Страница 76 из 88
— Мирель, справа начинает слабеть рука, — предупреждает он. — Переставить сейчас или ждать?
Я зову мужа женщины на его место и объясняю переход. Аларик не спорит, что способен выдержать ещё. Передаёт вес постепенно, убеждается, что женщину держат, и отходит к стене.
Через несколько минут рождается девочка и кричит так громко, что в коридоре смеётся Брина. Я укладываю её матери на грудь и лишь потом замечаю Аларика у двери. Когда он перестал быть нужен, сам вышел и теперь ждёт снаружи.
Я выхожу к нему после передачи женщины Нелле и сразу замечаю, как он бережёт правую сторону. — Бок? — спрашиваю я.
— Тянет, но терпимо. — Аларик начинает было добавлять, что мог остаться дольше, затем смотрит на закрытую дверь. — Я правильно ушёл?
Вопрос застаёт меня сильнее, чем должен. Раньше, если ребёнок оставался жив, Аларик считал способ оправданным. Теперь его волнует, правильно ли он вышел из комнаты после того, как опасность миновала.
— Правильно. Она позвала мужа. Твоя помощь закончилась.
Аларик кивает. Похвалы не просит: умывается и возвращает Рине инструменты от окна. Вечерний колокол застаёт нас во дворе, где ученицы закрывают ставни, Нелла несёт в школу запись о родах, а Тио с Рининых рук тянется к блестящей луже. Аларик весь день остаётся одним из помощников и уходит из комнат, когда его работа заканчивается.
У калитки мне хочется оставить его на ужин — просто, почти по-домашнему. Именно поэтому я молчу. Мне нужно понять, скучаю ли я по этому человеку или по старой надежде когда-нибудь чувствовать себя рядом с ним спокойно.
Аларик складывает мой лист с условиями и не возвращает его мне. — Мне можно прийти завтра? — спрашивает он, удерживая калитку открытой, но не переступая обратно во двор.
Я слышу из дома плач новорождённой девочки, шаги Неллы на лестнице и голос Брины, которая требует не оставлять чистое бельё у окна. Жду, пока Нелла ответит ей и дверь наверху закроется, и только тогда смотрю на Аларика.
— Завтра. Не раньше.