Страница 103 из 178
— Он всего лишь чертёжник. Даровитый, но не очень умелый. К тому же, я не на его стороне. И в-третьих: я хочу попросить вас, ситуайена Грандин, закрепить документ о нашем браке Печатью
Правды
.
— Я не аксиомант, — призналась Бьен.
— Но вы умеете делать Печати.
— У меня нет лицензии…
— У меня тоже, — ситуайен Альфир осклабился. — Я состою в Кругах. Приличные люди из Общества морщат нос в моём присутствии. Ну так что? Вы согласны? — последний вопрос он произнёс почти утвердительно.
Бьен вместо ответа взяла лист бумаги и принялась записывать соглашение.
Когда она закончила, Конрад ознакомился с текстом, одобрил каждую строчку и
Правдиво
подписался, после него — Медея, причём с фамилией «Альфир». Густав тоже оставил подпись — как свидетель — и даже вызвался сделать Печати для документа и для чека. Последней своё имя на соглашении вывела Бьен.
— У вас ко мне есть ещё какие-нибудь вопросы? — спросил ситуайен Альфир.
— Есть, — поспешила заявить Бьен. — Кого из своих людей вы выделили в помощники Дессину Атриче?
— Труфа-Без-Панталон… Прошу прощения, дамы. Труфа Леларрона.
— Труф Леларрон? — переспросила Бьен. Конрад кивнул. — Разве он не… — она осеклась, заметив, что Густав из-за спины Конрада подаёт ей знаки молчать. — Ах, нет, ничего. Простите. А где сейчас Филиппа Фрайду?
— Сегодня утром Лауд отвёз её в её конуру.
Правда
.
Бьен переглянулась с Густавом. Они оба подумали об одном — если с мадам Фрайду всё в порядке, почему она не дала о себе знать?
— Конрад, зачем старушка вообще тебе понадобилась? — с лёгким удивлением спросила Медея, поднимаясь на ноги.
— Я надеялся на её помощь против чертёжника, но просчитался. Она его боится.
— Зачем она прислала посылку Подстрочнику? — выпалила Бьен, отважившись схватить быка за рога — то есть закидать главу Тортуозов вопросами по самую макушку.
Но этот оказался последним:
— Какую ещё посылку? — насторожился ситуайен Альфир.
— Кажется, нам всем во многом предстоит разобраться, — вмешалась Медея, приподнялась на цыпочках и звонко чмокнула мужа в щёку. — Не волнуйся. Ситуайена Грандин и её брат обязательно найдут
Правду
, а ситуайен Круадевер позаботится о том, чтобы Дессин был наказан по всей строгости и справедливости.
На этом вопросы закончились. Конрад откланялся и со своим бритоголовым сопровождающим покинул дом, а через минуту с улицы донеслось фырканье шарэтта.
— Почему вы не хотели, чтобы я сказала, что Леларрон — слуга ситуайена Труффари? — спросила Бьен у Густава, пряча чек в сейф. Медея как раз вышла на минутку — проводить мужа.
— Боюсь, ситуайен Альфир ринется самолично вести расследование и всё испортит.
Бьен хихикнула.
— Труф Леларрон… — протянула она. — Хм, забавно, — имя слуги почти идентично фамилии хозяина.
— И это тоже неспроста, ситуайена Грандин. Нужно завтра же посетить ухажёра вашей бабушки. Лучше всего с утра.
— Тогда мне нужно будет вернуться до одиннадцати. В одиннадцать придёт Мелисса.
— Может быть, личные встречи стоит назначать не в рабочее время?
Круадевер задал вопрос спокойным тоном, без тени упрёка, но Бьен вскипела.
— И это говорит человек, который позвал меня на помощь среди ночи?
Аксиомант потупился.
— Вы можете нанести визит ситуайену Труффари без меня, — вернув самообладание, добавила Бьен.
— Предпочту в вашей компании.
В этот момент вернулась Медея.
— Значит, завтра, после двух часов пополудни, — сказала Бьен. — Я понимаю, что время дорого, но веритарчерство нельзя оставлять без присмотра. Мелисса придёт по делу. Простите, ситуайен Круадевер.
— Это вы меня простите, — он наконец посмотрел ей в глаза. — Я забылся. Слишком привык работать в одиночку. А ещё напарника искал… — он несколько мгновений помолчал. — Ещё раз прошу прощения. Доброго вечера, ситуайена Грандин, и до встречи.
Едва он вышел, в ящике стола поднялся ужасный шум: из угла в угол с истинно ежиным топотом бегала взбудораженная новостями Клэффи. Лу в книге тоже ёрзала, выражая любопытство, отчего её обложка вздымалась и поскрипывала.
— Ты хочешь вернуться к мадам Фрайду? — спросила Бьен, выпустив ежиху-игольницу на стол.
Клэффи сама не знала, чего хочет, но подозревала, что её хозяйка попала в непростую ситуацию, и из-за этого разволновалась так, что все её иголки и булавки встопорщились; вся подушечка превратилась в грозный колючий шар.
— Я поговорю с Тьяго, — пообещала Бьен. — У него есть возможность связаться с мадам Фрайду, не привлекая внимания.
К счастью, Подстрочник был ещё у себя.
— Насколько я понимаю, встреча супругов прошла благополучно, — заметил он.
Голос у него все ещё был хрипловатый. Синяки на шее Тьяго прикрыл шарфом.
— Да. Тьяго, у меня к тебе небольшая просьба.
— Я весь внимание.
Выслушав веритарчессу, Подстрочник запер дверь лавки изнутри, взял пухлую записную книжку и поманил девушку в подсобку. Там сел к телефонному аппарату и набрал номер мадам Фрайду.
Один за другим потянулись томительные гудки. Вот уже и десятый… одиннадцатый… двенадцатый…
Тьяго достал часы, засёк время, выждал две минуты и положил трубку.
— Очень подозрительно, — сказал он. — Филиппа никогда не оставляет аппарат без наблюдения, хоть кто-нибудь поблизости дежурит. Ну-ка, попробую ещё раз.
Но всё повторилось.
— Не стоит беспокоиться раньше времени. Может быть, утром всё выяснится.
Бьен поблагодарила Подстрочника и осведомилась, что ей делать с книгой, которую нашёл Одрик.
— Колдун намеревался использовать её для колдовства, но потерял из-за собственной безалаберности? Есть повод порадоваться, — заметил Тьяго. — Оставь книгу себе, я разрешаю. Почитай, вдруг обнаружишь что-то полезное.
Медея дожидалась Бьен в офисе, держа ежиху-игольницу под пузико и рассеянно поглаживая по мордочке.
— Филиппа ни за что не оставила бы Клэффи. Обязательно прислала бы весточку со вторым ёжиком, — сказала хлосса.
Бьен легонько похлопала по обложке Лу.
— Одна весточка у нас есть. Жаль только, что она немногое знает. Лу, ты можешь точно вспомнить, что тебе говорила мадам Фрайду?
Увы, «книжной» л’утэ было нечего добавить. Хотя она очень старалась.