Страница 95 из 122
Глава 17 Цена противоядия
Глава 17 Цена противоядия
К утру белый минерал перестал быть просто камнем из старой выработки.
Он лежал в трех чашах, измельченный до разной степени. Крупные частицы сохранили естественную структуру, средние быстрее принимали магию, а самый мелкий порошок растворялся в очищенной воде и оставлял на дне светлый осадок.
Мы провели девять опытов.
В первых двух минерал не отделил серый пепел полностью. В третьем очищающая соль оказалась слишком сильной и разрушила контрольную искру вместе с вредной связью. Четвертый состав работал медленно. Пятый оставил серый остаток свободным, но не вывел его из ткани лечебной лозы.
Шестой образец почти подошел.
Седьмой перегрелся.
Восьмой оказался бесполезным.
Над девятым мы стояли молча.
В стеклянной чаше лежал кусочек аптечной лозы, в которую заранее ввели слабую контрольную искру и небольшое количество серого пепла. Серая сеть опутывала живую ткань так же, как в крови Финна, только значительно слабее.
Тея медленно добавила три капли раствора белого минерала.
Я не использовала дар.
Только наблюдала через диагностическую пластину.
Сначала ничего не произошло.
Потом серые нити возле искры начали бледнеть. Не рваться, не сгорать и не исчезать, а терять способность удерживаться за живую магию. Одна связь отделилась от ткани, затем вторая. Минерал принимал их и возвращал в состояние обычной неактивной основы.
Контрольная искра осталась целой.
Лист лозы постепенно посветлел.
— Сколько прошло? — спросила я.
Тея взглянула на часы.
— Семь минут.
— В предыдущем опыте?
— Двенадцать, и связь осталась на краях.
Эдита взяла чистую пластину и провела над чашей.
— Остаток свободен. Можно вывести обычной серебряной нитью.
Она закрепила проводник.
Серый осадок покинул живую ткань и собрался на стекле.
Лист не потемнел.
Не скрутился.
Не потерял собственную магию.
— Повторяем, — сказала я.
Тея не скрыла разочарования.
— Еще раз?
— Еще три.
— Девятый уже работает.
— На одной ветке лозы.
— На восьми до этого не работал.
— Именно поэтому результат может быть случайным.
Она посмотрела на Эдиту в надежде на поддержку.
— Мирелла права, — ответила та. — Состав для живого источника нельзя признавать рабочим по одному опыту.
— Вы всегда на ее стороне?
— Нет. Вчера запретила ей вставать.
— Это тоже было правильно, — сказала я.
Тея вздохнула и начала готовить новые образцы.
Аптека работала с рассвета.
За дверью лаборатории слышались голоса пациентов, скрип лавок, звон посуды и шаги ведьм из Гильдии. Пепельная лихорадка не отступила, но после прекращения импульсов Центральной печи новых резких ухудшений стало меньше.
В старой бане оставались тяжелые пациенты. В «Полыни и пламени» готовили безопасные заменяющие составы, проверяли лекарства и принимали тех, кто мог ходить самостоятельно.
Я находилась в лаборатории почти без перерыва.
Эдита разрешила работать только с обычными реакциями. Дар восстанавливался медленно. Диагностический браслет светился белым, если я не пыталась чувствовать структуру слишком глубоко, и становился сероватым после нескольких минут напряжения.
Каждый раз Тея замечала раньше меня.
Она уже не просила остановиться.
Просто ставила передо мной чашку воды и ждала, пока свет снова станет чистым.
Я перестала спорить.
Девятый состав выдержал повторные опыты.
На разных образцах время очищения колебалось от шести до девяти минут. Серый пепел отделялся от живой ткани, а магия сохраняла собственную структуру.
Мы изменили только одну пропорцию: уменьшили количество соли накопления, которая должна была вытянуть освобожденный остаток наружу. В большой дозе она могла начать забирать саму силу пациента.
— Это пока не противоядие, — сказала Эдита, читая записи. — Это основа для процедуры.
— Без разделения оно не выведет пепел полностью, — согласилась я.
— Но ослабит связь.
— Значит, мой дар потребуется только для направления остатка, а не для разрушения каждого узла вручную.
— Если живой источник отреагирует так же, как лоза.
Тея посмотрела на закрытую дверь.
— Северин ждет уже два часа.
— Пусть ждет, — ответила я.
— Он не жалуется.
— Это не делает опыты законченными.
Северин прибыл раньше назначенного времени.
После спуска под старую печь Эдита запретила ему двигать правым плечом, использовать магию и оставаться без наблюдения. Связь с драконьей формой не восстановилась. Сердечный огонь сохранялся внутри, но не выходил к телу.
Он мог ходить, разговаривать, работать с документами и отдавать распоряжения городской страже.
Не мог вызвать даже одну чешуйку.
Для дракона его положения это означало больше, чем болезнь.
Совет уже временно передал управление защитой другому дому. По городу распространялись слухи, что Аркхарты потеряли силу. Несколько старых союзников отказались отвечать на письма Северина. Два родственника потребовали провести семейное заседание и назначить временного главу.
Он не пытался скрывать состояние.
Утром отправил Совету официальное подтверждение, что не способен выполнять магические обязанности.
После этого пришел в мою аптеку и согласился ждать, пока мы закончим проверку.
Десятый опыт подтвердил результат девятого.
Одиннадцатый тоже.
В двенадцатом мы добавили больше серого пепла.
Очищение заняло пятнадцать минут, но живая ткань сохранилась.
Эдита закрыла журнал.
— Для малого испытания достаточно.
Тея сразу выпрямилась.
Я не разделяла ее облегчения.
— На живом драконе концентрация будет выше.
— Да.
— Вещество закреплено возле старого ранения, связано с сердечным огнем и родовым узлом.
— Да.
— Состав может освободить пепел сразу во всем канале.
— Может.
— Тогда остаток ударит по источнику.
— Поэтому процедура проводится поэтапно.
— Или не проводится сегодня.
Эдита посмотрела на меня.
— Ты боишься испытания или пациента?
Я почувствовала раздражение.
— Это не имеет отношения к расчету.
— Имеет. Ты точна, когда признаешь, что именно влияет на решение.
— Я боюсь, что состав убьет Северина.
Тея перестала мыть чашу.