Страница 79 из 112
Глава 36. Сводня
Дианора.
Утро во дворце Ветров начиналось в уже привычных объятиях.
Кастиан не ушел до рассвета, как полагается магу, не желающему скомпрометировать ту, в чьей комнате провел ночь.
Напротив, этот нахал спокойно спал, прижимая меня к груди, и явно не собирался отстраняться. Не изменилось и то, что так знакомо упиралось в мою ногу.
— Судя по наглости, тебе и правда уже лучше, — пнула я принца в плечо.
Устало вздохнув, Кастиан прижал меня ещё крепче и неохотно открыл один глаз.
— Намного лучше, моя злюка. Но я не хотел тебя будить.
В ответ на эту отговорку я попыталась отстраниться, однако хватка на талии тут же превратилась в тиски.
— Прости, Ди. Я подвёл тебя. Из лап предателя привёл прямо на пир к волкам, — хрипло прошептал он, медленно поглаживая мою спину.
Слова принца напомнили, что Брайтон всё ещё где-то там.
Ждёт, изучает и готовится прийти за тем, что так долго охранял.
А это значило только одно — мне нужно понять, что произошло.
— Три кинжала, — прошептала я, рассматривая светлый шрам на его шее.
Силы всё ещё было недостаточно, но если яд и остался, мне удалось хотя бы замедлить его действие. Остальное исцелю, когда немного окрепну.
— Кинжалы из металла, закалённого в Кровавой Горе, — тихо прорычал Кастиан. — Этот ублюдок сделал вид, что атакует магией, а потом швырнул клинки. Щиты не устояли. Он знал, что с такими ранами и без твоей помощи я не жилец. От чести в северянине только форма Зачарованного Леса. Во всём остальном он подлый, жалкий и трусливый пёс.
Выплюнув последнюю фразу, принц замер и тяжело задышал. Ему явно было что сказать, но он сдерживался, а я не была готова это обсуждать.
Не здесь и не сейчас.
О предательстве того, кого считала самым верным стражем, я подумаю позже. Сейчас нужно освободить дворец и вытащить отца из лап Тиманора.
Если он не пощадил собственного сына, страшно представить, что сделает с бывшим другом, чтобы заполучить его трон.
Я понимала, почему гадкий король держит отца рядом.
Все думают, что я погибла, а значит “
безумный старик
” — единственный претендент на трон Зачарованного Леса. Тиманор вполне может подсунуть ему нужную бумагу и добиться подписи, чтобы якобы законно получить корону.
Именно так алчный извращенец рассчитывал завладеть королевством, и я временно разрушила его план. Если он поймет, что с отцом ничего не выйдет, просто убьет его, обвинив в служении темной ведьме.
Сжав руку Кастиана, я заставила его открыть глаза.
— Мой отец... Ты должен присмотреть за ним. Если Тиманор поймёт, что ему не видать трона, он может навредить ему.
Маг тяжело вздохнул, притянул меня ближе и коснулся губами пальцев.
— Я попытаюсь, Ди. Но ты сама понимаешь, это сложно. Если я начну открыто помогать королю Фацио, меня обвинят в том, что я всё ещё под чарами ведьмы, и сразу казнят. Отцу только дай повод.
В его взгляде не было ничего, кроме холодного презрения. Ни удивления, ни отголосков боли. Будто он уже давно не ждал от захватчика своей короны ничего, кроме очередной подлости.
— Кажется, ты совсем не удивлён.
— Что, получив другого наследника, он пытается избавиться от лишнего претендента?
Кастиан откинулся на подушку и посмотрел в потолок.
— Я не дурак, Ди. Понимал, что это неизбежно. Если бы я женился и уехал, вероятно, он бы отстал. Но теперь…
Он замолчал, закрыл глаза и лишь глубоко, размеренно дышал, будто сдерживая то, что рвалось наружу.
Без Сафиры ему некуда идти, а Тиманор рано или поздно попробует снова. Наш старый договор сделал Кастиана удобной мишенью. Королю оставалось лишь дождаться подходящего момента, найти повод и подписать указ о казни.
План созрел мгновенно.
Мне нужен надёжный союзник и законный правитель соседнего королевства. Кастиану нужен дом и трон, который принадлежал его матери.
— Я помогу тебе вернуть наследие королевы Красилы, если ты поможешь мне найти отца для дочери и вернуть мою корону.
На мгновение принц застыл. Потом медленно повернул голову и посмотрел на меня так, словно видел впервые.
— Ты просишь меня помочь тебе найти мужа? — почти шёпотом прохрипел он.
Взгляд при этом оставался совершенно нечитаемым. Кажется, он даже забыл о предательстве отца.
Ну да. После всего, что между нами произошло, меньше всего Кастиан ожидал услышать подобную просьбу.
Однако отступать я не собиралась. Его планы на мой счёт оставались его планами, и соглашаться с ними я не собиралась.
Глядя прямо ему в глаза, я спокойно пояснила:
— Не мужа. Отца для моей дочери. Я не повторю ошибку твоей матери. Сейчас моя магия туманит разум мужчинам, но после рождения ребенка все изменится. И тогда тот, кто готов был целовать мои ноги, вполне может начать точить зубы на мой трон.
Кастиан закатил глаза, мгновенно уловив намёк.
— То есть после наших ночей ты хочешь, чтобы я помогал тебе искать любовника? Я тебе настолько противен?
Голос прозвучал хрипло и зло.
— Прости, Кастиан, но я тебе не верю. Да, моя магия признала тебя, и ты мог бы стать отцом ребёнка. Но это слишком опасно. Что, если однажды ты снова решишь, что тебе нужны мои земли и моя дочь? Что, если женишься на такой, как Сафира, а она придёт за моим ребёнком, зная, что в его жилах течет твоя кровь? Я не могу и не стану так рисковать.
— Дианора... — почти простонал он.
— Нет!
Голос эхом ударился о стены спальни.
— Я не могу тебе доверять и не хочу всю жизнь оглядываться в ожидании нового предательства. Мне не нужен муж. Не нужен король. Не нужен любовник. Мне нужна наследница. Из трёх принцев я выберу одного. Одна ночь. Один раз. Потом я откажу ему. Он никогда не узнает, что у него есть дочь. Но мне нужен тот, кто сумеет принять отказ и не станет мстить. И в этом ты мне поможешь.
Он продолжал смотреть на меня так, словно не верил услышанному. Напряженно. Обиженно. С плохо скрываемым гневом.
Только гнев не поможет вернуть ему украденную корону. А я могу.
— В обмен на трон, — напомнила я.
— В обмен на трон, — сипло повторил он.
Кастиан смотрел так, будто я собственноручно вонзила ему кинжал в грудь и теперь медленно проворачивала лезвие.
Но лучше я раню его гордость, чем однажды снова получу нож в спину.
Брайтон преподал мне бесценный урок. Доверие — роскошь, которую настоящая королева не может себе позволить. Даже тот, кто клянётся в преданности и любви, может лишь играть свою роль.