Страница 19 из 178
Чтобы немного отвлечься и привести мысли в порядок, Бьен решила подняться в квартиру и попить чаю, — время позволяло. Но прежде веритарчесса вернулась в офис, после книжной лавки показавшийся совсем маленьким и неуютным, подмела, проверила, плотно ли закрыто окно, и заперла дверь. Хотела позвать Рэма, но почти сразу передумала — он не маленький мальчик, сам разберётся, когда ему идти домой. И уж точно не заблудится по пути.
Задумкам Бьен не суждено было сбыться.
Едва она поднялась на один лестничный пролёт, как вдруг на первом этаже со страшным грохотом упало что-то тяжёлое, и раздался многоголосый визг. Бьен бегом ринулась обратно.
Дверь в офис продажников была распахнута настежь, оттуда доносились повизгивания и ругательства. В коридоре складывался пополам от хохота Рэм.
— Что тут у вас происходит? — спросил Тьяго, выглядывая в своё окошечко.
— Не у нас, а у них! — выпрямившись, радостно сообщил Рэм. — Паук!
Из офиса продажников вылетела встрёпанная белокурая девица в синем костюме.
— Т-там целое паучье гнездо! — выкрикнула она обвиняющим голосом, глядя на Рэма.
Пятясь задом, появилась ещё одна барышня, ростом повыше и темноволосая, тоже в синем. Она гудела тише и на одной ноте.
— Ы-ы… они разбежались по бумагам…
— А теперь идите и убирайте их! — гневно заявила блондинка, раздувая ноздри, и ткнула указательным пальцем Рэма в грудь.
— Какого чёрта? — поперхнулся он.
— Это ваши пауки! Только от вас они могли перебраться к нам! Забирайте их обратно!
Бьен не удержалась от смешка.
— А вы кто такая? Мамочка, явились заступаться за сыночка? — противно растягивая гласные, спросила девица.
Рэм оскорбился и собрался осечь нахалку, но Бьен его опередила:
— Нет, я его злобная старшая сестра! — язвительно ответила она. — Так что придётся вам, ситуайена, дождаться своей очереди на спасение, у этого благородного заступника есть более важное дело, — она схватила брата под локоть и потащила к лестнице.
— Какое ещё дело? — глупо спросил Рэм.
— Спасти даму! — отрезала Бьен. — Срочно!
Конечно, степень срочности Бьен несколько преувеличила, но побоялась упустить внезапно осенившую её идею.
Злополучных пауков Рэм всё-таки переловил (матушка выглянула на поднятый девицами шум и пристыдила — как же, барышни в беде, оправдывай благородство и честь фамилии) и посадил в жестяную банку с плотно закрывающейся крышкой. Теперь они шевелили там всеми своими ногами и волосинками. Продажницы-рекламщицы даже спасибо не сказали бесстрашному заступнику, — выставили с жестянкой в коридор, неприлично обругали вдогонку и заперлись.
— Не делай людям добра… — Бьен только вздохнула, когда приунывший братишка пожаловался на хамство. — Больше не водись с этими неблагодарными бяками.
Она, пока Рэм занимался отловом восьмилапых, отперла офис и изложила свою идею на бумаге. Во-первых, это были несколько набросков на тему того, как можно использовать пауков (и не обязательно настоящих —
начертать
паука не составило бы труда даже неопытному колдуну). Мог получиться неплохой отвлекающий манёвр, если подойти к нему с умом. Обдумать тонкости колдовства Бьен решила назавтра, поскольку — во-вторых — её раздумья занимало и дело Медеи: веритарчесса намеревалась отправиться в отель «Авинэ Гриот», по возможности попасть в номер мадам Альфир (чтобы осмотреться), задать ей прямой вопрос о чертёжнике и работать с полученной
Правдой
… или, поймав на откровенной лжи, разорвать соглашение.
Несколько раз перечитав написанное, Бьен начала сомневаться в том, что действие натиском будет стоить того. Как раз к этому моменту и вернулся Рэм с паучьим «уловом» и жалобами на «неблагодарных бяк».
— А ведь мы — то есть веритарчеры — должны нести добро в народные массы, — желчно заявил он.
— Не добро, а
Правду
, — поправила Бьен. — Которая иногда бывает очень горькой и неприятной. Такую-то ты и испробовал.
— Угу, — Рэм повертел в руках шебаршащую жестянку. — Эх, жалко, что дамочки этих мохнатых красавцев знают в лицо, а то бы вернул бы им… но придётся выпустить их где-нибудь подальше от дома.
— Лучше мне отдай.
— Зачем они тебе? — Рэм удивился, но послушно протянул банку сестре.
— Чувствую, пригодятся, — уклончиво ответила Бьен.
У веритарчеров Ландышевого Переулка имелся пистоль — ещё отцовский, громоздкий и неудобный — и разрешение на его ношение. Но Бьен предпочитала обходиться оружием другого рода — колдовством. Это вовсе не означало, что она колдует направо и налево; ей достаточно было знать о своих возможностях, чтобы уверенно себя чувствовать.
При искажении
Правды
гораздо проще использовать что-то существующее, чем пытаться создавать его из воздуха. Возможно, и ни к чему
чертать
пауков, когда вот они, живые и настоящие…
Обдумывая ответный визит к Медее и вопросы, которые следовало задать, Бьен кое-что вспомнила, подхватилась и выбежала из офиса.
— Куда ты? — воскликнул Рэм.
— Недалеко! — уже из коридора ответила она.
Тьяго, к счастью, ещё и не думал закрываться.
— Прости, что опять беспокою! Тьяго, ты знаешь, как связаться с Лаудом Тортуозом? — с порога выпалила веритарчесса.
— Мне беспокойство полезно, крови не даёт застояться. Конечно, знаю, — невозмутимо ответил Подстрочник. — По телефону. У Кругов собственная изолированная сеть, к которой я подсоединён. Где-то у меня был номер… Погоди-ка, — он достал из ящика стола пухлую записную книжку и принялся листать. — Телефонный аппарат в подсобке. Вот, держи, — пару минут спустя Тьяго протянул Бьен оторванный листок календаря с рядом цифр. — Кодовая фраза Тортуозов — «Возле оранжереи найден бумажник». Хочешь назначить Лауду встречу? Или на расстоянии разузнать что-то о мадам Альфир?
— Скорее, последнее. Благодарю! — Бьен юркнула в маленькую темноватую кладовку, заставленную коробками. На приткнувшемся в углу стуле высился громоздкий ящик, к которому крепился крутящийся диск с цифрами и рычаг с трубкой.
Веритарчесса сняла её и набрала номер с листка.
— Добрый день, — произнёс приятный женский голос. — Это служебный номер компании «Конрад и Лауд». С какой целью совершён звонок?
— Возле оранжереи найден бумажник.
— О. Чудесно! Погодите минутку, сейчас я соединю вас с хозяином пропажи.
В трубке щёлкнуло, потянулись гудки. Бьен приготовилась ждать.