Страница 128 из 178
исчез, — тихо произнёс просветитель. — Он пробрался в ваше платье. Нет, не бойтесь, он уничтожен.
Веритарчесса содрогнулась и поспешно скрестила руки на груди, опасаясь, что одежда начнёт сползать. Густав тут же произвёл некие манипуляции, и ткань с тем же треском начала срастаться обратно, щекоча спину.
Аксиомант бережно приобнял Бьен за талию и усадил в кресло.
С этого места веритарчесса могла видеть, что силуэты прекратили танцевать и потерянно разбрелись по залу; гости шарахались от них, — особенно дамы. Не одно платье сегодня было испачкано чернилами; уже одно это вызывало всеобщее неприятие.
— Нет, франт просветитель. К сожалению, думать ты не умеешь, — сказал Лис и наклонился к Бьен. — Плохо дело. Ситуайена, вам не следует больше колдовать в ближайшие часы.
— Именно в ближайший час мы должны уничтожить этих тварей, — возразила она, сдерживая небольшой кашель. — Иначе всё было бессмысленно. Дольше тянуть нельзя.
— Чтобы всё получилось правильно, нужно действовать по
Правде
. Найди-ка хозяина бала и испроси разрешения на свет и аксиомантию, — велел Лис Густаву. Тот слегка замешкался. — Иди-иди. Я присмотрю за ней.
Едва Густав отошёл, Лис стянул с правой руки перчатку, чуть-чуть сдвинул маску Бьен и положил ладонь девушке на лоб. Прикосновение показалось Бьен обжигающе горячим, и она снова покрылась мурашками.
— У тебя жар, юная фрау.
— Я просто простудилась, — вяло отозвалась Бьен, закрыв глаза.
— Нет, не просто. Ты
застудилась
. И, если немедленно не принять меры, погибнешь. Или превратишься…
— В хлоссу?
— Будем надеяться, до этого не дойдёт. Хотя это и не самый плохой вариант из возможных.
— Вы наставник, так скажите — как избежать Остуды?
Лис вздохнул.
— Есть способ смягчить последствия. Тебе нужно стать как можно
Правдивее
, то есть отказаться от всего, что способно ввергнуть в обман
.
Тебе придётся перед колдовством снять маску. Фальшивое лицо, скрытое лицо, маленькая не-
Правдивость
… А вот и она, кстати. Не разговаривайте вслух.
Он замолчал и поправил маску Бьен, возвращая на прежнее место. Веритарчесса. приоткрыла глаза и различила рядом с собой фигуру в белом.
— Вам нехорошо? Нужна помощь? — приторно-участливым тоном спросила Мелисса, глядя на франта До Ленца (но не подозревая, что это франт).
— Мне — нет, барышня, — саркастически ответил Лис, надевая перчатку. — Знаете, в последнее время терпеть не могу рыжеволосых! —
Правдиво
заявил он.
У Мелиссы дрогнуло лицо. Она распознала, что этот голос ей не знаком (и никак не может принадлежать Бьен Грандин).
— О, жаль это слышать, — справившись с удивлением, сказала она. — Вашей подруге дурно? Позвольте, мы проводим её в дамскую комнату…
В свете недавних событий это прозвучало зловеще.
— Она только оттуда, — Лис откровенно злорадствовал. — Благодарю, ситуайена. Не извольте беспокоиться, настоящая помощь уже спешит.
Он демонстративно наклонился ближе к Бьен, закрывая её своей вуалью.
Мелисса растерялась.
— О… что ж, прошу прощения за назойливость. Не смею более докучать вам.
Уходила она медленно, словно надеялась, что её окликнут. Надежда не оправдалась.
Лис немного подождал и отодвинулся.
— Как вы узнали, кто она? — прошептала Бьен.
— Определить хлоссу на глазок довольно легко. Поживёшь с моё, и не такому научишься, — Лис усмехнулся каким-то своим мыслям.
Бьен собралась с духом.
— Простите, могу я вам задать личный вопрос? — выпалила она, не давая себе времени на дальнейшие раздумья.
— Попробуй, — весело отозвался Лис. — Но ответа не обещаю.
— Кто вы по
Правде
?
Он продолжал улыбаться, но вся его весёлость куда-то подевалась.
— Ох… такой простой — и такой сложный вопрос. И ответ ему под стать, — он молчал долгую минуту, собираясь с мыслями. — У каждого существа может быть множество имён, названий и толкований. К примеру, взять тебя. Юная барышня, искательница
Правды
, колдунья, дочь, сестра… невеста. Меня можно назвать братом, Прорицателем, колдуном, существом нечеловеческой природы… Я существую на Земле невыразимо долгое время, которое не пересчитать в годах, веках или даже тысячелетиях.
— Вы… не человек? — осторожно спросила Бьен.
— Правильнее будет выразиться, что я существую в человеческой форме, в человеческом теле. Такова моя
Правда
, фрау. Нет, я не куирп, не л’утэ, и не любая другая тварь из Стужи. Скажем так, я один из тех, кто помогал создавать
Правду
такой, какой ты её знаешь, дитя.
Всё сказанное было
Правдой
.
Бьен попыталась представить, что это может быть за человекоподобное существо, прожившее несчётное количество лет и знающее истоки
Правды
. Ничего не получилось. Ничего не вспомнилось и из школьных уроков истории. Разве только древние боги… но ведь боги на то и боги, что они существуют за пределами мира людей, не
Правда
ли?..
— Я не понимаю…
— Не забивай себе голову. Считай, что я очень-очень старый колдун. В каком-то смысле, это тоже
Правда
.
— А как вы берёте себе учеников?
— Крайне редко. Не надейся, фрау, я не возьмусь тебя учить, — потому что моё понимание колдовства тебе не подходит. Этот мой ученик, — Лис кивнул на показавшегося из толпы Густава, — приходится мне весьма отдалённым родственником. Он возвращается, значит, скоро затеется то, ради чего мы сюда пришли. Готова созидать
Правду
, веритарчесса?
— На это у меня нет лицензии.
Лис фыркнул.
— Так и вижу — показываешь начертанным тварям лицензию, и они в страхе разбегаются!
Бьен рассмеялась.
— Показываешь чертям книгу, и они сбегаются… у меня же есть с собой книга! — она полезла в сумочку.
— И даже по
Правде
искажённая, — заметил Лис. — Предусмотрительно, фрау.
«Благодарить следует Лу и мадам Фрайду», — подумала Бьен.
Прорицатель кончиками пальцев прикоснулся к обложке вместилища Лу.
— Эта та книга, которую вам прислала ведьма?
— Та… и не та, — запнувшись, проговорила Бьен.
По сути, от именно присланной мадам Фрайду книги осталась только вещественная половина.
— Любопытно. Предусмотрительно вдвойне, — сказал Лис.