Страница 49 из 112
Глава 23. Новая пытка
Дианора.
Ничего нового в свитке не появилось.
Король Морас исполнил условие, обещанное дочерью, осталось дождаться урожая из поселков и открыть Колыбель.
Несколько недель, а потом эта нелепая игра закончится.
Выдохнув, я сообщила Брайтону новые правила и откинулась в кресле.
Пока принцу не нашли лежанку, он отправился развлекать старого короля. Принцесса заливисто рыдала в комнате, а я вместо удовольствия от свершившейся мести ощущала только пустоту.
Как бы Светлая ни притворялась ведьмой, а стать такой же, как эта парочка подлецов, у меня не вышло.
Я не испытывала удовольствия, причиняя другим боль. Разве что в первое мгновение, но ему на смену быстро приходила усталость, и от этого я злилась уже на себя.
Ближе к полуночи я вернулась в покои.
Магия жгла внутри, но я игнорировала почти терпимый зуд.
Кастиан спал или делал вид. Глаза закрыты, дыхание ровное, даже рубашку едва распахнул. Кажется, наследника не смутило место у камина. Или Брайтон просто увеличил количество сонного зелья.
Главное — это сработало.
Выдохнув, я смыла с себя тяжёлый вечер, а потом забралась в постель.
Почему-то сегодня привычный способ выполнить уговор не сработал. Зуд нарастал, магия жгла грудину, а я крутилась, тёрла грудь и старалась убедить себя, что скоро всё пройдёт.
Даже зелье выпила, чтобы наверняка.
Спустя несколько часов боль не ушла. Наоборот, стала сильнее, и я тихо застонала.
— Если перестанешь упрямиться и пустишь меня на кровать, станет лучше, — прозвучал сиплый голос от камина.
Он не спал.
Просто лежал с видом статуи, игнорируя магию, которая обжигала хуже костра.
— Я потерплю. Когда ты уснёшь, всё сработает, — процедила сквозь зубы, впиваясь пальцами в кожу.
В грудь будто тлеющие угли положили, и ни попытки растереть её, ни сонное зелье не помогали.
А ещё не помогал маг, который вместо того, чтобы уснуть, сел на лежанке и устало провёл ладонью по лицу.
— Это не работает, Дианора. Ты и сама понимаешь, просто упрямишься. Позволь лечь рядом, и тогда мы оба сможем немного поспать.
— Тебя не будет в моей постели, даже не надейся. Рано или поздно кто-то из нас уснёт, и всё закончится. Я выпью ещё зелья, — прорычала я.
Поднявшись, я подошла к столику, но тут же оказалась в крепкой мужской хватке.
— Упрямая злюка, ты влила в себя целый стакан. Твой пёс влил в меня два. Это не работает! — зашипел Кастиан, прижимая меня к себе.
Я это знала, но просто не могла пустить его в свою постель. Не после того, что видела сегодня.
Однако мерзавец так не считал. Он сжал меня крепче и явно собрался устроиться в кровати.
— Если ты посмеешь лечь в мою кровать, клянусь, завтра я буду пытать твою так называемую жену, пока она не сорвёт голос от крика! — выплюнула я.
Принц замер, но хватку не ослабил. Только грудь начала вздыматься чаще, выдавая, что слова попали в цель.
— Подло втягивать её во всё это, — наконец глухо бросил он.
— Не тебе читать мне лекции о нравственности. Целую неделю ты, как похотливая псина, сношался с ней за моей спиной. А потом, как последний мерзавец, смел ложиться рядом со мной.
Магия, которая почти утихла, внезапно хлынула наружу, обвивая Кастиана, словно желая обжечь. Однако даже после этого он не отпустил.
Тихо шипел от боли, сквозь зубы цедил ругательства, сделал несколько шагов от кровати, передумав осквернять мою постель.
— Что ж, сама виновата, — наконец выдал он.
Прежде чем я успела освободиться, этот наглец подхватил меня магией и уложил на свою лежанку. Хуже того — сам лёг рядом, крепко прижимая к груди.
От подобной безрассудной бесстрашности я даже перестала сопротивляться.
— Ты в своём уме? — ошарашенно выдохнула, впиваясь ногтями в его руку.
— Ты не пускаешь меня к себе, значит, будем спать на моей кровати. Если снова начнёшь протестовать, можем переместиться на пол.
— Или я могу огреть тебя магией и уйти спать в свою постель. Ты просто потеряешь сознание вместо того, чтобы уснуть, и у меня перестанет всё болеть, — ядовито бросила я.
Кастиан за спиной тихо хохотнул.
— Как для Светлой, ты слишком кровожадная, Ди. Но ты и сама знаешь: если сделаешь это, словишь откат по договору, — в его голосе звучало слишком очевидное самодовольство.
Самоуверенность Кастиана одновременно возмущала и поражала.
Развернувшись в его руках, я лукаво улыбнулась.
— Отпусти, иначе... — глаза опасно блеснули.
— Спи, Дианора. Между мной и Сафирой уже давно ничего нет. С того самого дня, как я встретил Светлую, я просто не мог смотреть на других. И тем более не спал с ней в твоём дворце. Наоборот, я наконец решился ей во всём признаться и отпустил. А теперь перестань выдумывать то, чего нет, и спи.
Голос звучал слишком уверенно, а глаза прожигали насквозь.
Но я буду полной дурой, если снова куплюсь на его ложь.
Нет уж. Я наслушалась сказок принца и не настолько глупа, чтобы снова попасть в ту же ловушку.
— Я не верю тебе, Кастиан, но это неважно. Скоро ты покинешь моё королевство и будешь спать с кем пожелаешь. А теперь отпусти, иначе я за себя не ручаюсь.
— Я не боюсь тебя, Ди, — криво усмехнулся он.
Что ж, он сам это выбрал.
Сверкнув глазами, я завела руку за шею и сняла медальон.
Усталый самодовольный вид Кастиана мгновенно сменился удивлением.
— Дианора?.. — выдохнул он, когда я перевернула его на спину и забралась сверху.
Золотые волосы волнами упали ему на грудь, а в мое бедро уперлось вовсе не мужское упрямство.
— Что ты делаешь? — сипло спросил Кастиан, когда тонкие пальцы распахнули его рубашку.
— Показываю, что бывает, если разозлить Светлую, — с улыбкой прошептала я.
Обе ладони легли на обнаженную мужскую грудь, и тёмная бровь Кастиана вопросительно поползла вверх.
— Ты собираешься наказать меня этим? — он приподнял бёдра, демонстрируя, какое именно “
наказание
” имеет в виду, но я только шире улыбнулась.
— О нет, принц Ветров. У меня есть способ получше...
Кастиан не успел отреагировать. Ладони на его груди вспыхнули, принц глухо застонал и впился пальцами в мои бёдра.
Это было почти так же хорошо, как близость. Только, в отличие от привычного обмена магией, сейчас я наполняла мага своей силой.
Если верить рассказам отца, без полноценного обмена это было опасно. Мужчина мог лишиться рассудка, обезуметь от желания или стать одержимым.