Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 134 из 378

Вчерашняя ночь тут же вонзилась в сознание: кошмар, Леама, горькие слезы, разрывающая душу боль… и он. Его тихий голос, его руки, удерживающие меня в этом мире, и моя же собственная, отчаянная мольба — остаться. Во мне бушевал вихрь противоречий — благодарность, сжигающая душу нежность, жгучее смущение и злость на свою слабость. Но он спал спокойно и безмятежно, словно не ведал ни тревог, ни забот. Его тело… Оно было поистине совершенным. Казалось, его высекли из живого мрамора, пропитанного магией и силой.

Мой взгляд скользнул по рельефным дельтам его плеч, перешел на крепкие предплечья, способные сломать врага одним движением, и опустился к грудной клетке, ритмично и глубоко вздымавшейся в такт дыханию.

А потом… я не удержалась. Взгляд пополз ниже, непроизвольный и пытливый. Карион был в белье. Оно начиналось где-то ниже пупка, от которого вниз уходила соблазнительная тропинка из темных волос, манящая прямиком… туда.

Я невольно улыбнулась, вспомнив, как врывалась к нему в купель, когда он был совершенно голым. Тогда я не успела ничего разглядеть, смущение ослепило меня.

Но сейчас… сейчас он был здесь, рядом, и я могла насытить им взгляд.

И будто почувствовав мое пытливое внимание, Карион глубоко вздохнул, потянулся — и… открыл глаза.

Я нервно сглотнула.

Щеки вспыхнули багрянцем стыда.

— Мира?

Его голос был низким, хрипловатым от сна, но в нем явно читалась знающая усмешка.

Он все видел. Он точно знал, что я только что разглядывала его так, словно хотела запомнить навсегда.

Я вздрогнула, и до меня наконец докатился весь абсурд и вся неловкость происходящего. Сердце заколотилось так громко, что, казалось, его отзвуки слышны даже в соседних комнатах. Притворно сонно потянувшись, я подняла на него глаза, чувствуя, как горят щеки, и встретила его пристальный взгляд.

— Д-доброе утро? — выдавила я, и мой голос предательски дрожал, а в голове стучала одна-единственная мысль:

«Ну почему, почему он проснулся именно в этот момент⁈»

Карион тихо рассмеялся, но затем его глаза потемнели, а взгляд стал пристальным, почти обжигающим.

— Доброе, — ответил он, а потом спросил с внезапной серьезностью: — Как ты себя чувствуешь?

— Всё хорошо! — затараторила я, стараясь говорить как можно быстрее, лишь бы отвлечь его от моего красноречивого смущения. — Просто прекрасно выспалась! Ну, если не считать тот жуткий кошмар, то ночь прошла замечательно. А… а тебе как спалось?

— Тоже неплохо, — он усмехнулся, и в его глазах мелькнуло что-то хищное, но тут же исчезло. — Сегодня можешь погулять по двору до вечера, потом тренировки.

— Одна? — я раскрыла рот от неожиданности, не веря своим ушам.

— Да, — уверенно ответил Карион.

— Я… даже не знаю…

— Хорошо, подумай пока, — он встал с кровати, и я непроизвольно отвела взгляд, чувствуя новый прилив жара к лицу. — Одевайся к завтраку, а я поставлю чайник. Кстати, мышцы не болят?

Я пожала плечами, стараясь выглядеть невозмутимой, но как только попыталась встать, тело взвыло от пронзительной боли.

— О-оой… — вырвалось у меня сквозь стиснутые зубы.

Карион ухмыльнулся.

— Болят?

— Да-а-а! — фыркнула я, корчась от неприятных ощущений. — Что тут такого смешного⁈

— Ты очень забавно скривила лицо, — рассмеялся он.

— Ну знаешь… — я скрежетала зубами, пытаясь разогнуться. — Посмотрела бы я на тебя, если бы твои ноги вывернуло наизнанку!

— Не очень представляю себе такое, — пожал плечами он. — Но боль после первой тренировки — это нормально. Я больше переживаю, как ты завопишь после сегодняшнего дня.

— А что сегодня? — насторожилась я, чувствуя, как внутри что-то замирает.

— Сегодня ты попробуешь правильно держать оружие и наносить удары.

Как ни странно, от этих слов по моей спине пробежали мурашки, а внутри вспыхнул дикий, первобытный азарт. Страх смешался с жгучим любопытством.

— Я так рада! — воскликнула я, забыв про боль. — Буду ждать вечера!

В порыве воодушевления я даже попыталась встать в подобие боевой стойки, но тут же увидела свое отражение в зеркале: растрепанные волосы, раскрасневшееся лицо, одно лишь нижнее белье…

И снова смущение накрыло меня с головой, холодной волной.

— Отлично, — произнес Карион, оценивающе скользнув взглядом по мне с ног до головы. — Одевайся.

И вышел, оставив меня в полном смятении наедине с бушующими чувствами. Я смотрела на захлопнувшуюся дверь, кусая губу до крови, и безумно хотела заглянуть ему в голову.

О чем он думает? Вызываю ли я у него такие же смятенные, непонятные эмоции, какие будит во мне он? И что же будет дальше?

* * *

Завтрак проходил на удивление мирно. Ароматный травяной напиток обволакивал теплом, прогоняя последние остатки сна, а хрустящий хлеб с сыром и вяленым мясом насыщал так, что даже мысли о предстоящей тренировке казались не такими уж страшными. Напротив меня сидел Карион, погруженный в свои мысли, молча пережевывая лепешку. А демон-кот, устроившись рядом, внимательно и как-то отрешенно смотрел в окно.

— О чем ты думаешь? — нарушила я наконец тишину, повернувшись к Кариону.

Он перестал жевать и положил ладонь на стол. Прошло мгновение — и в его руке материализовался небольшой кожаный мешочек. Я удивленно посмотрела то на него, то на мешочек. Карион молча пододвинул его ко мне.

— Держи. Это мешочек с монетами. Если сегодня пойдешь гулять, они могут тебе понадобиться.

Я нахмурилась.

Жест был неожиданным и странным.

Карион мягко улыбнулся, словно угадывая мое смятение.

— Ты знаешь, я подумал… После твоего перерождения у тебя не осталось ничего своего, никаких накоплений. А что, если мы сделаем так, что ты тоже будешь получать деньги за свою работу, как и я?

— Но я нигде не работаю, — неуверенно произнесла я, чувствуя, как смущение вновь подкрадывается ко мне.

— Это не так, — уверенно парировал Карион. — Ты так же, как и я, беспокоишься за порядок в этом мире. Ты тренируешься, готовишься к встрече с Миадой. Выходит, борьба за справедливость — это и есть твоя работа. Я хочу, чтобы ты была независима в простых бытовых вопросах, а для этого у тебя должны быть свои средства. Вот твоя первая зарплата. Аванс, если точнее.

Карион потер рукой затылок, словно не зная, что еще добавить. Его предложение тронуло меня до глубины души.