Страница 28 из 123
— Дочь, - очень серьезно начал тисс Тристобаль, - если ты всерьез. В нашем роду старшие дети всегда заканчивали Облачную академию - и всегда пилотировали дирижабли. И мы были бы, конечно, счастливы, если бы ты выбрала эту профессию. И очень гордились тобой. Но если ты выберешь другую судьбу.
— Мы в любом случае будем тобой гордиться, - решительно вмешалась тиссе Тория. -Что бы ты ни решила!
Тисс Тристобаль серьезно кивнул.
— Так, - дядя Джемайя решительно встал, уперевшись в стол руками. - Я предлагаю пока отложить этот разговор. Мы поговорим об этом завтра. Может, быть завтра. что -то да изменится.
*
— У меня тетка была, - сестры Виленто сидели на кровати Ады в ее комнате, но Ада отвернулась и смотрела в окно. - Там. Ночная ведьма.
На мгновение Иде показалось, что сестра заговаривается, но уже спустя секунду она поняла, что Ада имела в виду.
— Героиня.. я ее почти не помню, малая была. Помню, гордилась тетей-героиней. Ей все гордились. Они ведь, “ночные ведьмы”, наши края освобождали, знаешь? И Кубань, и Дон, а там до Берлина дошли. Обычные девчонки наши, а как их боялись! Она всю войну прошла, сотни вылетов. Другие потом, кто выжил, возвращались к обычной жизни, кто куда. А она и была летчицей, инструктором. В мирное время уже разбилась. И замуж не успела выйти, жених-то был. Карточка у меня оставалась одна с тетей Галой, сидит она в этом своем самолетике игрушечном, улыбается. Красивая была. я по малолетству -то завидовала даже. Как же, героиня, летчица, красавица. А я коров дою. Только сестрица ее, матушка моя, тоже коров доила да огород копала. Зато мамка замуж вышла, детей родила и дожила до девяноста лет. Знаешь, оно с годами жизнь -то ценить начинаешь. хоть какую ни на есть. Какие б ни были годы - а все мои, никому б не отдала.
— Ты боишься? - тихо спросила Ида.
— А то. Знаю, шо дирижабли эти их, магия тут ще, а вот. не хочу я. Как тетка Гала.
Ида вздохнула.
— Ты же слышала - никто заставлять не будет. Расстроятся. ну, что ж делать. Не твое же это явно.
— Не мое, - закивала Ада.
*
А утро наступило куда раньше, чем кто -нибудь мог бы предположить. Крита, оставшаяся при девочках горничной, энергично трясла ее за плечо.
— Тиссе Ада! Тиссе Ада! Просыпайтесь же! Ну же! Вставайте!
— Шо..? - Ада приподняла голову, сонно моргая.
— Вставайте! Тисс Аганти велел вас непременно разбудить. Он просил, чтобы вы оделись для прогулки, и поскорее. И еще - накинуть что потеплее.
— Темно же еще! - за окном едва начало светать. И Ада возмутилась было - а потом вдруг вспомнила, сколько лет вставала на первых петухах. Разленилась ты, баба Зина, мысленно усмехнулась она самой себе. - Ох. ладно. Иду разбудили уже?
— А. тисс Аганти велел только вас, - растерялась Крита.
— Еще чего не хватало! - рассердилась Ада. - Живо иди буди ее!
Что бы там ни задумал этот дядюшка - уговаривать ее, что ли, будет? - моральная поддержка ей не помешает.
Увидев двух сонных племянниц вместо одной, дядюшка нисколько не удивился, только усмехнулся добродушно.
— Долго же вы собираетесь! Едва не пропустили самое главное! Солнце того и гляди встанет.
Поманив девочек за собой, дядя широким шагом направился к выходу из дома, а затем к воротам - и дальше, только почему-то сразу свернул с широкой автомобильной дороги из особняка. Ида и Ада едва поспевали за ним - пришлось даже проснуться от быстрой ходьбы - однако вопросов не задавали: берегли дыхание. В кофтах, накинутых поверх прогулочных платьев, им быстро стало жарко. Впрочем, довольно скоро дядя остановился
— на просторной и ровной, как стол, площадке, от которой вела широкая утрамбованная полоса. А на площадке стоял - самолет. Какой-то совсем несерьезный на вид, будто из фанеры и палок сделанный. Нижнее округлое по краю крыло - над самыми шасси, верхнее - выше мест для пилота и штурмана, скрещенные планки между ними.
Заметив, как Ада оцепенела вдруг, Ида сжала ее руку.
— Он такой же, - только и шепнула та, - точно, как у тети Галы..
И Ида тотчас вспомнила: верно, очень похожие самолеты она видела на фотографиях и в фильмах про войну. Кукурузники, или как их?.. И впрямь - как игрушка.
— Повезло вам, - тем временем, как обычно, широко улыбаясь, громогласно объявил дядя Джемайя. - Этот у меня “семейный”, я в нем приспособился жену с сынишкой катать, даже ремни на штурманском месте перетянул. Вы худенькие у нас, поместитесь. Ну -
залезайте, племяшки!
Честно говоря, Ида ожидала, что сестра сейчас закатит истерику. Или просто наотрез откажется. Но та неожиданно сделала шаг вперед, и другой - медленно-медленно, будто преодолевая сопротивление. В какой-то прострации она подошла совсем близко, и даже не пискнула, когда Джемайя, бесцеремонно ухватив за талию, поднял ее и усадил в самолет. Ида забралась следом - сама, и дядя показал, как пристегнуть ремень. Место было рассчитано на одного человека, но они действительно поместились - тесно прижавшись друг к другу, как воробушки, и обнявшись. Ремень окончательно сцепил их.
— Малая авиация - другая специальность вообще-то, пришлось заново учиться. но оно того стоило! - продолжал разглагольствовать дядя, показывая, как застегнуть под подбородком кожаный шлем. - На моей махине сына в отпуске не покатаешь!
То, что ей самой вообще-то было страшно, Ида как -то забыла от волнения за сестру и ее странное состояние. “Может, остановить это все?” - подумала она, но дядя уже усаживался на пилотское место.
Разбег показался каким-то очень коротким - и самолет оторвался от земли, начав пологий подъем. Вот взлетная площадка осталась уже далеко внизу. а вот и дом Виленто. И впрямь напоминает небольшой замок с этими своими башенками по углам. Но какой же он уже родной!
Мысль оказалась неожиданной для Иды. Она всегда с трудом привыкала к новым местам и людям. Но сейчас. нет, она, конечно, не могла воспринимать Торию и Тристобаля как родителей - они были ненамного старше ее самой, прежней, а выглядели даже моложе.
Бедная Зинка, подумалось тут же, для нее они, наверное, и вовсе детишки, а надо их слушаться.
И все-таки.. все же они сейчас воспринимались близкими. Как, скажем, брат и сестра -куда роднее тех сводных братьев, что были у Зинаиды Летовой в прошлой жизни. Брат и сестра, которым она действительно небезразлична. Мы все расскажем им, неожиданно решила она именно в эту минуту, глядя на дом далеко внизу. Расскажем - и будь что будет.
Дом вместе со своим двором, садом и бесчисленными хозпостройками остался позади, а городок и долина - в стороне. Г оры. Задохнувшись, Ида обернулась к сестре - и обнаружила, что та сидит, крепко зажмурившись.