Страница 43 из 61
А сразу после выпуска девушке предложили должность придворного портальщика. Разумеется, такой пост не могла занимать просто Лесли Винси, так что баронство Гриммор супруги получили в качестве приложения к новой должности Лесли.
При этом все понимали, что если дети этой пары унаследуют дар матери, то в будущем семья сможет претендовать и на титул рангом повыше.
Первые несколько лет супружества были счастливыми. Танор пылинки сдувал с обожаемой жены и с нетерпением ждал, когда у них появятся дети. Лесли с удовольствием занималась любимым делом и, конечно, не забывала похлопотать о карьере супруга. Так что, несмотря на свой слабенький дар и не самые высокие показатели по раскрываемости преступлений, тот довольно скоро стал начальником столичного сыска.
А потом.. Что-то сломалось.
*
Однажды Лесли раньше, чем ожидала, освободилась со службы и решила устроить мужу сюрприз – построила портал не домой, а к нему – где бы он ни находился.
Конечно, картину она застала банальную, но от этого не менее болезненную для нее. Танор развлекался с какой-то девицей не самого тяжелого поведения.
..Он клялся, что такое случилось впервые и едва ли не случайно. Умолял и даже стоял на коленях.
И Лесли.. решила не рубить с плеча. Просто стала куда внимательнее.
И очень скоро выяснила, что Танор изменяет ей давно, регулярно, имеет нескольких постоянных любовниц и даже не особенно скрывается. А еще – что за глаза, среди друзей и сослуживцев, он отзывается о ней совсем не так, как наедине. "Эта дура" и "моя клуша" были самыми мягкими эпитетами, которые ей довелось услышать.
А вдобавок ко всему выяснилось, что очень многие по загадочным причинам считают, будто это именно она, Лесли, всем обязана мужу – обладателю титула и высокого поста. Якобы даже свою придворную должность получила она вовсе не благодаря дару, не такому уж, как болтали люди, великому, а с помощью протекции влиятельного супруга.
Конечно, не все верили в этот бред, не так уж сложно сопоставить даты и последовательность событий, да и реальный уровень дара обоих знали довольно многие.
Однако далеко не все давали себе труд сопоставлять – просто пересказывали слухи. А об уровне дара начальника столичного сыска давно уже никто не говорил вслух – этот господин, прекрасно умевший налаживать нужные связи, действительно пользовался теперь огромным влиянием.
В день, когда Лесли заговорила о разводе, Танор впервые ее ударил.
— Я не дам тебе разрушить все, чего я добился, – сказал он. – Развода не будет.
— ТЫ добился?! – не на шутку изумилась Лесли. – Танор, опомнись! Это же я..
— Ты! – такой презрительной гримасы Лесли у него еще не видела. – Ты всего лишь девка, не способная даже родить ребенка. Я добивался всего сам – включая тебя, а значит, и своего титула, хоть я заслуживаю и большего. И я не дам тебе это разрушить. Если попытаешься – очень скоро поползут слухи о твоей душевной болезни. Свидетели найдутся, поверь. И даже доктор, который подтвердит. Как думаешь, что случится потом?
Баронесса очень хорошо представляла, что. А о чем не догадывалась – муж просветил.
Для начала – она потеряет свою должность. Никто не позволит сумасшедший строить порталы для членов королевской семьи и государственных министров, ведь мало ли что ей взбредет в голову!
В то же время терять такой дар все же обидно. Все еще остается надежда, что безумная баронесса сможет родить ребенка. Благо муж у нее имеется, и так трогательно заботится о ней!
Развода ей как недееспособной, конечно, не дадут. Тем более что Танор убедительно докажет, что кроме него некому позаботиться о бедняжке. Он получит опекунство, и все будут довольны, а Лесли окажется в полной его власти.
Лесли по-настоящему испугалась. Она поняла, что барон де Гриммор действительно сможет это провернуть.
Ее жизнь превратилась в ад. Муж контролировал теперь каждый ее шаг вне ее службы. Но даже на службе она боялась с кем-то откровенничать, не зная, кому можно доверять. Можно было сбежать порталом в никуда, но чего бы она добилась? Развод таким образом точно не получить. Муж все же ославил бы ее сумасшедшей и вполне законно объявил в розыск. Остается только бежать в другую страну – без каких-либо гарантий и защиты. Но в какую?
Спасение пришло лишь через пару лет, и Лесли даже не поверила, что все может быть так просто.
О драконьих обычаях и системе вассалитета она слышала когда-то. Как раз от мужа, который завидовал, как легко драконам раскрывать преступления – ведь они оказываются на месте мгновенно и мгновенно же наказывают насильников и убийц. С такой-то магией неудивительно, что у проклятых ящериц преступность почти отсутствует! А начальство вечно приводит этих соседей в пример сыскарям. Обидно, господа!
Однажды на службе Лесли довелось несколько дней подряд строить порталы для представителей драконьего посольства – и ее осенило.
Несколько дней она думала о том, как обратиться к драконам. А потом однажды вечером муж грубо схватил ее за руку, надел блокирующий магию браслет, заткнул рот кляпом и затолкал в карету.
Неплотно защелкнутый браслет – вот что ее спасло. Всего лишь глупая случайность. Лесли удалось расстегнуть его – и телепортироваться прямо из кареты на первый пришедший в голову адрес – в посольство драконов.
А там – бросилась в ноги первому же встреченному дракону, умоляя о защите. Чистая случайность – что это не оказался кто-то из рода Д`Агор, представителей которого в посольстве было больше всего.
После короткого разговора баронесса де Гриммор на месте принесла вассальную присягу дракону. Спустя несколько дней она уезжала из родной страны уже в составе посольства – как новая подданная Артейна и с поданным заявлением о разводе.
И ни разу не пожалела о своем решении. Здесь бывший муж не сможет до нее добраться. Стоит ему появиться, как она воззовет к сюзерену. И ославить сумасшедшей он ее никак не сможет – здесь у него нет ни власти, ни влияния, да и ее господина он ни в чем не убедит.
Вот только с титулом при разводе неувязочка вышла. Разведись они мирно в Линкарнии, баронство, несомненно, осталось бы за Лесли – ведь именно ей оно и было даровано. Но теперь она подданная другой страны, и Линкарнии выгоднее все же отдать титул и земли баронства Танору – заодно и потрафить не последнему в стране чиновнику.