Страница 122 из 123
— Я соскучился, - сообщил он в макушку замершей Иде. - И, знаешь, я подумал, что нам пора наконец снова поговорить. Помнишь, когда -то давным-давно я признавался тебе в любви в коридоре этого дома?
Еще бы ей не помнить!
Кей ослабил объятия, и Ида тут же отступила, отвернувшись к перилам и вцепившись в них обеими руками.
— Больше всего я боялся тогда, что ты сочтешь меня одним из тех, кто охотится за именем твоего рода. Ну конечно, это ведь была бы небывалая карьера для мальчишки-сироты из бедного квартала вроде меня. Высокое имя, покровительство знатного рода.
А ведь он сильно изменился с тех пор, осознала вдруг Ида. Он давным-давно не мальчишка. Когда же он стал таким?
— Больше не боишься? - через силу усмехнулась она.
— А разве есть чего? - ответил он вопросом на вопрос.
— Пожалуй, нет, - задумчиво ответила Ида. В самом деле, сейчас перед ней стоял мужчина - сильный, умный, талантливый, уверенный в себе и в своем будущем. Его конструкторское бюро процветало, а недавний проект большого пассажирского самолета наделал немало шума в профессиональных кругах.
Имя тэра Кея Терро давным-давно немало значило само по себе. И если бы теперь к нему добавилось имя рода жены - неважно какое, к собственной славе Кея это уже ничего бы не убавило и не прибавило. И охотником за приданым его бы точно теперь никто не счел -его проекты и патенты приносили достаточно, чтобы не думать о деньгах.
— И. что теперь?
— Теперь, - пожал он плечами, встав за ее спиной и устремив взгляд в небо, - я хочу снова задать тебе один вопрос.
— Я ведь.
— Я помню.
Кей смотрел на девушку, которую любил много лет, и думал о том, повезло ему или нет. Если бы она не помнила своей прошлой жизни. хотя какая, в сущности разница? Наверное, если бы она не помнила, это была бы уже не она. Нас создают все те беды и радости, что нам довелось пережить. Наша память. А ему нужна была именно она - такая, какая она есть. Значит, ему несомненно повезло ее встретить.
Он в самом деле очень хорошо помнил все ее рассказы, в которых демонстративно обращал внимание не на ее жизнь, а на технологии другого мира. Он помнил, что в том странном мире люди живут по 80-90 лет в лучшем случае, и 20 лет - почти непреодолимая разница в возрасте.
Виссарийцы жили в среднем по 200 лет, и разница в 20 лет в любую сторону - даже если бы это была реальная, прожитая в этой жизни и в этом теле разница - здесь вряд ли бы кого-то особенно смутила.
Но не ее. Он помнил.
— .. .Знаешь, иногда мне кажется, что на самом деле это я намного старше тебя, - он положил ладонь на ее плечо. И Ида не отстранилась. - Потому что ты - маленькая девочка, которую однажды очень сильно обидели. И тогда она закрыла свое сердце на сорок замков, чтобы больше никто и никогда не смог поступить с ней так. Ты пронесла эти сорок замков через две смерти и две жизни. Ты ни на минуту не позволяла себе открыться до конца - даже здесь, спустя годы. Я знаю, что ты никому не позволишь взломать их. Все эти годы ты стоишь на страже и ждешь, чтобы дать отпор тому, кто попытается это сделать.
Он опустил вторую руку на плечо девушки.
— Поэтому я - не стану пытаться. Я просто хочу, чтобы ты знала. Я люблю тебя и всегда любил. Такую, какая ты есть. Сложная, замкнутая, увлекающаяся, болезненно воспринимающая всякую несправедливость. Доверчивая до наивности и одновременно не доверяющая никому. Любая. Такая, какой ты захочешь быть. И я буду продолжать любить, даже если мы никогда не будем вместе. Я готов ждать тебя еще десять лет - или столько, сколько тебе будет нужно. Если ты захочешь видеть меня только своим другом, партнером, напарником - хорошо. Просто знай: неважно, сколько еще пройдет лет. Неважно, кто будет с тобой. Если я стану тебе нужен - просто скажи об этом. Если не стану. Я просто буду рядом. Всегда. Знаешь, я уверен, что смогу прожить и без тебя. Как жил все эти годы. И ты - уж ты-то наверняка сможешь и без меня, и вообще без кого -либо. Мы сможем. Но я практически уверен, что вместе нам будет лучше. Давай попробуем?
Некоторое время Ида продолжала смотреть вперед, не отвечая.
— Ты однажды мне объяснил, что под действием привязки - это была не я, и такой страсти тебе было не надо, - произнесла она наконец. - Потому что тебе была нужна настоящая я.. Помнишь тот день, когда мы упали в пропасть?
— Мне было бы сложно забыть, - усмехнулся Кей.
Ида развернулась и оказалась с ним лицом к лицу.
— Я тогда поцеловала тебя, - произнесла она, будто пробуя эти слова на вкус, и неотрывно глядя ему в глаза. - И сразу почувствовала, как царапает руку браслет. В первую же секунду. Это значит, что привязка была уже снята. Сразу. Это значит, что дальше - это была уже я. Настоящая я.
— Значит. - он чуть наклонился, и его глаза оказались еще ближе.
— Значит, я ужасная трусиха.
Я знаю.
— Но я же все равно тебе нужна такой? Тогда я готова.. попробовать. Знаешь, мне кажется, нет, я почти уверена, что я тоже тебя люблю. Может быть, даже давно. Я так думаю.
— Трусиха, - усмехнулся Кей, привлекая ее к себе.
Второй поцелуй оказался ничуть не хуже первого. Даже, пожалуй, лучше, учитывая, что никто не готовился умирать.
Однако прервал его все тот же дракон, который, не выдержав забвения и пренебрежения к своим тонким чувствам, обиженно взревел под балконом.
— Кажется, ему все-таки забыли принести печенья, - озабоченно произнесла хозяйка бронзового чудовища, оторвавшись от своего увлекательного занятия и выглянув вниз. -
А, нет, принесли. но мало!
Абсолютно счастливый в эту минуту минуту мужчина за ее спиной рассмеялся и обнял ее за плечи.
Набрав в легкие побольше воздуха, Ида наконец решилась и обернулась снова.
— Кей Терро, ты согласен войти в род Виленто и стать моим мужем?
— Еще бы, - третий поцелуй оказался совсем кратким, поскольку непрекращающийся рев под балконом грозил перебудить весь дом. - Я люблю тебя. Любую.
— И я тебя, - не задумываясь на этот раз, ответила Ида. - Давай поищем для него печенье?