Страница 18 из 112
Глава 10. Ловушка
Дианора.
Четвертый день Кастиан находился в моём замке.
Четвёртая ночь, в которую я снова собиралась выпить усыпляющее зелье и оставить его в качестве грелки.
Буквально.
Та самая уловка, которую случайно подсказал мне отец. Подушка, которую он обнимал, согревала его по ночам, создавая иллюзию близости другого человека.
Я решила рискнуть и провернуть тот же фокус с принцем. И это сработало.
Теперь моя постельная игрушка станет постельной грелкой.
Вот только Брайтон бурчал, что я слишком легкомысленна.
Оставаться перед Кастианом беззащитной было не самым разумным решением. Я же считала, что это лучше, чем каждую ночь предавать своё тело.
Он мог угрожать мне, рычать и распускать слухи.
Но за все годы знакомства с принцем Ветров я знала, где находится граница, которую он не перешагнет.
Была уверена, что он и пальцем меня не тронет. Точно не в тот момент, когда я беззащитна и сплю в его руках.
Не знаю, что именно давало мне эту уверенность, но она была.
Более того, этой ночью я слышала, как Кастиан метался по кровати, что-то бурчал о глупой коварной ведьме, а потому приказала сделать в комнате ещё холоднее и зелье еще крепче.
Это разбудит магию и заставит его или уснуть, или, по меньшей мере, лежать молча.
А пока Брайтон следил за врагом, который снова будет спать в моей постели, я пошла в лес.
Ночь была беспокойной. Тишина во дворце угнетала. Понимание, что Кастиан бродит поблизости, не позволяло расслабиться.
Зато лес успокаивал, давал чувство безопасности и наполнял меня магией.
***
Кастиан.
Весь день я провёл в своей комнате.
Бессонная ночь не оставила сил ни на тренировки, ни на изучение дворца, ни на поиски.
Сон сморил, стоило коснуться подушки, а проснулся я от тихого стука.
— Кастиан, мой мальчик, я жду тебя на ужин, — прозвучал голос старого короля.
Пожалуй, с ним единственным мне не нужно было напрягаться.
Безумный старик был добродушным и жил в своём вымышленном мире. В мире, где моя мать и королева Лавайна были живы, а мы с Дианорой помолвлены.
Иногда мне не удавалось сдержать брезгливость, и король, несмотря на помутненный рассудок, строго прожигал меня взглядом, будто прекрасно понимал, что происходит.
— Ты совсем не знаешь Дианору, мальчик. В этом твоя ошибка. Я вручил в твои руки бессмертное сокровище. Любой другой на твоём месте носил бы мою девочку на руках, осыпал золотом и заботой. Ты же её совершенно не ценишь, а когда поймёшь — будет поздно, — поучал меня старик.
Хотелось рассказать ему, что натворила эта “
бесценная девочка
”.
Как она пленила Светлую, и теперь все семь королевств погибают без магии Солнцеликой.
Но я не стал. Улыбался и менял тему разговора.
И всё же нравоучения старика будили раздражение. Увидь он раньше, кем является дочь, возможно, нашел бы другого наследника. Завёл бы любовницу, в конце концов, или нашёл бы дурака, который женится на этой подлой гадине, чтобы получить королевство.
Разум тихо шептал, что именно таким дураком я и был. Только Дианора мне была настолько противна, что никакое королевство не смогло заставить меня на ней жениться.
Что ж, в итоге я получу трон Зачарованного Леса. Но немного иначе.
Артефакты сообщили, что наступила полночь, и я снова побрел к покоям королевы.
Всё повторилось. Обыск, ключ в замке и Дианора, которая ждала на постели.
— О нет, даже не надейся, что просто так уснёшь, — рыкнул я, одернул балдахин и обомлел.
Бледная, она лежала в холодной комнате и, кажется, едва дышала.
Ни слова, ни звука, ни движения.
Запрыгнув на кровать, я попытался разбудить женщину, как делал вчера, но её голова лишь упала на грудь, как у безвольной куклы.
Новая игра.
Еще более изощренная, чем вчера. И в этот раз мне даже не сообщили правила.
— Свернуть тебе шею проще, чем терпеть эти издевательства! — рыкнул я прямо ведьме в лицо.
Никакой реакции.
Сегодня она даже не бормотала сквозь сон. Её просто отключили.
В моих руках была холодная оболочка.
Холодная!
Слово ударило в голове, как колокол.
Страх лизал кожу, пока я пытался услышать дыхание, ощутить, как бьётся её сердце. Тихо, медленно, словно вот-вот остановится.
Моё же вот-вот вырвется из груди.
— Нет. Я не буду играть в эти игры, — вернул её на кровать, прикрыв таким же ледяным одеялом.
Выглядело жутко. Светлая кожа, чёрные волосы, разбросанные по подушке, и белое покрывало.
Картинка из юности тут же всплыла перед глазами, и к горлу подкатил ком.
— Бессердечная тварь, — выдохнул я, понимая, что она сделала это нарочно.
Именно такой я видел мать в последний раз. И сейчас — закрыть меня в тёмной комнате с худшим из воспоминаний в моей жизни.
Сорвавшись с кровати, я подошёл к двери и постучал.
— Брайтон, вшивый пёс, я знаю, что ты сторожишь свою госпожу неподалёку. Открой немедленно, иначе я вынесу эту дверь и разрушу половину дворца, — заорал я.
С другой стороны послышались неспешные шаги, а потом узкая полоска света осветила спальню ведьмы.
— Вам позволено выйти на рассвете, — прозвучал холодный голос Брайтона.
Когда свет пробился в комнату, я наконец вздохнул. Осмотрел спальню и убедился, что мой кошмар — это всего лишь тьма, усталость и жестокие пытки безумной женщины.
Но этой ночью я не собирался подыгрывать.
— Нет, этой ночью я не буду играть в ваши игры. Взывая к воспоминаниям о моей матери, твоя госпожа зашла слишком далеко. Так и передай. Ещё раз она посмеет издеваться над памятью королевы Красилы — я сверну ей шею и плевать на последствия.
Брайтон вопросительно вздернул бровь, потом наклонился, осмотрел свою госпожу, а затем меня.
В этот момент я ощутил себя ненормальным.
При свете комната выглядела обычной. Дианора спала, укрытая теплым одеялом.
Но ещё мгновение назад я видел всё по-другому.
— Выпусти, — снова повторил я.
Пакости ведьмы уже лишают меня рассудка. За два года такой жизни она получит то, чего добивалась. Безумную постельную игрушку.
— Мне жаль, Ваше Высочество, но вы не можете покинуть комнату раньше рассвета. Ваша задача — согревать госпожу до утра, — холодно отказал он.
Судя по тому, что впервые Брайтон назвал меня по протоколу, выглядел я откровенно паршиво. Но это не помешало псу закрыть дверь, оставляя меня в кромешной тьме со спящей ведьмой.