Страница 71 из 154
Глава девятнадцатая Лорд папа
Девочку, значит, стоит приодеть. Ну-ну.
Я отошла от двери ректорского кабинета. Может, и нехорошо подслушивать — но в моей ситуации ни одним источником информации пренебрегать не приходится. Это с волками жить — всего лишь выть, а с драконами еще не так свинячить научишься.
Нет, я в самом деле восхитилась своей «свекровью» — сама бы этим агрессивным серебряным морды начистила, если б могла. Явились, тоже, не запылились. Соблазнять и бросать доверчивых человеческих девушек им совесть не мешает. А потом они думают, что воспитанная такой брошенкой дочь радостно кинется в родственные объятия и выйдет замуж за кого велят? Ну.. пусть помечтают.
Но леди Тариус определенно хочет попросту показать всем, что я уже «их девочка». А я — своя собственная. Даже если прикрываюсь пока помолвкой.
Впрочем, наряд для «семейного ужина» волновал меня, откровенно говоря, меньше всего. Равно как и сам «семейный ужин». Хотя бы потому, что ни леди Тариус, ни этим свежеобретенным «родственничкам» не придет и в голову пригласить тех единственных, кого я на самом деле считаю своей семьей: мою дочь и мою маму. И если про Лельку они могут не знать, то леди ди Вернес просто не принимают в расчет. Она же всего лишь человек.
Но больше всего меня сейчас интересовало другое.
Я подошла к столу и еще раз перебрала все прошения серебряных драконов. Если, конечно, эти ультимативные требования можно так назвать. Орнер Дарнери, Венсен, Гарет, Крайтон.. по меньшей мере в пяти прошениях я называлась чьей-то «невестой», в трех — «сестрой». Глава клана писал о «нашей девочке». Еще в нескольких бумагах обо мне говорилось как о «племяннице», «подопечной», «родственнице» или даже просто «драконице клана серебряных».
Ни в одной из них никто не требовал встречи с дочерью.
И одного имени я так и не увидела.
В тот мой единственный откровенный разговор с матерью она долго не хотела ничего конкретного говорить мне об «этом мерзавце», как я ни добивалась. И фамилию она мне так и не назвала. А вот имя все-таки прозвучало в конце концов.
Моего отца звали Килиан. И среди серебряных драконов, штурмующих Сайларскую академию магии, нет Килиана Дарнери. Половина клана, похоже, кинулась сюда в надежде прибрать к рукам неожиданно объявившуюся родственницу с ценной кровью. И только, собственно, мой отец за дочерью не явился.
И что это может значить? Может быть, конечно, его просто нет в живых. Но драконы живут очень долго, их крайне сложно убить и они практически ничем не болеют.
Может статься и так, что этот дракон где-то в отъезде и единственный не получил последних новостей.. все возможно.
Но есть еще пара деталей, которые не дают мне покоя. Ни в одном из прошений не было названо и моего имени. Похоже, они просто не в курсе, кто я такая. И даже кто моя мать — иначе знали бы хотя бы фамилию. Знают откуда-то только то, что где-то в академии скрывается серебряная драконица с иной кровью. При этом, судя по тому, что у меня есть «братья» и «дядья», для них не секрет, кто мой отец.
Отец — единственный, кто знает точно, какая человеческая женщина могла родить от него ребенка. Даже если у него было несколько таких романов — для зачатия он должен был быть влюблен или выпить зелье, а такое вряд ли забудешь. И он не назвал родственникам ее имя и не полетел искать меня.
Я выглянула в окно. Похоже, серебряные если не отчаялись, то несколько подустали. В небе оставалась всего пара драконов, продолжающих кружить над академией и время от времени выпускающих огонь по куполу.
Но выходить за пределы купола без защиты — явно плохая идея.
Я выругалась себе под нос. Была у меня одна мысль, которую очень хотелось проверить. Осталось придумать, как это сделать.
Магия в этом мире отнюдь не всесильна. Ни один маг не может исполнить любое свое желание просто по щелчку пальцев. И мгновенно перемещаться можно только с помощью специальных портальных артефактов. Одноразовые порталы очень дороги и перемещают на небольшие расстояния. Между городами можно перемещаться через стационарные портальные арки на вокзалах.
Конечно, у меня в моем доме есть запас одноразовых порталов, которыми меня снабдила мать. Да вот беда — воспользоваться одним из них прямо из академии не выйдет. Портальная магия здесь работает только тогда, когда защитный контур разомкнут — например, в дни открытых дверей, во время вступительных экзаменов или в дни прибытия студентов после каникул, когда первокурсники еще не получили свои значки-пропуска. Все остальное время ни попасть сюда, ни выбраться отсюда с помощью портала нельзя.
Так что даже чтобы использовать портал до вокзала, надо выйти с территории академии.. прямо в любящие объятия родственничков.
Но у «невсесилия» магии есть одно исключение — несколько видов полностью магических существ. Например, феи. Или джинны.
Джинн, как и фея, не может сделать ничего для себя — но способен исполнить почти любое желание других. И именно что по щелчку пальцев. Правда, делают они это так, как пожелают сами — и нередко способны напакостить вам, исполняя ваше же желание. Именно поэтому с джиннами мало кто связывается. С ними нужно держать ухо востро и никогда не забывать, с кем имеешь дело.
Ну, например, попросили вы просто «пить». Или даже только об этом подумали, не успев сформулировать толком свое желание. А джинн уже услужливо протягивает вам стакан гномьего самогона. Вы же не уточняли, чего конкретно хотели бы выпить.
Избежать таких подлянок можно только одним способом — заключив с джинном магический контракт.
Я не знаю, на каких условиях академия заключала контракт с Маликом. Но, похоже, пункт «не пакостить сотрудникам» в него не входил. А я.. как-то расслабилась, забылась, начала воспринимать Малика просто как коллегу, с которым сложились совсем неплохие приятельские отношения. А значит, и от которого можно ожидать нормальных человеческих реакций вроде участия. Зря, конечно. Потому что он — не человек, и глупо ждать от него человеческого поведения.
Решительно подойдя к своему столу, я взяла в руки по-прежнему стоявшую на нем лампу, перевернула ее и хорошенько встряхнула. И только после этого потерла.
Над носиком лампы появился сиреневый дымок.
— Вылезай, паршивец, — мрачно сказала я и тряхнула как следует еще раз. — Есть разговор.
— Злюка! — проявившийся наконец из дымных клубов джинн тотчас надулся и сложил на груди руки. — К ней со всей душой..