Страница 26 из 60
Так прикасается только Беатрис, когда в шутку пытается стащить у меня книгу или мягко останавливает, когда я слишком увлекаюсь в споре.
Дыхание перехватило. Я замер, боясь пошевелиться, боясь спугнуть это чудо.
Тогда прикосновение стало чуть ощутимее — теперь оно поднималось вверх по руке, едва уловимое, как дуновение весеннего ветра, но такое настоящее, такое живое!
Сердце забилось чаще. Я закрыл глаза и полностью отдался во власть ощущениям.
Вот ее пальцы едва касаются шеи, пробегают по скуле, задерживаются у виска.. Это уже было не воспоминание, нет. Это было здесь и сейчас, будто сама Беатрис стояла рядом, но я не мог ее видеть — только чувствовать.
В груди разливалась такая глубокая всепоглощающая нежность, что на глаза навернулись невольные слезы.
Так вот каково послание богов? Не слова, не указания, не пророчества. А напоминание о том, что действительно важно.
Свиток в моих руках стал совсем легким, почти невесомым, а затем растаял золотистой дымкой, оставив после себя лишь тепло в ладони и ощущение нежного прикосновения, которое, казалось, теперь останется со мной навсегда.
Боги не просто подали мне знак.
Они напомнили мне о том, что стало причиной наказания для моих далеких предков когда-то. Это же могло стать и причиной прощения.
Я оглянулся на разгорающийся рассвет. Потом повернулся и улыбнулся.
Вдали на вершине невысокого холма возвышался величественный Храм всех богов.
В душе расцветала тихая уверенность, что все сложится правильно.
Теперь я точно знал, что должен делать.