Страница 24 из 35
— Дамочка, чего буяним?– растягивая слова, спросил он.
— Заберите её в участок, сержант Лотер,– науськивала мисс Меридит.– пусть посидит в каталажке денёк-другой, может, в себя придёт.
— Что происходит?– вот тут я уже не на шутку испугалась.
— Вставайте, дамочка! Сама пойдёте или силу применить?
— Вы заодно с ними? Но.. Вы..вы же представитель порядка,– попыталась я призвать к совести представителя закона.
Но какой там.. Меня и слушать не стали! Грубо схватили под руку и буквально выволокли на улицу. Я отчаянно сопротивлялась, даже пробовала кусаться, но на помощь сержанту Лотеру пришёл напарник. Вдвоём они затолкали меня в полицейский экипаж.
— Мисс Эмильрин! Эй! Ну вот, не успел отвернуться, эта девица опять нашла приключений на свою..голову!
Услышав уже почти родной голос толстяка Фрэнсиса, я едва не расплакалась от радости.
Спасена! Френсис, милый, не оставляй меня одну!
— Немедля отпустите девушку! Безобразие!..Ой! Больно-о же!
Второй полисмен выскочил из экипажа и скрутил руки мажордому.
— Это произвол, вы даже не представляете, кто мой хозяин! Да он вас в порошок сотрёт!
— Так ты ещё и пьяный!
— Рюмочка хереса.. Я всю ночь не спал, караулил умертвие под дверью!
Сержант вновь ткнул дубинкой в пухлый бок дворецкого.
— Ничего, в каталажке отоспишься!
Нас доставили в полицейский участок и выдвинули обвинения в хулиганстве и сопротивлении стражам правопорядка при аресте.
— Фамилия, род занятий?– писарь поковырялся кончиком пера в зубах и сплюнул на грязный пол.
— Эмильрин Лоури,– пояснила я.– Господин полицейский, вышло недоразумение! Я могу поговорить с вашим начальством? Ваши коллеги весьма скверно себя повели, не разобрались в ситуации и..Вы вообще меня слушаете?
— Фамилия, рад занятий,– монотонно повторил писарь.
— Я пока временно не состою на службе, но..
— Следующий! Фамилия, род занятий.
Я думала, сейчас мажордом вновь станет всем грозить карой небесной, вернее адской, учитывая статус и положение своего господина, но тот, вопреки ожиданиям, молчал. Просто закрыл рот и молчал, как рыба, и только когда нас заперли в камере, я смогла выяснить, почему.
— Если бы я назвал имя милорда, представьте, какой скандал поднялся бы в прессе? – вздохнул он, чуть не плача.– Меня бы точно уволили. Репутация дороже, чем годы безупречной службы. Таков закон жизни, мисс Лоури.