Пузечка. Возвращение

Глава 5. Прелести новой жизни

Дворцовый парк оказался самым настоящим ландшафтным шедевром. Именно таким он виделся мне с балкона. А уж вживую и вовсе превысил все ожидания! Аккуратные газоны, клумбы и повсюду огромные зеленые статуи всевозможных существ, большинство из которых было мне незнакомо. В меру широкая, присыпанная мелкими, гладкими, разноцветными камушками дорожка, как оказалось, специально предназначалась для того, чтобы гулять по ней босиком. Так объяснила мне королева, снимая обувь. Последовав ее примеру, поняла почему. Ощущения, будто бредешь по мелкой гальке вдоль пляжа. Ноги тут же расслабляются, а в теле ощущается приятная свобода. Недалеко от этой тропинки, петляя меж цветущих деревьев, аккуратно подстриженных кустов и заросших бурно цветущими лианами всевозможных арок шла еще одна – с твердым покрытием. Этот путь выбрали для себя няня с сыном. С тоской и тяжелым вздохом поглядев на них издалека и поняв, что сейчас мне вряд ли удастся вплотную пообщаться с малышом, снова сосредоточила все внимание на своей главной спутнице. Подхватив босоножки за пояски, как это сделала Лисиния, поспешно поравнялась с ней и продолжила молча идти рядом в ожидании, когда королева первой заведет разговор.

– Лена, тебе известно, что такое власть? – задала первый вопрос ее величество.

– Это огромная ответственность, – озвучила первое, что пришло в голову.

– Хорошо. Приятно слышать, что будущая королева-мать это понимает.

– Что?! – воскликнула, тут же застыв на месте как вкопанная в попытке осознать все только что услышанное и в прямом смысле не броситься наутек.

– Так-так-так, – тоже притормозив, насмешливо отозвалась Лисиния. – Смотрю, Дайнар тебе и этого не рассказал.

Когда же я, глядя на правительницу во все глаза, лишь отрицательно мотнула головой, та продолжила:

– Что ж, теперь ты знаешь. Как и то, что твой сын по праву рождения в будущем имеет все права претендовать на трон.

Итить твою налево! Во что я опять вляпалась? Только борьбы за власть в чужом мире мне ко всему уже имеющему набору неприятностей не хватало.

– Вряд ли, – отозвалась растерянно, когда снова обрела дар речи. – Конечно, если это вообще хоть как-то от меня зависит.

– Ты сильно удивишься, Лена, но только тебе это решать. И тут, уж поверь, даже твой принц бессилен повлиять на этот выбор.

Опаньки! Вот еще один любопытный факт о власти женщин на Ялмезе. А главное, как вовремя!

– Тогда я прямо сейчас отказываюсь в этом участвовать. И сыну не позволю, – заявила твердо.

Кажется, это было именно то, чего от меня ждали. Сдержанно улыбнувшись одними губами, на этот раз Лисиния уже сама приблизилась и, подхватив меня под локоть, повела дальше.

– Не спеши принимать поспешных решений. Даже если сейчас они кажутся тебе единственно верными и безопасными.

А это что сейчас было? Тонкий намек, чтобы я своего мнения не меняла? Ну началось! Сначала предупреждают, затем угрожают, а потом для верности еще и грохнут. Прилетели! Будь проклят тот день, когда Катя решила поиграться с межмировой тканью, а я не пошла к соседям по общаге смотреть кино и встретила Дара!

– Но оставим пока эту тему. Заводя разговор о власти, я вела к другому, – тем временем продолжила королева. – Одиночество.

– Одиночество? – переспросила удивленно.

– Оно. Чем ты могущественнее, тем меньше рядом тех, кому безопасно открыться.

Та-а-ак, а это сейчас к чему было сказано? Блин, вот нельзя нормально изъясняться? Взять и прямо сказать: попробуешь занять мой трон – убью; ляпнешь об этом кому-то – убью. И все сразу понятно!

– Никому до конца не доверяй, Лена. Никому! Запомни это раз и навсегда. А откровенничая с кем-то, обязательно оставь козырь, который в случае предательства сможешь использовать как оружие или защиту. Поняла?

– Да, кажется.

– Хорошо, – одобрительно раздалось в ответ. – Теперь давай поговорим о твоем драконе. Точнее, что вам двоим друг с другом делать. На данный момент я вижу два пути. Вы можете продолжать существовать разрозненно. Но при этом она будет появляться в любой момент, когда ей вздумается, творить такое, что ты потом замучишься исправлять, и снова на какое-то время исчезать. То же самое и с тобой. Не зная, для чего и что ты делаешь, почему чувствуешь злость или радость, по возвращении она будет действовать так, как посчитает нужным. И не факт, что ее реакция на твои эмоции тебе понравится.

– Этот вариант мне совершенно точно не подходит, – заявила твердо.

– Именно поэтому тебе нужно попытаться как можно быстрее найти с ней общий язык.

– Почему только мне? Разве она не должна тоже быть в этом заинтересована?

– Нет. Так уж повелось, что в нашем мире призрачные драконы уже очень и очень давно ничего никому не должны.

– Кто? – переспросила, надеясь только на то, что мне и правда сейчас все объяснят.

И королева не обманула ожиданий.

– Когда-то давным-давно, когда наш демиург еще только создавала этот мир, первые, кем она планировала его населить, должны были стать драконы. То ли богиня была еще слишком молода и неопытна, то ли просто ошиблась в расчетах, но ее экспериментальные создания так и не смогли обрести материальной оболочки. Точнее, изначально они ее получили. И даже успели вкусить некоторые прелести пребывания в ней. Но потом что-то пошло не так, и их тела начали разрушаться, а сущности – оголяться и превращаться в подобие призраков. Таким образом, призрачные драконы лишились возможности касаться как друг друга, так и предметов, не проходя сквозь них, ощущать вкус пищи, слышать запахи и многое-многое другое. Наделенные бессмертием и лишенные всех тех благ, что хорошо помнили, но больше не могли себе позволить, они обозлились на богиню и покинули ее. Разлетелись по свету в поисках того, что придало бы их существованию хоть какой-то смысл. Одни почти сразу сдались и отправились в горы, чтобы уснуть на долгие-долгие годы.

– А другие? – пробормотала в нетерпеливом ожидании продолжения.

– Только единицы не утратили надежду и продолжали искать, как им хоть частично вернуть себе себя прежних. И нашли. В носителях. Но и тут без сложностей не обошлось.

– Каких? – спросила взволнованно, уже предчувствуя: сейчас вряд ли услышу что-то хорошее.

– Здоровое, сильное тело ни за что и ни при каких обстоятельствах не примет в себя призрачное.

– А какое примет?

– Умирающее.

– Получается, я чуть было не...

– Ты была мертва, Лена. Правда, недолго. Перемещение обратно сюда далось вам с сыном ой как непросто.