Поглоти Меня

— Он может пострадать.

— Всегда… возвращается…

Кряхтя под тяжестью Джаспера, я сжимаю его руку на своем плече, и мы вместе бредем, спотыкаясь на ступеньке. Чуть ли не падаем на стену магазина, пока я пытаюсь открыть дверь. Дергаю ручку.

Заперто.

— Серьезно? — почти визжу. — Пожалуйста, скажи, что у тебя есть ключи.

Он бормочет что-то нечленораздельное.

— Что? — Отвлёкшись, я снова бросаю взгляд в глубину переулка, высматривая кота и отчаянно надеясь больше не увидеть там Человека-Тень.

Джаспер водит рукой, будто не может нащупать дверную ручку. Раздражённо фыркнув, я запускаю руку в его карман, решив сама найти ключи. В этот же момент он обнимает меня одной рукой, прижимая мои голые плечи к холодному стеклу двери. Затем берётся за ручку и поворачивает её. Дверь открывается, словно по волшебству. Я отшатываюсь назад, когда она распахивается внутрь. Джаспер успевает удержать меня на ногах, но едва-едва.

— Клянусь, она была заперта, — выдыхаю я.

— Заедает.

Боком протаскиваю нас в открытую дверь, стараясь босыми пальцами не попасть под его ботинки. Мы вваливаемся в магазин, и я усаживаю его на ближайший стул. Джаспер безвольно заваливается набок, на чайный столик, едва не утягивая меня к себе на колени.

— Воды, — хрипит он.

— Погоди. — Выпутываюсь из его цепких объятий и мчусь обратно к боковой двери, еще раз высматривая хоть какие-то признаки кота, прежде чем закрыть ее и задвинуть засов. — Прости, котик.

Для верности опускаю небольшую рулонную штору. Затем спешу обратно в магазин к парадной двери, проверяя и ее. Она уже закрыта на замок, штора опущена. На витрине штор нет, но она настолько заставлена растениями, что свет с улицы почти не пробивается. Оборачиваюсь, оглядывая темные очертания комнаты. Ночью тут жутковато: растения отбрасывают странные тени.

Чувствуя, что окончательно сошла с ума, подкрадываюсь к стенду с ведьминскими кинжалами и снимаю один со стены. В руках он кажется чужеродным. На занятиях по методологии исследований для аспирантов основам владения ножом не учили. Но теперь я хотя бы не совсем безоружна.

— Воды, — снова хрипит Джаспер.

— Я дам тебе воды, но сначала нужно проверить, нет ли ранений. Наверное, стоит поехать в больницу. На этом острове вообще есть больница?

— Я не ранен. Просто дай воды.

Фыркнув себе под нос про «типичных мужчин», кладу нож на стол и ныряю за чайную стойку. Хватаю первую попавшуюся кружку, наполняю её водой из-под крана и подаю Джасперу.

— Держи.

Он упирается локтем в хлипкий столик и поднимает на меня взгляд. Без линз Джаспер похож на картину Ренуара. Чёрт, он даже размытым выглядит красавчиком. Он берёт кружку, подносит её к губам и осушает в три больших глотка. Потом протягивает её обратно мне.

— Ещё.

Я возвращаюсь к раковине, снова наполняю кружку и приношу обратно. Он уже сидит чуть прямее, а дыхание стало ровнее.

— Вот.

Джаспер берет стакан более уверенно и снова выпивает до дна.

— Блядь, — выдыхает он, отбрасывая кружку в сторону. Та со стуком катится по полу, скрываясь под широкими листьями растения в горшке.

Я подхожу ближе.

— Дай я тебя осмотрю.

Обхватив его лицо ладонями, я внимательно ищу хоть какие-нибудь следы травмы.

В этом полумраке его глаза выглядят странно. Зрачки так расширены, что от серебристой радужки остался лишь тонкий ободок.

— Ты его видела?

— Нет, самого нападения я не видела. — Кончиками пальцев я осторожно провожу по его шее. — Когда я выбежала на улицу, ты уже лежал на земле. Показалось, он тебя душил.

Он хватает меня за запястье и поднимает на меня покрасневшие глаза.

— Ты его видела?

— Ну да. А теперь не двигайся.

Он пытается отстраниться.

— Я же сказал, я в порядке.

Не давая ему отстраниться, я запускаю пальцы в его тёмные волосы, осторожно ощупывая кожу головы в поисках шишек или крови. Он тихо стонет и откидывает голову назад, прикрывая глаза. Обе его ладони ложатся мне на талию, пальцы широко расходятся по бёдрам.

— Что произошло до того, как я пришла? Я слышала, как ты кричал.

Медленно открыв глаза, он крепко сжимает челюсти и глухо рычит.

— На меня напали. Я всего лишь вышел вынести мусор. Дохлый кусок дерьма.

— Ты его узнал?

Он качает головой и тут же морщится от боли.

Я ослабляю хватку, переместив руки ему на плечи.

— С лестничной площадки я тоже мало что разглядела. Здоровяк во всем черном, капюшон низко натянут на лицо, так?

Его ладони медленно скользят по изгибу моих бёдер, пальцы сминают тонкую ткань моего топа, пока не касаются голой кожи.

— Ты разглядела его лучше, чем я.

Я прикусываю губу, пытаясь сосредоточиться на чём угодно, только не на том, как он ко мне прикасается. Сейчас совсем не время возбуждаться от прикосновения рук собственного босса. Он только что едва не погиб.

Кстати о руках...

— Кажется, он был в перчатках, — выпаливаю, убирая его ладони со своих бедер.

— В перчатках?

— Да. Они были похожи на скелетные кисти. Ну знаешь, такие, какие надевает какой-нибудь байкер-позёр, чтобы выглядеть круче.

Он снова тянется ко мне, но я мягко отвожу его руки.

— Джаспер, мне кажется, нам всё-таки стоит вызвать полицию. Ты так не думаешь?

— Зачем?

Я фыркаю.

— Серьёзно? Потому что какой-то тип в половине идиотского хэллоуинского костюма только что пытался тебя задушить! Ты остался жив только потому, что Пиклз всполошился и заставил меня вовремя открыть дверь. Ты просто лежал там, и… Господи… — Я прижимаю ладонь к груди.

— Что?

— Карта Смерти, — восклицаю я, показывая на прилавок, заставленный колодами Таро. — Карта, которую я тебе вытянула. Я не… То есть Фиби сказала, что я не могу на самом деле предсказать твою смерть, но… Джаспер, это ведь не я с тобой сделала?

— Нет. — Он снова протягивает ко мне обе руки и притягивает ближе, так что я оказываюсь между его широко расставленными ногами. — Таро так не работает.

— Рационально я это понимаю, — торопливо говорю, снова опуская руки ему на плечи. — Но, кажется, у меня начинается шок. Адреналин точно отпускает. И видеть тебя лежащим там было чертовски страшно. Клянусь, я не пыталась тебя убить…

— Знаю, — перебивает он, успокаивающе касаясь меня. — Ты тут ни при чём, Берди. Это был обычный грабитель, ясно? Какой-то малолетний отморозок решил по-легкому срубить денег. Вот только облом — я уже лет двадцать не ношу бумажник на острове.