Страница 11 из 29
Глава 6
— Потому что я тоже.
Тоже
? Элен моргнула, замерев как вкопанная.
Что-то
в груди предательски дрогнуло еще сильнее.
Может, осколки разбитого сердца еще можно склеить? Кто в мире знает ответ на этот вопрос?
Нет. Нет-нет и нет, этого просто не может быть. Такие мужчины не нервничают! Такие мужчины рождаются уверенными в себе! С идеальной укладкой, белозубой ослепительной улыбкой и врожденной способностью доводить женщин до сердечного приступа одним взглядом.
Маттео выглядел так, будто наверняка знал, какой эффект он производит на женщин.
И всё же…
В его глазах действительно было волнение.
Очень легкое, почти незаметное если не вглядываться слишком пристально.
Но настоящее. Он волновался как мужчина, который хотел не произвести впечатление на женщину, а как тот, кто хотел заполучить её интерес. Живой интерес, не притворный — он хотел, чтобы Элен желала узнать его суть.
Это выбило почву из-под ног сильнее.
Потому что красивый мужчина, осознающий собственную привлекательность — привычное явление.
Красивый мужчина, который смотрит на женщину так, будто действительно боится ей не понравиться?
Вот это уже…
интересно
.
Элен крепче сжала букет в пальцах.
Белые мелкие цветы пахли чем-то свежим и уже совсем летним. Маттео протянул руку.
— Andiamo?
Элен подняла взгляд.
— Это я поняла.
Её голос звучал тише.
Она прошла вглубь комнаты, оставив Маттео стоять у порога и прошмыгнула в ванную. Заткнула слив в раковине и набрала холодной воды, опустив в неё стебли цветов.
Вскинув голову, Элен увидела своё отражение в зеркале.
Глаза её светились. От предвкушения? Радости? Страха? Она не могла разобрать, но блеск этот нравился ей. И она вернулась к Маттео.
— Andiamo? — неуверенно спросила она.
— Через неделю ты уже будешь свободно говорить по-итальянски. Язык проще узнать с носителем.
— Через неделю, я сбегу обратно в Нью-Йорк.
Маттео медленно улыбнулся уголком губ.
— Нет.
Нет.
Одно тихое и уверенное слово, от которого по позвоночнику пробежали мурашки.
Боже, Элен… возьми себя в руки.
Он просто красивый итальянец. В Венеции таких полно, просто выйди на улицу и наслаждайся, ну что за реакция? Ты взрослая женщина, что только что развелась, возьми себя в руки.
Нет…
Самовлюбленный какой! Напыщенный!
Элен кусала губы, зная, что таким он уж точно не выглядел и, она могла поклясться, не являлся.
Они вышли на улицу, и теплый вечерний воздух сразу коснулся кожи.
Ночью, Венеция выглядела еще красивее.
Город будто растворялся в золотом свете фонарей. Вода отражала огни, превращая каналы в жидкое мерцающее стекло. Город любви — Париж? Как бы не так… Элен была в Париже, и там не пахло любовью так же, как в Венеции.
Элен шла рядом с Маттео и остро ощущала его присутствие.
Его плечо легко касалось её плеча при хотьбе.
Тепло его тела ощущалось приятным.
Запах этого мужчины....
Господи, этот запах сводил её с ума.
Дерево, цитрус и что-то терпкое, напоминающее дорогой табак. До безумия приятный аромат.
— Ты слишком тихая. — вдруг сказал Маттео.
Элен подняла взгляд.
— Разве?
— Si. Американки обычно говорят очень много.
— Знаешь много американок? Любитель туристок. — Элен фыркнула себе под нос, почувствовав лёгкий укол разочарования.
— Нет, la mia dolcezza, это наблюдательность. Я люблю американский кинематограф.
Элен едва не споткнулась на ровном месте.
— Что ты сейчас сказал?
Маттео выглядел совершенно невинно.
— Что у тебя красивые глаза.
— Ты врешь.
— Да, но тебе ведь понравилось.
Черт бы его побрал.
— Я сказал, что ты моя сладость, Элен.
La mia dolcezza.
Она тихо рассмеялась, качнув головой.
— Ты флиртуешь двадцать четыре часа в сутки?
— Нет. Иногда я сплю.
— Очень смешно.
— Grazie.
Он сказал это с таким серьезным видом, что Элен снова засмеялась.
И вдруг поняла, что смеется слишком часто рядом с ним.
Это пугало.
После последних месяцев в Нью-Йорке ей казалось, что внутри больше ничего не осталось, кроме усталости и злости, но рядом с этим мужчиной всё внутри будто медленно оттаивало.
Они свернули в узкую улочку. Здесь почти не было людей, только старые стены, увитые зеленью, теплый свет фонарей и вода совсем рядом.
Маттео вдруг замедлил шаг.
— Ты красивая, когда смеешься.
Элен почувствовала, как внутри всё сжалось.
Слишком прямо. Слишком легко. Слишком… искренне он говорил такие смущающие её слова.
— Ты всем женщинам такое говоришь?
Маттео задумчиво нахмурился.
— Нет.
— Лжец.
— Неужели? — он усмехнулся. — Я не умею лгать, il mio incredulo straniero, меня хорошо воспитали.
Черт, ну каков наглец! Элен отвела взгляд к воде.
Проблема заключалась не в Маттео. Проблема была в ней.
Потому что какая-то часть Элен отчаянно хотела поверить каждому его слову, хотела почувствовать себя красивой, желанной, живой.
И это было страшно.
Очень.
Другая же часть, считала его такииим врушкой, наглым соблазнителем и только.
— О чем думаешь? — тихо спросил Маттео.
Она нервно усмехнулась.
— О том, что это плохая идея.
Маттео остановился. Элен тоже замерла, подняв на него взгляд.
Господи, ну почему у него такие глаза?
— Я? — спокойно спросил он.
Она открыла рот, но закрыла его обратно.
Потому что проблема ведь действительно была не в нём.
Маттео ничего ей не обещал.
Это была их первая прогулка, они совершенно не знали друг друга, так почему она делала такие выводы прямо сейчас?
Потому что считала плохой идеей заводить новые отношения, не до конца отпустив старые. Некоторые мужчины говорят, женщины всё усложняют. Может быть, в этом была толика правды. Маленькая, крошечная щипотка. Пещинка!
Маттео не изображал великой любви.
Он просто… смотрел на неё так, будто она ему нравилась.
А Элен уже успела испугаться этого чувства.
Как же сильно её сломал Дэвид, если обычный мужской интерес теперь кажется угрозой?
— Нет. — тихо призналась она. — Не ты.
Маттео внимательно смотрел на неё несколько секунд.
А потом вдруг очень мягко коснулся пальцами её локтя.
Едва заметно.
Но от этого прикосновения кожа вспыхнула мгновенно.