Страница 2 из 65
— Короче ма, ты позвонила мне с утра, чтобы мозг начать выносить своими нравоучениями? Я на эту дачу имею те же права, что и вы— так что хватит уже мне впаривать эту чушь. А на соседей я ложил болт, пусть смотрят за собой и мне похер на их мнение. У меня был день рождения и как хочу так его и отмечаю.
— Ладно сынка, не злись и не повышай голос на мать. Мы с отцом послезавтра возвращаемся из Таиланда, убери свой свинарник к нашему приезду и получишь от нас сюрприз к дню рождения.
— Ой, да ладно, чем вы меня можете там удивить?
— Не будь занудой. Мы с папой стараемся для тебя, будь хоть немного за это благодарен нам.
Олег сбросил звонок, не дослушав, и с раздражением кинул телефон на кровать. Аппарат мягко утонул в простынях, пахнущих дорогим парфюмом и вчерашним алкоголем. Он провёл ладонью по лицу, взлохматил волосы и тяжело выдохнул. “Сюрприз…” — усмехнулся он.
Сюрпризы у родителей всегда были одинаковые: машина поновее, карта с увеличенным лимитом, путёвка, часы, квартира “на перспективу”. Вещи, которые не нужно было заслуживать — они просто появлялись, как фон его жизни, как само собой разумеющееся.
Он накинул на себя с пола валяющуюся там футболку — фирменную, с логотипом, которая стоила как месячная зарплата какого-нибудь офисного планктона — и прошёл на кухню. Огромное пространство, дизайнерская мебель, кофемашина за несколько тысяч евро, винный шкаф, в котором бутылки стояли стройными рядами, будто солдаты на параде. Всё это ему не принадлежало — и в то же время принадлежало полностью. Родительская дача была для него не домом, а декорацией. Очередной площадкой для веселья. Он включил музыку — что-то модное, электронное, ритмичное — и полез в холодильник. Там, среди аккуратно расставленных остатков контейнеров с едой, приготовленной прислугой, обнаружилось нетронутое никем холодное пиво. Олег открыл банку, сделал длинный глоток и прикрыл глаза. Жизнь снова становилась терпимой.
Так проходили его дни — и ночи. Клубы, бары, закрытые вечеринки, яхты друзей отца, квартиры, где никогда не спрашивали: “А кто ты такой?” Его знали по фамилии. Ефимов. Этого было достаточно. Сын того самого Ефимова — девелопера, инвестора, человека, чьё имя мелькало в деловых новостях и шёпотом произносилось в нужных кабинетах.
Олег нигде толком не работал. Когда-то числился “консультантом” в одной из отцовских фирм, потом “креативным менеджером” в другой, но дальше визиток дело не шло. Деньги капали регулярно, будто по расписанию, и он даже не задумывался — откуда и зачем. Они просто были.
Девушки появлялись и исчезали так же легко. Сегодня — Лиза с дерзкой улыбкой и коротким платьем, завтра — Алина с большими глазами и разговорами “о чувствах”, послезавтра — вообще кто-то без имени, оставивший после себя только след помады на стакане, чужой запах на подушке и использованный презерватив под кроватью. Он не врал им — просто не обещал ничего. Да и они, в глубине души, всё понимали. Олег Ефимов не был тем, с кем строят планы. Он был тем, с кем прожигают ночь.
Иногда, правда, на него накатывала скука. Глухая, вязкая, как туман. Она приходила под утро, когда музыка стихала, гости расходились, а дом вдруг становился слишком большим и слишком пустым. Тогда он открывал очередную бутылку, листал контакты в телефоне и набирал первый попавшийся номер. Лишь бы не оставаться одному. Лишь бы не думать.
Учёба? Он числился в престижном вузе, где появлялся раз в месяц — ровно настолько, чтобы его не отчислили. Преподаватели смотрели сквозь пальцы, одногруппники завидовали, а он сам не видел в этом никакого смысла. Будущее было чем-то размытым и ненужным. Оно всё равно “как-нибудь устроится”.
Он стоял посреди кухни с банкой пива в руке и смотрел в панорамное окно на аккуратный участок, бассейн, шезлонги, дорогие машины во дворе. Баловень судьбы—так его однажды назвал знакомый отца — с усмешкой, в которой было больше правды, чем комплимента.
Олег ухмыльнулся своему отражению в стекле. Жизнь была лёгкой. Слишком лёгкой, чтобы задумываться, что когда-нибудь ветер может смениться — и эти беззаботные паруса вдруг унесут совсем не туда.
Глава 2. “Сюрприз” ко дню рождения
Дача опустела только к вечеру. Гости расползались медленно, кто с мутным взглядом, кто с наспех собранным рюкзаком, кто, наоборот, слишком бодро, словно алкоголь в нём лишь подогрел внутренний мотор. Олег никого не провожал — просто лежал на диване и смотрел, как чужие силуэты исчезают за калиткой.
— Ефим, ты живой вообще? — Макс тот самый с татуировками, завис в дверях, почёсывая шею.
— Почти, — не открывая глаз, ответил Олег. — Дверь прикрой.
Макс хмыкнул, но спорить не стал. Машина заурчала, хлопнула калитка — и дом окончательно погрузился в тишину. Непривычную. Давящую.
На следующий день Олег проснулся уже в городе — в своей квартире, куда его, как выяснилось, отвёз личный водитель отца. Он долго сидел на краю кровати, глядя на идеально чистый пол и стеклянную стену с видом на город. Квартира была похожа на музей: кругом стерильная чистота, в которой не задерживался ни запах жизни, ни звук шагов — словно здесь давно никто не жил, а лишь изредка заходили проверить, не нарушено ли равновесие между порядком и пустотой. Здесь сейчас был только он сам — и странное чувство, будто кто-то аккуратно стёр пару дней из жизни.
Он заказал себе пиццу и пиво через приложение, идти куда-то было лень. Пролистал ленту соцсетей, машинально поставил лайки, даже не вчитываясь в чужие посты. Чужие лица, чужие улыбки, те же самые вечеринки на фото — всё это было похоже на плохо зацикленный фильм.
После обеда немного поспав он поехал в клуб. Не потому что хотел — просто потому что не знал, куда ещё девать время.
— Олег! — радостно выкрикнула Лера, администратор, — мы тебя вчера обсуждали, кстати.
— Надеюсь, ничего криминального?
— Да брось, — она наклонилась ближе, — ты у нас почти как талисман. Где ты — там движ. Движ был. Громкий, дорогой, пустой. За столом сменялись лица, напитки, шутки. Кто-то рассказывал про новый бизнес-проект, кто-то — про поездку в Дубай, кто-то — про очередной разрыв. Олег слушал вполуха, отвечал автоматически, словно заранее знал все реплики. Вечером ему позвонил отец.
— Здравствуй, сын.
— Привет, — Олег сразу напрягся.
— Мы завтра к вечеру будем дома. Надеюсь, ты привёл дачу в порядок.
— Ну… более-менее.