Страница 13 из 29
— И швейная тоже, – покивала цветочница и хитро улыбнулась. – Но ювелирная ближе!
Глупости какие! Не станет же он из-за букетика..
Корин появился из переулка, сияя довольной улыбкой и почти бегом кинулся ко мне.
— Вот, – он протянул руку, и я на секунду обмерла. Потому что на ладони Корина лежала вовсе не булавка.
Маленькая золотая птичка, сидящая на неровном куске скалы, вскинула крылья – вот-вот взлетит. Грудь птички украшал крупный желтовато-зеленый камень, так и сверкающий на солнце бесчисленными гранями.
— Это изумруд? – зачарованно протянула я.
— Нет, зеленый бриллиант, – уточнил Корин. – Булавок не было, и я увидел эту брошь.. точно под цвет твоих глаз. Сувенир с птицей-рузатой. Давай я приколю!
Он шагнул ближе и протянул руку к моей груди. Я замерла сусликом, наблюдая, как муж преувеличенно сосредоточенно возится с застежкой и старательно пристраивает букетик под брошь. Пару раз руки его чуть дрогнули, а еще дыхание сбилось. И не только у него.
А камень и в самом деле, кстати, идеально подходит под цвет моих глаз.. то есть Тамилиных.
Определенно отворот не сработал. Но я же решила сегодня об этом не думать, правда? А дон дракон, хозяин всего города и окрестностей, наверняка может позволить себе из минутной прихоти подарить своей жене бриллиантовую брошь, чтобы приколоть купленный на улице букетик.
Поэтому я глубоко вдохнула, выдохнула – и потянула мужа дальше.
..Упоительно вкусный аромат я учуяла издалека, еще до того, как заметила лоток и открытую жаровню. В желудке голодно заурчало, и я тотчас вспомнила, что за обедом почти не ела – слишком занята была терзаниями по поводу “побочных эффектов”.
Ой, мидии на шпажках! И устрицы! И запеченные креветки! Рот мгновенно наполнился слюной.
— О-о-о! – сладко застонав, я протянула руку, и улыбающийся усатый торговец в белоснежной косынке вручил мне одну из шпажек.
Корин проследил каким-то странным взглядом за тем, как я жадно уписываю угощение, и кинул усачу монетку.
Доев, я с сожалением окинула взглядом прилавок. Наверное, с креветками не стоит связываться на улице, вся заляпаюсь..
— Любишь мидий? – спросил Корин, когда мы уже отошли.
— Обожаю! – я едва удержалась, чтобы не облизнуться. – Вообще все морепродукты. Да я бы только ими и питалась! Кстати, а почему у нас в доме их не подают?
В самом деле, мы же живем на полуострове, здесь наверняка все это добывают!
Корин хмыкнул.
— Потому что ты их не переносишь.
— Я? – беспомощно переспросила и сглотнула. У Тамилы что, аллергия? Тогда она должна быть теперь и у меня.. но нет, пятнами я не покрылась, опухать и задыхаться не начала. Да и не садист же Корин, чтобы так издеваться? Значит, она просто не любит их?
— Видишь ли, – дракон приостановился, взяв меня за руку и развернув к себе. – Моя жена буквально ненавидит любые морепродукты. Настолько, что ее воротит и тошнит от одного их запаха и вида. Проще оказалось изменить меню, чем каждый раз наблюдать ее зеленое личико за обедом.
Я кивала, как заведенный болванчик, пытаясь осознать.. Ее?!
— Кстати, – как ни в чем не бывало продолжил Корин, чуть наклонив голову к плечу, – давно хотел спросить: кто ты такая?
Я сглотнула. И.. и что тут сказать? В голове вертелось только бессмертное филатовское – “Я жена твоя, Маруся, я супружница твоя!”
Нет, это точно не стоит говорить. А что тогда? “Не виноватая я!”?
Вместо этого я зажмурилась и сделала глубокий вдох. А потом все-таки приоткрыла один глаз. А то вдруг этот дракон меня сейчас убивать станет, а я и не увижу!
— И давно ты догадался? – уточнила, сглотнув. И ножкой брусчатку ковырнула.
— Ну.. – он все так же пристально меня разглядывал. – Ты правда на нее похожа. И потеря памяти многое может изменить. Но Тамиле никогда не была интересна история Кияна. И Ризата ей не нравилась, здесь слишком влажный воздух для нее. А еще ты по-другому двигаешься, говоришь..
— Ага! – я все-таки открыла и второй глаз, да еще обвиняюще ткнула дракону в грудь пальцем. – А говорил, не помнишь, какого цвета волосы!
Корин чуть смутился.
— Я правда засомневался! Видел, что что-то не так. Что-то изменилось. Пытался сопоставить.. знаешь, жесты и походка – не первое, что приходит в голову. Но, оказывается, жена за время супружества стала настолько привычна, что я воспринимал ее, ну, как.. предмет интерьера, что ли.. как кресло, которое всегда стоит на одном месте и ты точно знаешь, как расположены потертости на подлокотниках. Ты не обращаешь на них никакого внимания, не думаешь о них. Но если заменить его на точно такое же новое, ты все равно заметишь. Хотя, вполне возможно, и не вспомнишь, где там были эти чертовы потертости.
— Ну ты и свинья.. – поразилась я. Сравнить жену с креслом, это надо додуматься! Хотя общую мысль я поняла.
— Я, может, и свинья, – Корин потер нос, – а ты на мой вопрос не ответила!
— Не виноватая я! – все-таки я это сказала. Черт. – Оно само.. я дома у себя спать легла, а проснулась..
Пришлось рассказывать все.. ну, почти все. О том, как жила я себе, никого не трогала, училась в университете. А потом вдруг оказалась здесь. В другом мире и даже чужом теле. И что как вернуть все обратно – представления не имею.
О том, что, честно говоря, не очень-то и хочется возвращаться, упоминать не стала. Ну, честное слово, здесь же чудесно. Невероятно красивый мир, удивительный город. Магия! Драконы! И никто не ждет от меня, что я достигну каких-то высот в деле, которое терпеть не могу. Я могу начать все с самого начала.
..А еще дома на меня никто вот так не смотрел и не ухаживал так красиво. И не в бриллиантовой брошке дело, а просто.. просто..
И о привороте я тоже умолчала. Нельзя же на людей вот так вот разом столько вываливать – и жена пропала, и вместо нее неизвестно кто, так еще и это!
Ну, на драконов тоже нельзя, наверное.
— Никогда о таком не слышал, – Корин задумчиво качнул головой.
— Ты мне веришь? – жалобно спросила я и повторила, – не виноватая я!
— Да верю.. вопрос, где теперь может быть Тамила?
В груди как будто что-то оборвалось.
— Ты.. скучаешь по ней?
Ну да, можно сколько угодно говорить – мол, брак по договору, жена как привычное кресло.. но ведь беспокоится он о ней искренне. Так, может, не так уж и безразличен к Тамиле?
Корин вздохнул и серьезно посмотрел мне в глаза.
— Она моя жена. Во время брачного обряда я клялся оберегать и защищать ее. И если она попала в беду – мой долг о ней позаботиться. Что бы там я ни чувствовал.
— Ясно.. – я повесила голову.