Страница 22 из 123
Как она выбралась из той полыньи - она сама потом не смогла бы объяснить или хотя бы ясно вспомнить. Следующим четким воспоминанием было то, как она негнущимися деревянными руками ищет в своей сумке телефон, а рядом стонет бабка Зинка.
Первая внятная мысль была о том, что она не знает, как вызывать скорую с мобильного. А вторая - что скорую, наверное, и не надо, здесь она едет, случается, по часу.
Повезло - последним набранным номером был телефон коллеги, немолодого химика, который, охнув, тут же растолкал зятя и уже через пятнадцать минут загружал обеих мокрых окоченевших женщин в зятеву машину. Еще через десять минут они были в местной амбулатории.
Соседка оказалась на редкость крепкой старухой - уже пару недель спустя Зина видела ее все так же бодро семенящей по переулку и слышала, как та в очередной раз на всю улицу обсуждает и осуждает кого-то. Сама Зина тогда слегла с воспалением легких и общим обморожением - но от госпитализации отказалась, лечилась дома. Бабка Зинка регулярно отправляла к ней невестку - то с лекарствами, то с тарелкой горячего борща.
И все то время, пока Зина ходила в туалет по стенке и кашляла так, что казалось, скоро выплюнет легкие, Котангенс не отходил от нее. Он спал у нее на груди, щекотал лицо огромными усами, и первым, что она видела каждый раз, когда просыпалась, были оранжевые кошачьи глаза. “А ведь ты снова меня спас, рыжий”, - думала она тогда.
— Забудешь такое. и шо?
— А то, что, похоже, мы должны были умереть тогда. Ну, мне так кажется. Котангенс меня на мысль натолкнул. Мы должны были умереть одновременно, в той полынье, и здесь, в этом мире, вскоре родились девочки. которыми мы должны были стать. А мой кот - он был не слишком здоров, и без меня он тоже, наверное, не выжил бы. а может, он должен был погибнуть еще раньше, это случилось бы, если бы я его не нашла. И здесь вылупился детеныш дракона, которым должен был стать он. Вот только мы не умерли, и Котангенс тоже. И получились девочки. лишенные души. Они здесь росли, а мы, их души, продолжали жить те свои жизни. Мы оказались связаны каким -то образом, и второй раз снова умерли вместе - на этот раз действительно умерли. И наши души притянуло в те самые тела, что родились для них еще четырнадцать лет назад.
— Ой, наворотила.. ну и шо это все значит?
— А значит это - как минимум то, что мы с тобой не занимали ничьи тела. Не умирали здесь никакие девочки, - эта мысль до сих пор мучила, и теперь Зина наконец смогла вздохнуть спокойно: она именно на своем месте, и можно действительно перевернуть страницу. - Это наши тела и есть, понимаешь? По праву наши. И жизнь - наша. Просто следующая. И мы на самом деле в этой жизни - сестры. Мы на самом деле дочери своих родителей, этих родителей, просто мы. припозднились. Зато у нас теперь есть бонус -
память прошлой жизни и все знания и опыт из нее.
— Ну и шо нам с ними делать теперь?
— Теперь? - Зина улыбнулась в темноту. - Я думаю. жить. А знания никогда не бывают лишними, это я тебе как педагог говорю. Все, что мы должны были узнать за эти годы здесь, мы быстро наверстаем. Зато у нас за плечами - не четырнадцать тепличных лет, а много больше. Да мы с тобой еще тут еще все вверх дном перевернем!