Страница 65 из 72
Глава 21
Много лет назад.
Стража юной королевы билась за свою госпожу до последнего вздоха. Заговорщики напали на экипаж во время прогулки. Она знала — при дворе есть предатель и это только начало. Многие кланы были против того, чтобы их правитель женился на безродной чужестранке. Он встретил ее случайно, когда был на охоте в Пограничье. В пылу погони забрел в лерийский лес, в царство духов и волшебных существ. Люди, хоть раз переступившие порог запретного места, уже никогда не возвращались назад.
Король был молод, горяч и смел. Его не остановила ни пропажа спутников, следовавших за ним, ни внезапно ожившие ветки деревьев, цепляющиеся за одежду и волосы. Кто бы ни был здешним хозяином, гостей он явно не любил. Юноша обнажил меч и стал прокладывать себе дорогу. Острое лезвие сверкало в воздухе, но чем больше он сражался с невидимым врагом, тем гуще становились заросли. Наконец, выбившись из сил, он упал на землю.
— Сын человека губит все, к чему прикасается.
Что это? Шелест листьев или чей-то шепот, а может, все это ему просто мерещится? Кроль приоткрыл глаза и увидел девушку неземной красоты. Ее длинные черные волосы мягкими волнами ниспадали до самых щиколоток, прозрачное одеяние не скрывало совершенства нагого тела. Никого прекраснее в своей жизни он не видел.
— Кто ты такая?
— Я — дочь Ветра, Солнца и Земли.
— А я — правитель этой страны!
Король поднялся на ноги. Незнакомка казалась сном. Он знал, что здесь обитают лесные ведьмы, как их называли в народе, но всегда думал, что они больше напоминают призраков, а тут..
Прекрасная девушка была из плоти и крови — живая, настоящая! В то же время она вела себя, как фея, озорной лесной дух — играла, дразнила воображение, то пропадая, то появляясь среди деревьев.
Очарованный, король шел следом, устремляясь все дальше.
— Постой, как тебя зовут?
— Я дочь..
— Слышал я уже, чья ты дочь. Лучше скажи, как тебя кличут, есть у тебя имя?
Девушка остановилась, с интересом оглядывая молодого мужчину.
— Не хочешь говорить? Тогда я буду звать тебя Колючка.
— Почему Колючка? — зеленые глаза вспыхнули.
Она уже не убегала, наоборот приблизилась к королю, подняла руку и дотронулась до серебряных растрепанных волос, перетянутых кожаным шнурком. Ее теплые, нежные пальчики скользнули к лицу, — туда, где на щеке сияли три точки.
— Это — татуэ, знак высокородного, — пояснил юноша и, схватив таинственную девушку за локоть, притянул к себе.
— Так кто ты такая — Колючка?
— Ты — сын человека. Ты губишь все, к чему прикасаешься, — повторила она.
Корни деревьев поднялись из-под земли, обвивая высокие сапоги правителя Найлирии, заскреблись по камзолу, пробираясь к сердцу, готовясь разорвать могучее тело. Король знал — остался лишь один миг, еще немного и он умрет, так почему не провести это время с пользой?
Сильные ладони сжали тонкую талию, горячие губы накрыли рот нимфы страстным поцелуем. Девушка замерла бездушным изваянием, а потом покорилась, открылась навстречу, принимая ласки.
Еще никого и никогда он так не целовал в своей жизни, ее уста были слаще меда, глаза прожигали насквозь, лишая воли, растворяя страх.
— Убирайся отсюда, человеческий сын, — голос девушки дрогнул.
Корни ослабли, отползли назад, растения отступили, освобождая путь.
— Больше никогда не появляйся тут. Слышишь?
— Слышу.. слышу.. я завтра приду. На это же самое место, ладно? — король поднимает с рыхлой земли свой меч.
— Если придешь, то умрешь!
— Знаю. Но оно того стоит.. Я не пожалею ни о чем. За твой поцелуй я отдам свою жизнь, Колючка.
Он вернулся на следующий день и прождал до самого вечера. Девушка появилась лишь в сумерках — в густых волосах искрились голубые цветы, босые ступни увиты нитками с алыми ягодами.
— Я предупреждала тебя, человеческий сын.
— Помню.
Чувственные губы изогнулись в улыбке. Она не причинила королю вреда, ни в этот, день, ни в другой, а когда пришло время, он узнал, что его возлюбленная — дриада. Им подвластна магия всего живого, они царствуют в гармонии с природой и ненавидят людей, нарушающих покой и порядок здешних мест.
Отказаться от магии, вечной жизни и уйти в мир людей — немыслимо для дриады, но любовь к смертному победила. Король забрал свою Колючку, увез во дворец и сделал женой. Десять счастливых лет пролетели незаметно — влюбленные не замечали ничего вокруг, однако знать невзлюбила черноволосую чужачку и плела интриги.
Спустя годы, дриада вернулась к тому месту, которое оставила. Сердце сжалось от воспоминаний о прошлой жизни, но при этом каждое мгновение жизни земной было счастьем.
— Мы знали, что ты вернешься.
Сестры окружили ее, их ловкие пальцы распустили уложенные в прическу волосы, сняли тугой корсет, освободили от тяжелой пышной юбки.
— Я отказалась от магии, я не могу вернуться, — юная королева покачала головой.
Дриады вплели в ее длинные волосы цветы, окропили кристально-чистой водой кожу.
— Ты можешь остаться лесным духом.
— Не могу, — юная королева прижала ладони к животу.
Она ждала дитя, которое она, наконец, подарит любимому.
— Человеческие дети не приняли тебя — они губят все, к чему прикасаются.
— Они голодают. Урожаи гибнут, — та, что родилась дриадой, обняла своих сестер. — Мы должны поделиться с ними своими дарами, должны впустить магию в их мир.
— Нет. Ни за что! Мы не станем.. Человеческие дети губят все, к чему прикасаются, — и дриады отступили в тень вековых деревьев, пряча свои печальные, прекрасные лица.
— В моем чреве расцветают две жизни. Две девочки. Одна станет правительницей Найлирии, а вторая будет принадлежать другому миру. Вы примете ее — это будет платой людей за ваши бесценные дары.
— Хорошо. Пусть будет, так как ты говоришь. В восемнадцать лет душа одной из близнецов сольется с магией дриад — девушка станет одной из нас и будет охранять цветы мироздания, пока на смену ей не придет другая. Так будет повторяться из поколения в поколения. Это наше условие.
Завеса древних чар, скрывающий мир магии рухнула, впуская в Найлирию волшебство. Сухая, выжженная земля ожила, луга зазеленели, пустые сады наполнились сочными плодами, и только юная королева знала причину волшебного преображения страны..
Я с трудом открыла тяжелые веки и поняла, что нахожусь в незнакомом месте. Голова кружилась, перед глазами все плыло.
— Брендон, — имя свистящим шепотом сорвалось с пересохших губ.