Страница 10 из 29
«Ты слишком умная, чтобы устраивать драму».
Его голос в моей голове звучал теперь как приговор. Он знал. Он знал, что я подпишу. Он использовал мою веру как ресурс.
Я снова посмотрела на экран. Договор №17. Стройинвест-Прайм.
Моя виза.
Я чувствовала, как по спине медленно ползёт холод. Это не была просто измена. Это была ликвидация. Меня убирали как свидетеля и как препятствие. И Алиса была лишь дымовой завесой. Красивой оберткой для финансового убийства.
В сумке завибрировал телефон.
Я вздрогнула так сильно, что едва не уронила ноутбук со стола.
Экран светился в темноте.
«Виктор Павлович».
Я смотрела на имя на экране. Оно пульсировало, как открытая рана. Он звонил в двенадцать ночи. Он знал, что я в офисе. Или чувствовал.
Я нажала на кнопку приема. Рука не дрожала. Она онемела.
— Да, Виктор Павлович, — сказала я.
— Верочка, — голос свёкра был мягким, почти отеческим. — Ты почему так поздно работаешь? Здоровье нужно беречь.
Я смотрела на свою визу на экране.
— Доделываю отчеты, — ответила я. — Дела не ждут совета директоров.
— Правильно, — он сделал паузу. Я слышала его ровное, спокойное дыхание. — Дела не ждут. Я как раз хотел спросить… Ты нашла договор со «Стройинвестом»? Он лежал в архиве за двадцать второй год.
Я замерла. В горле стало сухо.
— Нашла, — выдохнула я.
— Хорошо. Посмотри его внимательно, дорогая. Очень внимательно. Там в конце твоя подпись. Помнишь, как ты её ставила?
Это был не вопрос. Это был удар.
Я сжала телефон так, что пластик хрустнул.
— Я помню всё, Виктор Павлович.
— Вот и умница. Спокойной ночи, Верочка. Отдыхай. Нам всем нужны силы перед советом.
Связь оборвалась.
Я сидела в темноте, глядя на мигающий курсор на экране.
Капкан захлопнулся. До совета оставались недели — но эта подпись превращала каждый день в отсчёт. Мне нужно было доказать, что я не воровка. А человек, который мог бы это подтвердить, не помнил даже собственного имени.
Я подняла глаза на окно. В отражении стекла я увидела женщину. Бледную. Смертельно усталую.
Но её глаза были сухими.
Я больше не была ресурсом. Я была целью. И если они хотели войны, они её получат.
Я открыла новую вкладку.
— Посчитаем, Виктор Павлович, — прошептала я в пустоту кабинета. — Считать я умею как никто другой.