Страница 29 из 81
— А у нас с тобой, Лисичка, когда-нибудь было “как у людей”? — его голос стал низким, вибрирующим, он отдавался мне куда-то под рёбра.
И то ли я вымоталась, то ли у меня адреналин устал вырабатываться, но я будто бы внутренне сдалась.
— Ты манипулятор, — прошептала я, чувствуя, как оборона окончательно рушится.
— Я тактик, — поправил он. — Я обеспечиваю тыл своей семье. Ты ведь этого хотела все эти восемь лет, когда пряталась по однушкам? Чтобы кто-то пришел и сказал: “Всё, хватит. Ты в безопасности. Я всё решу”.
Я посмотрела на женщину с документами.
Та замерла, сжимая в руках ручку, и, кажется, даже не моргала, боясь пропустить развязку этой драмы.
— У меня нет выбора, да? — я снова перевела взгляд на Захара.
— Нет, конечно, — он протянул мне ручку. — Подписывай, Лисичка. Мы же не хотим всё решать каким-то плохим путём, через экспертизы, суды и юристов.
Я на секунду представила всю эту делёжку, стресс Дани… выхватила ручку.
— Ненавижу тебя, Корсаков.
Я быстро, едва не порвав бумагу, поставила подпись. Сначала в признании отцовства, а потом — вторая подпись. В акте о браке.
Всё. Мосты сожжены. Захар лично облил их бензином и поднес спичку.
Потом я ещё много раз буду вспоминать этот момент и гадать, почему согласилась. Ведь мы оба знали, что выбор у меня был. Так почему в тот момент я приняла именно это решение?
— Поздравляю, — пискнула регистраторша, торопливо шлепая печати. — Теперь можете... обменяться кольцами?
— Любишь ты меня, — спокойно констатировал Захар, не сводя с меня глаз. — Иначе не подписала бы.
Женщина вытащила кольца и подала нам.
Его рука была горячей и слегка дрожала. Совсем чуть-чуть.
— Теперь ты — Корсакова, — произнес он, надевая кольцо мне на палец. — И из этой крепости выхода нет.