Поглоти Меня

51.Дайн

51.Дайн



Охота.

Это слово наполняет меня, высвобождая существо, которое я держу глубоко внутри. Мои чувства гудят только ею — ее запахом, пульсацией ее ауры, бешеным ритмом ее драгоценного смертного сердца. Я должен проверить ее снова. Должен знать наверняка, что в первый раз это была не просто случайность. Другого пути нет. И я так чертовски голоден...

Джаспер бросается к ней.

— Берди, нет...

Слишком поздно.

Наша маленькая колибри сворачивает с дороги и бросается в деревья.

С глухим рыком я срываюсь с цепи, позволяя себе пуститься в погоню. В телесной оболочке я заперт на двух ногах. Но этот человеческий каркас молод и силен, укреплен магией База. Мне ничего не стоит сорваться с места. Я мчусь за ней, наслаждаясь ощущением взмахов рук и хрустом земли под ногами.

— Вернись! — Магия голоса Джаспера вонзается в меня, как множество рыболовных крючков, когда он пытается меня отозвать. Острия рвут меня на части, но не могут удержать. Ни один смертный не может меня остановить.

Ну, почти ни один.

Я смеюсь от возбуждения, мчась за своим человеком. Сладкий запах Берди разрушает мой контроль. Ее аура — калейдоскоп красок. Она в панике, да. В ужасе. Но там, в теплом, бьющемся центре ее сути, я вижу это. Ячувствую это. Ее страсть. Ее лесной пожар. О, она и правда воплощение всех моих грез. Она сопротивляется, но от меня ей не скрыться. Берди жаждет погони. И контроля она тоже жаждет. Что бы я ни отдал, лишь бы позволить ей взять контроль надо мной. Всё, чего я когда-либо хотел — это душу, которую стоило бы желать. Для меня не может быть богов, но всё еще может быть поклонение. Как бы я ползал ради нее. Как бы умолял.

Но сейчас ей нужно, чтобы контролировал я. Ей нужно испугаться. Она хочет, чтобы я охотился, и хочет, чтобы я победил. Этого достаточно, чтобы мои плотские руки заныли, а пальцы задергались. Я хочу сорвать это зачарованное кольцо. Хочу охотиться на нее тем, кто я есть на самом деле. Хочу схватить ее, окутать своими тенями, высасывая душу сквозь ее приоткрытые губы. Я хочу поглотить...

Она визжит, ныряя влево за ствол огромного дуба. Ее аура бьет ключом. Она думает, что ускользнет от меня? С глухим рыком я сокращаю расстояние между нами. Азарт погони усиливается присутствием Джаспера. Я охотник, но на меня тоже охотятся. Мой разгневанный ведьмак. Да, я выпью и его. Его душа принадлежит мне по праву.

Он ломится сквозь подлесок, наступая мне на пятки.

— Если ты тронешь ее, я тебя убью!

Мне остается только смеяться.

Берди спотыкается о корень, и я получаю нужный мне шанс. На мощных человеческих ногах я нагоняю ее и бросаюсь вперед, обхватывая ее талию своими плотскими руками. Повалив ее, мы оба начинаем медленно падать на землю.

— Не трогай ее! — Джаспер слишком близко, и мне это не по душе.

Назойливый ведьмак, этот человек мой!

С рычанием я не даю нам обоим упасть на лесную подстилку. Рванув Берди назад, утягиваю нас в пустоту. Она вскрикивает, и звук обрывается, когда вокруг нас закручиваются тени.

— Нет, — ревет ведьмак, его голос затихает в небытии, когда мы исчезаем. — Только, блядь, попробуй ее забрать!

Крепко держа Берди, я обхватываю ее одной рукой за талию, а второй зажимаю ей рот, выталкивая нас из пустоты подальше от нашего назойливого ведьмака. Пусть попробует найти нас на другом конце леса. Берди пронзительно кричит, переходя от падения лицом вниз к утоплению в пустоте, а затем спотыкается, оказавшись на ногах. Прижимая ее спиной к своей груди, я подталкиваю ее прямо к стволу дерева, впечатывая в него своими бедрами...

Интересно . Обычно я не делаю подобного бедрами. В форме рейфа я использую только тени и руки для охоты и пиршества. Мой плотский член дергается от возбуждения при ощущении Берди, прижатой ко мне. Возможно, это будет совсем другое пиршество.

Где-то далеко в лесу я слышу гневные крики Джаспера, теперь усиленные его магией. Он идет за нами. Ничто его не удержит. Он знает, кому принадлежит его душа.

Да, ведьмак. Иди ко мне.

В то же время я хриплю Берди на ухо:

— Не кричи. Мы же не хотим, чтобы наш ведьмак нашел нас слишком быстро.

Берди взвизгивает, продолжая вырываться. Она тычет меня локтями, отчаянно брыкается. Каблуки ее тяжелых ботинок с силой бьют меня по голеням. Маленькая гадюка даже осмеливается укусить меня за руку. С чувством победы я разворачиваю ее лицом к себе. Прижимаю к дереву бедрами, запускаю пальцы в ее волосы и резко запрокидываю ей голову. Прижавшись лицом к изгибу ее шеи, я вдыхаю сияние ее души. Персики со сливками. И утренний солнечный свет, искрящийся на поверхности озера.

Приоткрыв губы, провожу зубами по ее нежной коже, прямо над учащенным пульсом.

— Будь я вампиром, я бы вскрыл тебя прямо здесь. Выпил бы твою суть прямо из вены.

Она скулит, цепляясь за меня, даже когда сопротивляется.

— Отпусти! — Ее крошечные кулаки толкают меня, пока она выгибается назад, вжимаясь в дерево. — Кто ты, черт возьми, такой?

Я отодвигаю лицо ровно настолько, чтобы поймать ее взгляд. Затем скольжу рукой вверх, обхватывая ее тонкую шею с лаской любовника.

— О, мое сладчайшее сокровище... Я — конец. Останови меня, если сможешь.

Она снова ахает, широко распахнув глаза. Бледно-зеленый цвет почти полностью поглощен чернотой. Так красиво. Мне нравится зеленый, конечно. Но я люблю черный. Я вижу момент, когда в ее умной маленькой головке всё наконец-то встает на свои места. Наконец она понимает, кто я... и что намерен сделать.

— Нет... пожалуйста...

Слишком поздно.

Я заставляю замолчать ее сдавленную мольбу поцелуем. Ну, это не совсем поцелуй. Приоткрыв губы, я прижимаюсь ртом к ее рту и делаю вдох. В этой телесной оболочке ощущения другие. Я не могу присосаться так же. Но нельзя отрицать, что я пробую ее на вкус — ее душу, ее лучезарную красоту, ее бурлящую силу.

О боги, она — всё. Больше, чем всё. Никогда за все бесконечные годы моего беспокойного бессмертия я не пробовал такой души...

— Остановись.

Берди шипит это слово прямо мне в губы. Ее руки впиваются в мои плечи так крепко, что разорвали бы смертную плоть. Теперь уже я задыхаюсь, давясь воздухом, в котором не нуждаюсь. В одно мгновение кажется, будто железный ошейник сжимается на моем горле, и всё предвкушение пиршества исчезает. Туман охоты рассеивается, оставляя меня в головокружении и дезориентации. Со стоном, трясущимися руками, я удерживаю ее у ствола дерева, определенноне поглощая ее.