Страница 181 из 248
«Томмазо Морозини — в 1204 г. после взятия Константинополя крестоносцами — был выбран первым Патриархом Константинопольским и занимал этот пост до 1211 года. Сначала его избрание было оспорено Папой Римским Иннокентием III как неканоническое и понижающее престиж Латинской Церкви, но уже 29 января 1205 года папа был вынужден признать Морозини Патриархом Константинопольским.
После данного им обета уважать права Венеции и папства в Константинополе Морозини 30 марта 1205 получил достоинство Патриарха Константинопольского и 20 августа 1206 короновал императора Генриха I Фландрского на престол Латинской Империи.
Томмазо Морозини во всём руководствовался интересами Венеции. Его отношения с двором императора Генриха I Фландрского были напряжёнными из-за обвинений его в хищениях из казны Собора Святой Софии в Константинополе и, главным образом, назначения Патриархом представителей венецианского духовенства на более высокие церковные должности».
«Интересно девки пляшут!», как сказал бы генерал Манн, — усмехнувшись, подумал Смолев, убирая электронный гаджет в карман. — И тут не без коррупции… Родственник или однофамилец нашему синьору Джузеппе? Очень любопытно будет с ним побеседовать! Да и с синьором Гольдони тоже! Прямо великосветский раут намечается!»
— Вот его телефоны, босс, пожалуйста! — старший администратор выписала из справочника на листок бумаги требуемые телефоны и протянула хозяину виллы.
— Есть? Отлично.
Катерина закрыла телефонный справочник и попыталась убрать его на полку, как оттуда вдруг высыпались несколько небольших квадратных листочков бумаги с пометками. Увидев их, девушка словно что-то наконец вспомнила и, всплеснув руками, произнесла в спину Алексу, который уже двинулся вверх по лестнице в сторону галереи:
— Так вот что я хотела вам сказать, босс! Вам же из полиции звонили сегодня! Совета вашего хотели. Сержант Дусманис сказал по секрету, что дело какое-то очень важное…
— Еще перезвонят, — пожал плечами безмятежно Смолев и было развернулся, собираясь покинуть «мостик», на котором и так снова слишком задержался, как слова, произнесенные затем старшим администратором, заставили его остановиться.
— Они уже перезванивали, босс, — тихо сказала Катерина и добавила еще тише, виновато опустив глаза: — двенадцать раз!..