Скажи альфе "Да!"

Девушка прикинула и охнула. Виктор, Матвей, двое охранников Толманского... Она еще помнила наставления убитой Мари о том, сколько в итоге за один присест может съесть голодный оборотень.

- Они едят мясо, - удручающе произнесла молодая женщина. - Много мяса.

Виктор пока в разговор не вмешивался, просто следил.

- Знаю, - отмахнулась старуха, - поэтому ходила к соседке. Ты, милок, ей должен пятнадцать тысяч.

- Это за что? - усмехнулся Толманский.

- Ну, как же, - всплеснула руками пожилая женщина, - попробуй прокорми вас, оглоедов. Соседка продала тебе хрюшку.

- Вы думаете, четыре взрослых, пусть очень голодных мужика способны за вечер умять пятьдесят килограмм мяса?

- Около восьмидесяти, милок, - поправила его Степанида Васильевна. - И зачем за вечер? Это вам на неделю. Вот подлечу тебя, а твои молодчики мне пока баньку справят.

- Баньку? - Виктор решительно ничего не понимал.

Ольга решила за лучшее сама объяснить все супругу и утянула его в комнату.

- Хочу тебя! - выдохнул мужчина, прислоняя Ольгу к закрывшейся за ними двери и стаскивая прилипший к телу, мокрый сарафан.

- Нет, - девушка выставила вперед руки и уперлась ими в обнаженную грудь Толманского. Она безумно хотела супруга, но важнее было сделать то, что полагалось. Убрать на кухне, обиходить домашнюю живность и накормить мужчин. Зная вздорный характер старухи, об уединении не могло идти речи, пока не были закончены хозяйственные дела.

- Отказываешь? - Виктор подхватил под ягодицы супругу, оставшуюся только во влажных трусиках, и вжал в дверь.

Он наклонился, чтобы поцеловать Ольгу, но его прервал требовательный стук в дверь.

Удивительно, но комментариев с той стороны не последовало. Хотя Ольга ждала какого-нибудь едкого "Хватит страдать ерундой, девка", к коим привыкла за последнюю неделю. Хотя первое время ей постоянно было не по себе.

- Твоя бабуля? - усмехнулся мужчина.

Ольга только кивнула.

- Расскажи мне про коров и баню.

Девушка отрицательно покачала головой и улыбнулась:

- Пойдем со мной, сам увидишь.

- Вероятно, нам стоит одеться.

- Вероятно.

Вот только ни он, ни она не спешили прерывать взаимные ласки.

- Я очень скучала, - выдохнула Ольга в момент их соединения, когда тела соприкасались наиболее близко.

- Не верю.

- Я собиралась вернуться.

Виктор ее поцеловал, кажется, только с единственной целью, чтобы не слышать признаний. Девушка просто не понимала, как донести до супруга тот простой факт, что ее чувства стали прямо полярны прежним, поэтому и предприняла эту новую глупую попытку.

Дотошный стук в дверь повторился. Виктор опустил супругу на пол и прошептал на ушко:

- Одевайся, не хочу, чтобы мне снова настучали по голове.

- Болит? - участливо спросила Ольга, нежно проведя пальчиками по лбу любимого, где к этому времени образовался знатный синяк.

- Нормально все, - усмехнулся мужчина. - Удивительно, но я даже не могу на нее злиться, - неожиданно признался оборотень.

- Тебе стоит узнать ее получше...

- Ольга, - прервал ее Толманский, - я не собираюсь тут задерживаться.

- Почему? Тебе ведь стало лучше, Витя! Посмотри на себя, - девушка провела пальчиком по обнаженной мужской груди, вызывая у супруга протяжный стон. Толманский перехватил ее ручку и поднес к губам.

- Нам нужно одеться. Хочу свалить из этого гостеприимного дома хотя бы по той причине, что желаю проделать с тобой множество самых разных неприличных вещей.

Ольга тоже хотела и даже предвкушала, что супруг с ней проделает все это. Виктор был прав. Тут не самое подходящее место для неприличных и столь желанных занятий. Но другое было важнее. Здоровье оборотня. Девушка видела, как за полчаса лежания в целебной водичке царапины на груди мужчины стали значительно менее заметны, и сам Виктор чувствовал себя более бодрым, уже не выглядел только что откопанным телом.

Толманский перевел взгляд на свою грудь.

- Знаешь, даже спорить не буду. Но это не повод здесь оставаться. Возьмешь с собой эти исцеляющие травки. Я даже готов дома в джакузи послушно плескаться, - мужчина снова облапил супругу:

- Вместе с тобой конечно.

- Не думаю, что эффект будет тот же, - задумчиво произнесла Ольга, извлекая из шкафа халат. В прошлой жизни она такой бы сразу выкинула, но сейчас это была самая подходящая одежда для того, чем ей предстояло заняться.

- Это что? - нахмурившись, спросил оборотень, вырывая из рук жены поношенную тряпку. - Ты же не собираешься это надеть на себя?

- Собираюсь и одену, - молодая женщина забрала из рук супруга "униформу", выданную ей когда-то Степанидой Васильевной, и ловко застегнула маленькие пуговички. Потом замотала волосы в небрежный пучок на затылке, закрепила несколькими шпильками и накинула поверх них косынку.

Оборотень с интересом следил за преображениями супруги, так и не одев до конца брюки. Ольга быстро подошла к любимому, застегнула молнию на его штанах, потом пуговичку и принялась за ремень. Виктор перехватил ее руки:

- Знаешь, милая, меня вот часто раздевали женщины. Но одевают впервые, - задумчиво произнес он. - А вот, чтобы это делала женщина, которую я безумно хочу, просто нонсенс какой-то.

Пока несносный альфа размышлял о других женщинах, Ольга успела обидеться и приревновать. Как-то сразу вспомнился запах Олеси на муже перед ее побегом и настроение резко испортилось.

Раньше она себе не отдавала отчета, но именно измена супруга послужила тем спусковым крючком, приведшим в итоге к побегу. Сейчас было не самое лучшее место для обсуждения сексуальных похождений Толманского, но как большинство женщин, Ольге было плевать на обстоятельства.

- Витя, - начала она вкрадчиво, - а что у тебя было с Олесей на самом деле?

Кажется, такого вопроса оборотень ожидал меньше всего.

- Только не говори, что ревнуешь, - усмехнулся мужчина и, прихватив рубашку, направился прочь из комнаты. - Я же не спрашиваю, что у тебя было с тем необычайно ароматным женихом.

- Виктор, - требовательно окликнула супруга молодая женщина, но последовала за ним.

- Натешились? - прокомментировала Степанида Васильевна появление новобрачных, занятая чисткой картофеля. - Ты бы хоть о ребенке подумала, - старушка с укоризной смотрела на Ольгу.

- А что случилось с Даней? - девушка уже развернулась к комнате видящей, в которой временно нашли пристанище ее сын и Матвей.