Страница 56 из 117
Глава 25. Плата за спасение жизни
Довольная тем, что и из этого спора тоже вышла победительницей, в качестве утешительного приза для проигравшей стороны все же остановила выбор на розовом. Сообщила об этом служанке и отправилась немного освежиться. А может, и ванную принять. Как пойдет. Хотя уже пару минут спустя поняла: водные процедуры в полном объеме мне сейчас совершенно точно не помешают.
Правда, стоило им закончиться, а мне – одеться и остаться одной, как настроение снова стремительно принялось скатываться ниже плинтуса. И причиной тому стало ожидание неизбежных родов, до которых оставалась еще куча времени. Хоть бы уже быстрее начались и закончились. А то находиться в этом подвешенном состоянии было все невыносимее.
– Принцесса, принести вам завтрак? – осторожно поинтересовался Крут, выглянув из-за дверей своей комнаты.
– Не хочу, – отозвалась. – Лучше позаботься о том, чтобы меня никто не беспокоил.
С этими словами забрала с кровати одну из подушек и кинула ее на ступень перед балконом, двери на который открыла минутой ранее. Из-за нагрузки, неожиданно снова обрушившейся на организм, мне откровенно не хватало воздуха. А еще сил, которые как-то сразу разом покинули тело, стоило вылезти из воды.
Осторожно опустившись на свое мягкое седалище и приняв позу лотоса, полной грудью вдохнула свежий, наполненный ароматом цветов воздух. От него моментально сделалось легче. Несколько раз повторила упражнение, прикрыла глаза и прислушалась к себе. По ощущениям и отсутствию активности в животе, поняла: сейчас ребенок спал. А по определению местоположения внутреннего источника тепла, которое ассоциировалось у меня теперь исключительно с призрачной, сделала вывод, что она свернулась на нем калачиком, и, кажется, тоже дремала.
Временное затишье, от которого я испытывала теперь двоякие чувства. Все потому, что, вопреки советам лекаря поговорить с собственной драконицей, разругалась с ней еще больше.
– Можно? – раздалось за спиной одновременно с тихо открывшейся входной дверью.
Странный вопрос, учитывая, кто его задал. Будто я могла гостье что-то запретить. Поэтому даже отвечать нужным не посчитала. Низко опустив голову, коснулась руками огромного живота и принялась осторожно поглаживать, стараясь свыкнуться с его наличием. Все же как-то быстро все произошло. Слишком быстро. Я еще головой от первых родов и их последствий отойти не успела, а тут такое.
– Здравствуй, Лена, – снова заявила о себе Лисиния, присев рядом на ступеньку и сразу принявшись пояснять: – Ты не пришла сегодня на встречу в дворцовый парк. Поэтому я решила сама тебя навестить. Как ты тут?
– Сложно сказать. Во всяком случае, из того, что крутится сейчас на языке, – это либо грубость, либо нечто неприличное. Сильно сомневаюсь, что хоть что-то из вышеперечисленного можно произносить в присутствии королевы.
– Зато чувство юмора по-прежнему с тобой. И то хорошо, – усмехнулась в ответ собеседница.
– Мне плохо, – призналась, продолжая активно наглаживать живот. – Очень. Я растеряна и зла. А еще мне страшно. Если честно, вообще с трудом понимаю, что происходит. И, кажется, от этого вот-вот сойду с ума.
– Ты уже разговаривала с призрачной об этом? – осведомилась Лисиния.
– Нет. Она как раз одна из тех, на кого у меня пока только ругаться и рычать получается, но никак не вести конструктивный разговор.
– Лена, ты уверена, что не хочешь прогуляться? – явно пытаясь отвлечь меня от нехороших мыслей, неожиданно спросила королева. – Учитывая твое состояние, тебе только на пользу пойдет.
– Можно, раз уж вы предложили, – отозвалась и, с помощью женщины поднявшись, медленно побрела следом за ней к выходу.
***
Мы медленнее, чем обычно, брели по дорожке, где принято ходить в обуви. И то по той причине, что для меня оказалось целой проблемой снять свою. А потому сегодня сделали исключение и сменили прогулку босиком на обычную.
Королева привычно молчала, не спеша возобновлять разговор. А еще явно думала о своем, чему-то улыбаясь то и дело. Хоть у кого-то с настроением все в порядке. Не желая мешать ее величеству радоваться жизни, молча ковыляла рядом в ожидании, когда мне наконец объяснят, для чего меня сюда притащили.
– Лена, твоя драконица рассказывала о плате за спасение?
– В первый раз слышу, если честно.
– Что ж, в таком случае это придется сделать мне, – заключила Лисиния и, еще немного помолчав, видимо, обдумывая, как именно преподнести мне эту новость, снова заговорила. – Тебе должно быть хорошо известно, что у всего есть своя цена.
– Да, – отозвалась коротко.
– Хорошо. Потому что ребенок, которого ты сейчас носишь под сердцем, видимо, она и есть.
Опа! Вот это поворот.
Шокированная услышанным до глубины души, я даже остановилась. Опустила взгляд на живот, снова осторожно коснулась его и тут же в качестве ответа на немой вопрос получила ощутимый пинок от ребенка по ладони.
– Но почему тогда При мне ничего не сказала? – спросила, когда снова поравнялась с остановившейся впереди в метре от меня королевой.
– Кто? – с очередной теплой усмешкой на губах поинтересовалась собеседница.
– Призрачная, – пояснила.
– Ты дала ей имя? – раздалось удивленно.
– Типа того, – отозвалась, все еще надеясь, что на мой вопрос ответят.
– Любопытно. Обычно носители, наоборот, стараются сделать все, чтобы привязать к себе подселенное в них существо, дабы оно не ощущало индивидуальности.
«Она тебе завидует», – хихикающе раздалось в голове.
Видать, кто-то, не смотря на обиду, испытывал сейчас немалую гордость за то, какие у нас сложились отношения.
– Ну, мне не жалко. Тем более это наверняка временный эффект, пока мы окончательно не синхронизируемся, – предприняла попытку оправдать свои действия в отношении При, чтобы кому-то было не так обидно.
– Яс-с-сно, – все еще немного озадаченно раздалось в ответ.
– Так почему, как думаете, она мне ничего не сказала? – напомнила.
– Может, испугалась, что ты не поймешь и не захочешь этого делать? Тем более, насколько понимаю, для твоей драконицы важно именно родить ребенка, а не выносить его.
– Очевидно, – отозвалась, снова с тоской взглянув на живот, который из-за легкого тянущего чувства теперь еще и придерживать приходилось.
– Лена, – позвала королева.
Когда же я подняла на нее взгляд, женщина посмотрела на меня одновременно с такой добротой и тоской во взгляде, что мне даже не по себе сделалось. Как и от ее последующих слов.