Идущие по следу

– Тогда Семин говорил вам о том, что Аладдин убил какую-то проститутку и спрятал ее тело.

– Было дело! – воскликнул Глухов. – Как я сразу не вспомнил об этом! Я тогда дал задание своему агенту, он также подтвердил, что Аладдин мог быть причастен к убийству какой-то девушки. Думаете, обнаружен труп той самой проститутки?

– Вполне может быть, – кивнула Лика. – Если бы это была местная девушка, ее искали бы родственники, друзья, а тут такая тишина. Однозначно приезжая.

– Полностью согласен с вами. Если бы здесь пропала молодая девушка, мы бы об этом знали. – Глухов вопросительно посмотрел на Лику. – Что тогда предпринимаем? Выдергиваем его? Аладдин никогда не признается… Кстати, он освободился?

– Год назад должен был выйти на свободу. Узнать бы, где он сейчас находится, чем занимается.

Глухов встал с кресла и направился к двери:

– Допивайте кофе, а я мигом.

Через минуту он вернулся с Максимовым и, кивнув на следователя, дал указание:

– Марат, подключись к Лике Евгеньевне для проверки одной информации, которая может пролить свет на тайну убийства неизвестной девушки. А я встречусь со своим агентом, который два года назад меня информировал об этом.

– Я еще вчера подключился к Лике Евгеньевне, – ответил Максимов. – Смотрели дела пропавших без вести.

– А сейчас открылись новые обстоятельства, – сказал Глухов. – Лика Евгеньевна все объяснит, надо срочно проверить одну вещь.

Когда Лика в кабинете у Максимова в подробностях изложила события трехлетней давности, сыщик с воодушевлением воскликнул:

– Все сходится! Это она!

– Погодите, Марат Маркович, не торопитесь, – остудила оперативника следователь. – Надо тщательно проверить, где сейчас находится Аладдин, проживает ли по старому адресу, чем занимается. А еще пробейте, в какой колонии сейчас Азизбеков.

– Сейчас же начну проверять, – оживленно отозвался сыщик. – По результатам напишу подробную справку.

– Все это надо сделать до обеда, – добавила Лика. – А я тем временем схожу в морг за вещами убитой.

Получив в морге вещи, Лика поехала к свидетелю по другому уголовному делу, а затем вернулась в Управление милиции. Максимов встретил ее возгласом:

– Лика Евгеньевна, все проверил! Аладдин освободился чуть более года назад, проживает там же и взялся за старое…

– Опять малолетки? – быстро спросила Лика.

– Нет, на этот раз держит взрослых проституток.

– Плохо, за малолеток его можно было бы посадить, а так – административка, – разочарованно проговорила Лика и спросила: – А Азизбеков?

– Здесь, в местной колонии. Я завтра съезжу и переговорю с ним, узнаю, откуда он взял эту информацию.

– Хорошо. Сразу же сообщите мне, пожалуйста, результаты беседы с ним, – попросила она опера.

В прокуратуру Лика вернулась в обеденный перерыв. Семина не было в кабинете, так что она расстелила кофту и юбочку убитой на полу и стала осматривать. Прикинув по юбке окружность талии, она тихо проговорила:

– Так вот почему судебный медик так уверенно сказал о ее телосложении. А я думала, они по какой-то сложной методике вычисляют…

Синтетическая черная юбочка, кроме как о телосложении своей обладательницы, ни о чем больше не поведала, а вот на шерстяной кофточке синего цвета следователь нашла ярлык «Благовещенская швейная фабрика». Сложив обратно вещи, она стала ждать Семина.

Выслушав доклад своей подчиненной, Семин распорядился:

– Сделай запрос в Амурскую область, пусть проверят среди своих пропавших гражданок. К запросу приложи фотографию найденной одежды. Надо проверить магазины и фабрики на предмет производства и продажи таких кофточек и куда они поставлялись, уточнить, не привозили ли такие в Якутию. Аладдина пока трогать не будем, но ты контролируй, чтобы уголовный розыск постоянно держал его в поле зрения. Пока не установлена личность жертвы и нет уверенности в том, что она является той самой проституткой, разговаривать с ним не имеет смысла.