Страница 66 из 88
— Мирель? — зовёт он негромко. В этом единственном слове уже поднимается вопрос, который он обещал не задавать.
Я втягиваю воздух и возвращаюсь к кольцу. За окном твари снова ударяют в щит. Элиан остаётся внутри холодной оправы, пока мы бережём собственные минуты.
— Его звали Элиан, — говорю я, хотя имя уже звучало в хранилище и на площади. Сейчас произношу его для сына, а не для документов. — Он любил, когда Альма расчёсывала мне волосы. И толкался, если я ложилась на левый бок.
Аларик закрывает рот ладонью. Несколько секунд смотрит на кристалл, затем опускает руку.
— Я слышу, — отвечает он. Больше ничего не добавляет.
Севран предупреждает, что следующего удара матрица может не выдержать. Я беру кристалл обеими руками. Маг ослабляет центральный канал, золотая линия над ним становится тоньше, и щит за окном начинает мерцать чаще.
Один из крепостных гонгов бьёт тревогу. Рейн передаёт, что доноры готовы. Его голос доносится через трубу вместе с рёвом ветра и ударами когтей по внешней стене.
— На счёт три, — говорит Севран. — Я отделяю корень. Вы вынимаете камень вверх, не к себе. Если он зацепится, не тяните.
Я меняю хват. Аларик поднимается на колено возле края круга, но остаётся там, где я позволила. Он не касается ни меня, ни кристалла.
Севран считает. На «два» свет в зале проваливается, и по стенам проходит тяжёлый гул. На «три» центральный канал отпускает М-3.
Кристалл оказывается у меня в руках.
Золотые линии по всему залу гаснут одновременно. За смотровым окном исчезает последняя дуга щита, и холодный ветер ударяет в крепость так сильно, что лампы ложатся пламенем к стенам.
На склонах существа перестают ждать.
Они переходят границу.