Страница 43 из 112
Глава 21. Пленница
Дианора.
Я позволила Сафире дождаться принца в тронном зале.
Расслабленно откинулась на спинку трона, подперев голову рукой, и наблюдала, как “
пустынная роза
” нервно меряет шагами каменные плиты.
Она была совсем не похожа на ту женщину, которую я помнила. Шёлк, золото, тонкий аромат дорогих масел — настоящее украшение любого дворца.
Сейчас же передо мной стояла уставшая и напуганная женщина, чья молодость уже начала увядать.
Светлые волосы были собраны в косу. Одежда запылилась после дороги, на сапогах засохла грязь. Ни следа от роскошной любовницы, которую я когда-то видела в саду.
Интересно, это разлука так сильно её изменила или бесконечные неудачные попытки выйти замуж?
Вспомнив её уверенное “
муж
”, я улыбнулась и медленно провела ногтем по подлокотнику. Этому недомужу ещё придётся объяснять, как именно он служит ведьме.
Что-то подсказывало: в своих письмах Кастиан вряд ли упомянул наш договор. И я намеренно промолчала.
Хотела увидеть их лица, когда они заведут этот разговор.
Хотела посмотреть ей в глаза, когда она узнает о его изменах.
Хотела знать, продолжит ли она после всего этого считать его своим мужем.
***
На лес медленно опустились сумерки, и тяжелые створки дверей распахнулись с неохотным скрипом.
Принц Ветров не вошёл — он почти ввалился внутрь. Грязный, в перепачканных пылью сапогах, с волосами, окончательно спутанными стихией и дорогой.
На щеке алела свежая царапина, будто урожай он собирал собственными руками. Камзол, недавно доставленный из Залива Ветров, теперь больше напоминал тряпье, в котором спят конюхи.
— Сработало, Дианора, — хрипло выдохнул он, даже не оглядываясь. — Староста подтвердил: всходы пошли. Пять поселков, к затмению у нас будет мука. Можешь проверять свой свиток…
Он продвинулся вперед, вытирая лицо тыльной стороной ладони и оставляя на коже темные разводы, а потом резко замер, заметив, что я не одна.
— Кастиан? — звонкий, дрожащий голос Сафиры разрезал тишину, словно тонкий клинок.
Принц оцепенел.
Резко, будто наткнулся на невидимую стену.
Плечи напряглись, пальцы, только что сжимавшие край плаща, судорожно дернулись. Я затаила дыхание, впившись ногтями в подлокотник. Это зрелище стоило всех моих мучений.
Кастиан медленно, слишком медленно обернулся. Окинул взором пространство и, не обнаружив ни стражи, ни магов, уставился на меня.
Его уставшие, покрасневшие от пыли глаза расширились от шока.
— Не смотри на меня так. Бедная принцесса настолько соскучилась по своему суженому, что сама явилась в логово лесной ведьмы. Или почти мужу, — с нескрываемым удовольствием протянула я.
Кастиан снова перевёл взгляд на невесту. На мгновение показалось, что сейчас он бросится к ней, рухнет на колени и станет молить о прощении.
Однако маг так и остался неподвижно стоять, будто прирос к месту.
В тронном зале повисла тишина, в которой было слышно, как в камине осыпается пепел. Кастиан медленно перевёл дух, и я почти физически ощутила, как внутри него рушится тщательно выстроенный план.
Он смотрел на Сафиру, но в этом взгляде не было ни радости, ни облегчения. Только тяжёлое, липкое осознание того, что играть в заботу со мной больше не выйдет. Не теперь. Не на глазах несостоявшейся жены.
— Сафира? — его голос прозвучал так, словно он увидел призрака.
Женщина не выдержала первой. Сорвалась с места, гулко вбивая каблуки в камень, и остановилась лишь в полуметре от него.
Я заранее позаботилась о том, чтобы она не смогла к нему прикоснуться.
От этого свидание становилось только забавнее.
— Кастиан! О боги, что она с тобой сделала? Ты весь в грязи… в крови…
Маленькие ладони в кольцах беспомощно скользили вдоль его фигуры, замирая в воздухе. А принц, пусть и не знал о запрете, не спешил заключать невесту в объятия.
— Я приехала, чтобы спасти тебя. Почему ты не написал про договор? Посмотри на меня! Я так переживала, а твой отец даже не пытался вмешаться…
Слезы блестели на её щеках, оставляя влажные дорожки. А я устроила подбородок на ладони и с интересом наблюдала за этой драмой.
Ждала, что он наконец попытается её обнять. Что черты его лица смягчатся, а в глазах хотя бы на миг мелькнет нечто большее, чем ледяная настороженность.
Хотелось увидеть ту самую искру, ради которой он когда-то предал меня, осквернив древний символ союза двух королевств.
Но Кастиан продолжал стоять истуканом.
Его взгляд метался от заплаканного лица Сафиры к моему трону.
Под маской ведьмы я ощущала странное, почти тягучее удовольствие. Холодность принца звучала громче любых слов. На любимую женщину так не смотрят.
Или он просто боялся моего гнева?
— Сафира… зачем ты приехала? — тихо спросил он, отступая.
В голосе не было ни радости, ни облегчения. Только тяжёлая, выматывающая усталость.
Неужели заметил мою магию? Или всё же опасался мести?
— Как зачем? Освободить тебя! — Сафира резко обернулась ко мне, и её глаза вспыхнули яростью. — Я договорилась с ведьмой и написала отцу. Он торгует с Кровавой Горой и Грозовой Бухтой. Это единственные земли, куда тьма почти не добралась. Мы передадим всё, что она требует, а потом ты будешь свободен. И мы наконец поженимся. После затмения мы сможем уйти!
После этих слов она одарила меня таким взглядом, что невольно возник вопрос — кто из нас здесь настоящая ведьма.
Холодная маска Кастиана даже не дрогнула. Пока он осознавал, что свобода уже близко, я медленно откинулась на спинку трона, наблюдая за ним с ленивым удовольствием.
— Как трогательно, — мой голос прозвучал как шелест сухой листвы. — Но, видишь ли, милая Сафира… Кажется, ты упустила важную часть нашего договора. Чтобы отпустить принца, мне нужно, чтобы кто-то разделил его службу.
— Я согласилась. Что ещё тебе нужно?!
Наконец Кастиан очнулся. Осмотрел Сафиру так, словно только сейчас понял, что происходит, а потом резко посмотрел на меня.
— Согласилась на что? — вырвалось у него почти рыком.
— Сократить срок договора за счет того, что она тоже будет служить мне, принц. Станет моей рабыней…
Он смотрел прямо на меня, не мигая, полностью игнорируя женщину напротив.
В его глазах не было ни привычного самодовольства, ни злости. Там появилось нечто новое.
Страх.
Только я не понимала, чего именно он испугался.