаю отлично провести время.
– А тебе не залететь раньше свадебной церемонии. Или у вас не будет свадьбы? - ехидно выдала она, а я удивленно моргнула.