Страница 78 из 101
– А то что? – продолжила откровенно нарываться. – Выгонишь меня? Тебе не приходило в голову, что я как раз этого всю дорогу и добивалась? Давай, мам, отрекись от меня – и играйте в свои с Мираей игры дальше.
– Кто ты такая? – зашипела на меня уже сквозь слезы женщина.
– Так, девочки, а ну, разбежались по углам, – вмешался папа, прежде чем обнять жену за плечи и поспешно увести ее в другую комнату. – А ты сиди здесь! Мы не закончили, – это прилетело мне.
Что делать, пришлось послушаться. Уже только потому, что отец – единственный в нашей семье, который пытался меня понять. Может, потому, что тоже был дающим, в отличие от брата и матери. А может, из-за того, что я его первый ребенок, в котором, сколько себя помню, он всегда души не чаял.
– Кия, родная, что на тебя нашло? – со вздохом произнес папа, вернувшись примерно десятью минутами позже и опустившись рядом со мной на кровать. – Ладно, мама. Она вся на эмоциях. Беременность тяжело проходит, вот и нервничает. Но ты!
– Прости, пап. Не хотела, – отозвалась, понурив голову.
Мне и правда сделалось стыдно. Не перед мамой, нет, – перед отцом, у которого непонятно откуда вообще бралось терпение всех нас выносить и постоянно мирить. Честно, если бы не он, уже б давно в хлам разругались и разбежались кто куда. Папа был связующей нитью, якорем, фундаментом, на котором все держалось. Жаль, в нашей семье его дар передался пока только мне и сестрам. Хотя... Если маме так тяжело носить...
– Вы ждете сына? – догадалась.
– Да, – тут же приосанившись и заметно повеселев, отозвался собеседник, после чего с гордостью добавил: – Дающего. Наконец-то.
– Рада за вас.
Я постаралась произнести это как можно позитивнее. Но, судя по удивленно приподнятой в ответ брови, поняла: получилось так себе.
– Кия, девочка моя, ты знаешь, как сильно я тебя люблю?
– Да, пап.
– Тогда расскажи мне все. Прямо сейчас. Зачем ты… сделала то, что сделала? Все ведь было так хорошо.
– Хорошо? Почти все мои друзья мертвы. Со мной хотели сотворить то же, что и с мамой в свое время. По-твоему, это хорошо?
– Что плохого в том, чтобы дарить жизнь новому поколению? Более сильному и развитому. Тому, какое будет способно постоять за себя, сможет выжить в большом мире и при необходимости защитить всех нас, если заслон вдруг падет и остров обнаружат.
– Папа, ты себя вообще слышишь? Да миру плевать на нас! Всегда было и всегда будет. Единственное, что может заинтересовать людей по ту сторону от защитного экрана, – это кусок суши. Остальное – сказки Мираи, в которые вы отчего-то слепо верите.
– А если это правда?
– Поверь мне. Я была там. Три года прожила среди как обычных людей, так дающих и пьющих. Вернулась сюда целая и невредимая. Это тебе ни о чем не говорит?
– Лишь о том, что тебе невероятно повезло.
– Пф-ф-ф! – громко выдохнула, не зная, что сказать и какие аргументы еще привести.
Но куда сильнее огорчало другое: если даже отец не был готов мне поверить, то что говорить про всех остальных.
– Дочь, ответь только на один вопрос: зачем сбежала?
– Чтобы прервать порочный круг рождения, взросления, испытаний и зачатия нового поколения. Мы топчемся на месте, пап, как ты не понимаешь! Деградируем, пока сидим здесь. И я закончу начатое, чего бы мне это ни стоило.
С этими словами поспешно поднялась. Не встретив возражений относительно своего ухода, вышла из родительского шатра, где вполне ожидаемо наткнулась на все это время подслушивающего нас братца.
– У тебя ничего не выйдет, сестренка, – заключил тот.
– Да? Поспорим?
– Спрячь зубы, Кия. И оскал прибереги для других. Я тебе не враг. Не сегодня.
– Тогда кто?
– Догадайся, – раздалось с тихим хмыканьем.
– Где те, кто приплыл со мной? – спросила поспешно, сразу почувствовав неладное.
– Вон в том шатре, – кивнув в нужном направлении, отозвался Бран. – И лучше поторопись. Мор с Даном зашли в него минут пятнадцать назад. Не мне тебе рассказывать, с какой целью и чем все с большой вероятностью закончится.
– Раньше сказать не мог?! – выкрикнула, уже на всех парах мчась в указанную братцем сторону.
Только бы успеть! Ох, Риз, надеюсь, ты помнишь о моих предупреждениях и не станешь делать глупостей. Вот бы оказаться там вовремя и предотвратить катастрофу. Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Пусть все обойдется.