Страница 47 из 60
Оборотень скрылся в приемной, а я снова посмотрела на Али. Мы работали вместе достаточно давно и часто, чтобы понимать друг друга с полувзгляда. Она искренне любила друга и была счастлива за него, честно пытаясь утрамбовать солидарность в отношении моей кандидатуры. Все, чем я могла ей помочь в этом вопросе, это развести руками - так получилось. Зато ее супруг, кажется, был очень доволен, и спустя буквально несколько минут, я поняла, почему.
— Кажется, я выиграла, магистр, - приветствовала наше вторжение в кабинет Ирма. Огневичка курила, развалившись в своем кресле и закинув ноги в туфлях на сумасшедшей высоты каблуках на подоконник. Дымные фигурки в форме золотых монет плыли в приоткрытое окно.
— Только половину, - ухмыльнулся Фабиан, бросая настоящую золотую монету поверх каких-то документов на столе Ирмы. - Я ставил, что она сдастся после отчета.
— Али? Нора? Дарин?
— Я ставил на то, что она в любом случае не снимет родовой знак, - педантично уточнил высокий мужчина в строгом костюме с зачесанными в хвост длинными темными волосами, сидящий на краю стола Алиниэль, кивая на мою шею.
— Ах ты!.. - фыркнула менталистка, шлепая мужа по плечу.
— Я политолог, малышка, - ласково усмехнулся он. - Поэтому очень внимателен к формулировкам.
— Ты хитрое изворотливое чудовище, - Элеонора, подмигнув мне, положила на стол огневички платежный амулет.
— Вы что, тотализатор тут замутили?! - возмутилась я, едва сдерживая рвущийся наружу смех. - Я вообще-то там чуть не закончилась!
Как приятно оказаться среди своих. Даже если эти свои - ведьмы, которые спорят на золото, соблазнюсь ли я, в свою очередь, предложенным Шефом кандидатом в мужья. Сумасшедший дом, конечно, но я, неожиданно для себя, поняла, что скучала по ним. Мы могли нравиться друг другу или нет, делиться душевными тайнами или не делиться, но безусловное доверие - это то, что объединяло нас с первого дня работы. Вит действительно сотворил невозможное - женский коллектив практически без ссор и склок. И, кажется, он задумал переплести наши судьбы еще сильнее.
— Ага, - хохотнула суккуб, превращая окурок в пепел, и скидывая ноги с подоконника. - Не смогли удержаться! Тем более, что мы подстраховали тебя, как могли!
Я хмыкнула и включила подогреть недавно кипевший чайник:
— Тут не поспоришь, конечно. Особенно мне пригодился амулет правды, - я ехидно посмотрела на Элеонору. Она безмятежно пожала плечами и, подхватив свою неизменную кружку с кофе из-за спины мужа, спрятала в ней улыбку.
А Ирма продолжила:
— Ну, Гарт, сама подумай, такая шикарная комбинация! У вас же смешанные браки - невероятная редкость, а тут такой.. гм.. популярный мужчина и загадочная женщина, имевшая наглость сходу его отшить! И спустя буквально пару дней приходит вопрос о его личных качествах! Мы с Али поспорили, зачем тебе это нужно. Я ставила на то, что у вас чувства, Али.. ну, в общем, на рабочий интерес. Потом заглянули Нора с Дарином, а магистр Гроттернбергский предложил делать ставки золотом..
Алиниэль со вздохом положила на стол огненной магессы ее выигрыш. То есть эта поганка не верила, что у нас с ее другом что-то получится. Я насмешливо приподняла бровь, эльфийка ответила смущенной улыбкой. Ирма собрала амулеты в ладони, переплавляя в один и деля на три неравные части.
— Только не говори, что Жрец тоже..
— Нет, - Ирма вздохнула с притворным сожалением. - Кридан посмотрел на нас с высоты своего роста и восьмисотлетнего жизненного опыта и сказал, что теперь допускает абсолютно любое развитие событий, а вас с радостью обручит в святилище.
Дверь скрипнула и на пороге возникла мрачная некромантка.
— Кайа? И ты туда же?! - я едва не плеснула кипяток мимо чашки.
— Нет, - слабо улыбнулась она, впрочем, сразу же поняв, о чем идет речь. - Это было бы не честно..
— По отношению ко мне?
— К ним, - Кайа не сводила взгляда с Наставника. - Я же знала, чем все закончится!
Общий хохот, под который я переместилась на стул для посетителей около Ирмы, окончательно убедил меня в том, что замысел Шефа сплотить нас еще больше реализуется в полном объеме. Вопреки обычному скептицизму, захотелось присоединиться.
— Магистр Гроттернбергский, я не считаю себя ни в чем виноватой и мне не нужны ваши снисхождения, - решительно закрыла за собой дверь некромантка, не обращая внимания на зрителей.
— Снисхождения? - мужчина насмешливо вздернул бровь, принимая чашку, протянутую Али. - Магистр, не путайте теплое с мягким. Заведование кафедрой в Академии магии на моем факультете - это не оборотня с поддержкой истинной пары на ту сторону Грани не пустить!
Я укоризненно покосилась на подругу, хотя моей фантазии с трудом хватало на то, чтобы представить, что Кайа могла отразить такие подробности в официальных отчетах Академии. Она ответила таким же непонимающим взглядом. Магистр Гроттернбергский закатил глаза так громко, что, наверное услышал даже Шеф в своем кабинете через коридор и приемную. Муж менталистки, доктор Тени́, с которым я до сегодняшнего дня тоже не пересекалась, с усмешкой пришел на помощь коллеге:
— Гарта, Кайа, пока вы были на задании, мы провели ряд исследований..
* * *
— Вит?
— Проходи, - Вит сосредоточенно что-то читал с телефона, попыхивая сигаретой. Быстро что-то ответил и, отложив телефон, воззрился на гостя. - Ты понял, почему я настаивал на обеспечении тебе безопасности?
Его голос был ровным, интонации спокойными, а лицо расслабленным. Но, при этом, глаза смотрели очень внимательно и изучающе. Под этим взглядом Ингольд ИрлХаллек, без малого трехсотлетний оборотень, почувствовал себя волчонком, чья шалость чуть не обернулась непоправимыми последствиями. Память услужливо подсунула заплаканное лицо тридцатилетней эльфийки, прячущейся за гардинами утренней столовой, по губам которой он читал, как неслабо ей влетело за ночную отлучку, а еще больше - за волчьи следы вокруг дома.. Бесстрашная девчонка говорила, что убежит к нему, что станет частью стаи, но он-то не дурак, уже тогда понимал, что могут сделать с единственной наследницей Старейшины Клана! И смерть - было вообще последнее в этом списке.. каких трудов красноречия ему, тоже подростку, стоило уговорить строптивую подружку, которая еще хуже, чем он умела читать по губам, подчиниться родительской воле!
— Я все понял.. - хрипло пробормотал он, опуская голову под взглядом льдисто-голубых глаз, в глубине которых мерцали совершенно невероятные искры.