Страница 2 из 65
— Мира! — Мия попыталась дотянуться до плеча сестры, удерживаясь за пассажирское сиденье.
Мира рванулась навстречу, отпуская бесполезный теперь руль. Их пальцы встретились, но в этот момент фиолетовая вспышка ослепила обеих. Пространство внутри кабины буквально разорвало надвое. Невидимая сила резко потянула Мию назад, вглубь фургона, а затем наружу, сквозь лопнувшую обшивку. Мира успела заметить лишь бледное лицо сестры и ее растрепавшиеся волосы, прежде чем Мию утянуло в сторону, в глухую темную щель между вспышками света.
— Мия!!! — закричала Мира, но собственный голос показался ей тихим шелестом на фоне рева бури.
Новый сильный удар пришелся снизу. Машину тряхнуло так, что Мира вылетела из кресла, ударилась плечом о перегородку кухни и потеряла сознание, проваливаясь в глухую темноту.
Пришла в себя она от сильного удара. Её протащило по полу и с размаху приложило бедром о тяжелую пивную бочку. Внутри все ходило ходуном. Фургон бросало из стороны в сторону с такой силой, что деревянные стены вокруг трещали и стонали. Глиняные кружки на полках испуганно звенели, а какая-то медная чаша сорвалась с крюка и со звоном покатилась к ее ногам.
Болело левое плечо, а во рту отчетливо ощущался привкус железа — при падении она сильно прикусила губу.
Мира медленно открыла глаза, цепляясь руками за выступы деревянных лавок, чтобы не улететь в противоположный угол. Кое-как удерживая себя на месте, девушка уставилась в потолок. Он был деревянным. С массивных, потемневших от времени дубовых балок свисали пучки сушеной травы.
Где обшивка из нержавеющей стали? Где светодиодные лампы их фудтрака?
Мира резко поднялась, преодолевая дурноту и сильную качку. Она находилась в помещении, формой напоминающее их фургон, но раза в три шире и выше. Полноценная старинная кухня: огромная каменная печь вместо газовой плиты, длинная дубовая барная стойка, окованные железом бочки. Место водителя отсутствовало вовсе — вместо него в передней стене виднелась узкая, грубо сбитая дубовая дверь.
За дверью раздалось пронзительное, зловещее ржание. Фургон снова подбросило на каком-то валуне. Судя по нарастающему свисту ветра и грохоту, этот странный дом на колесах без тормозов несся на огромной скорости.
Мира, хватаясь за край стойки и уворачиваясь от летящей под ноги кухонной утвари, рванулась вперед. Она ухватилась за массивное металлическое кольцо двери, с трудом повернула его и потянула створку на себя.
Холодный ветер тут же швырнул ей в лицо горсть мелких листьев и дорожной пыли. Вокруг раскинулся чужой, пугающий пейзаж: вместо подмосковного шоссе фургон летел по узкой каменистой дороге, зажатой между стеной дремучего, мшистого леса и глубоким оврагом.
Перед ней маячило узкое сиденье кучера — козлы, за которыми бесновалось в упряжке нечто. Мира, зажмурившись от страха, перешагнул высокий порог, крепко вцепилась пальцами в деревянный борт и кое-как перелезла на сиденье, тяжело плюхнувшись на кожаную подушку. Она наконец смогла рассмотреть тех, кто тянул этот огромный дом на колесах.
В упряжке, тяжело дыша и выбивая из камней искры, неслись два чудовища. Огромные угольно-черные кони, раза в два крупнее обычных тяжеловозов. Вместо грив и хвостов у них ревело и брызгало фиолетовыми искрами настоящее пламя. Земля под их копытами подсыхала и трескалась.
Карета стремительно приближалась к крутому повороту, за которым виднелся обрыв.
— Тормози! Куда вас несет?! — на автомате закричала Мира, хватаясь за толстые кожаные вожжи, свисавшие с козел.
Левый монстр на бегу обернулся. Его огромный лиловый глаз с черным зрачком, посмотрел на Миру с явным, почти человеческим пренебрежением. Лошадь фыркнула, выпустив из ноздрей струю едкого дыма, и прибавила ход. Кони не собирались останавливаться. Они явно привыкли подчиняться силе, а не крикам испуганной девушки.
— Ах вы, полуфабрикаты недожаренные... — Мира почувствовала, как внутри нее, прямо в груди, закипает привычная, спасительная злость. Она никогда не умела сдаваться перед трудностями. В этот момент горячая, ураганная волна неизвестной доселе энергии поднялась от самого сердца к рукам.
Мира изо всей силы рванула вожжи на себя, интуитивно выплескивая эту ярость в кожаные ремни. Вожжи внезапно вспыхнули ярким золотистым светом.
— Стоять, скотины, права отберу! На колбасу пущу! — рявкнула она, вкладывая в крик все остатки сил.
Невидимый импульс магии, сорвавшийся с ее рук, осязаемым ударом пролетел по вожжам и приземлился точно на крупы коней. Кони от неожиданности резко выдохнули. Фиолетовое пламя на их шеях с шипением схлопнулось, превратившись в смешной пушистый дымок. Демонические жеребцы синхронно затормозили всеми четырьмя копытами, садясь на зады прямо в придорожную пыль.
Гигантский фургон со скрипом и скрежетом протащило вперед еще несколько метров. Колеса замерли в полушаге от края обрыва. Полетевшие вниз мелкие камни зашуршали где-то глубоко внизу.
Наступила звенящая тишина. Демонические кони сидели в дорожной пыли, как провинившиеся дворовые псы, и виновато косились на козлы.
— То-то же, — тяжело дыша, процедила Мира, вытирая рукавом толстовки пот со лба. Руки крупно дрожали. — Техосмотр вы у меня, твари, точно не пройдете.
— Ну и ну… — раздался позади нее скрипучий, похожий на шелест сухой соломы голосок. — Какая экспрессия! Какая терминология! Записываю в амбарную книгу: новая хозяйка прибыла. Кошмаров матом уложила, магией причесала. Девка боевая, одна штука. Характер скверный.
Мира резко развернулась на сиденье, готовая защищаться. Из глубины темного кухонного зала, переваливаясь с боку на бок, выкатился мохнатый серый комок шерсти. На первый взгляд он напоминал очень упитанного барсука или енота, но передвигался на задних лапах, а под мышкой крепко сжимал потрепанную кожаную тетрадь с торчащим из нее гусиным пером. Огромные круглые глаза существа смотрели на Миру с явным интересом.
— Ты еще кто? — Мира нащупала рукой тяжелую деревянную скалку, лежавшую на козлах. — Говорящая крыса?