Страница 18 из 33
Глава 11
— Не понимаю, что ты имеешь в виду, — непроизвольно вздрогнула от его прикосновений и попыталась съехать с темы, но не получилось.
— Кристина, — Кондрашов подпустил в голос властных и одновременно сексуальных ноток, — Не прикидывайся дурочкой. Я же не слепой, и прекрасно вижу здоровенный укус на моём плече.
— И вовсе он не здоровенный, — возмутилась я. — У меня не настолько большой рот и массивные челюсти.
— Ага, попалась, — пророкотал он, а я застонала и тут же сделала пару шагов вперед. Развернулась и прямо посмотрела на Кондрашова. Черт с ним, догадался и ладно. Главное, чтобы знал по минимуму.
— И что? Укус и укус. Это ничего не значит. Говорю же, к счастью, ничего между нами не было.
— К счастью? — то ли растерянно, то ли возмущённо переспросил Ренат, а я с трудом замаскировала усмешку покашливанием.
Нет, ну вы посмотрите на него. Сейчас еще и обидится. Видимо, привык, что все женщины раздвигают перед ним ноги при одном упоминании его фамилии.
Ренат, похоже, и правда считает, что секс с ним — это предел мечтаний для любой. Нет, я, конечно, тоже поплыла, но это, что называется: бес попутал, а бог отвел.
Так что не считается.
— Кондрашов, — скрестив руки на груди, попыталась придать недовольный вид. Ренат даже заподозрить не должен, что мне понравились его ласки. Незачем подпитывать и без того непомерное эго. — Знаешь ли, далеко не каждой женщине нравится, когда в ее номер вваливается в дупель пьяный посторонний мужик, раздевается, а потом набрасывается на нее с поцелуями. Грозящими перейти в полный разврат. Так что не обольщайся, мой укус это всего лишь способ самозащиты.
— Самозащиты? — судя по тому, как округлились глаза и высоко взлетели вверх брови мужчины, у него, кажется, порвался шаблон. Совсем порвался. На британский флаг.
— Именно. Надо же было мне как-то защищаться. Честно говоря, я уже раздумывала, чем таким тяжелым тебя по голове огреть. Но ты просто отрубился, а я перебралась на диван. Так что да. Между нами ничего не было. К счастью. — упорно подчеркнула я.
В комнате воцарилось молчание. Ренат усиленно переваривал услышанное, а я ждала, когда же он уйдёт к себе. Потому что не знала насколько хватит моей выдержки.
Актриса, повторюсь, из меня не очень. А выдать себя не хотелось.
Было ли мне стыдно? С чего бы это? Стыдно должно быть пьяным вламываться в чужие номера и склонять незамужних девушек к интиму.
А я… я просто защищаю свое душевное равновесие. Вот. Имею полное право.
А молчание между тем затягивается. Я искоса посматриваю на Рената, намекая всем своим видом, что пора освободить мой номер.
Он же стоит и задумчиво так меня разглядывает. И разглядывания эти мне совсем не нравятся. Потому что от них у меня по коже начинают бегать нервные мурашки.
Наконец мужик отмирает, натягивает на себя рубашку и говорит то, что я меньше всего на свете ожидала услышать от Кондрашова.
— Кристина, за свое поведение я приношу извинения. Это было недостойно. Но кто мог знать, что ключ-карта откроет чужой номер.
Я аж обмерла и уставилась на него как удав на пачку дуста. Чтобы Кондрашов со своего Олимпа снизошёл до извинений перед «девкой без имени»? Да завтра же в горах весь снег должен растаять.
— На кой черт вообще нужно было так напиваться? — пробурчала, скрывая свое замешательство.
— Была одна причина, — хмыкнул Кондрашов, подхватывая оставшиеся вещи и с кресла. — Очень злопамятная причина. Хорошего дня, Кристина.
— И тебе того же, — выдохнула с облегчением и пошла закрывать дверь.
— А Данька все-таки идиота кусок, — уже в самом коридоре бросил Ренат, — я всегда это знал.
— Почему это? — не могла не спросить я.
— Потому что променял тебя на дочку Зосимова. Теперь вот пожимает плоды. — бросил он, уже заходя в свой номер.
Интересно мыши пляшут… Это что же там такое у Кондрашовых творится, что Ренат такое сказанул? Или это у него с похмелья мозг с памятью плохо работают? Загадка…
***
После ухода Кондрашова я спустилась вниз, на ресепшен. Чтобы разобраться с проблемой ключа. Конечно, полностью обрисовывать ситуацию я не стала, просто спросила о возможности открыть картой чужой номер.
В итоге выяснилось, что карта все же с индивидуальным доступом, привязанным к фамилии постояльца. Но из-за какого-то бага в программе случилась двойная идентификация. То есть карта Кондрашова может открыть мой номер, а моя карта — его. Прелестно.
Девочки долго извинялись, но в итоге, спустя полчаса, баг все же убрали. Но я все же решила провести эксперимент.
Поднявшись наверх, попыталась открыть номер Кондрашова. Не вышло. Ура! Жаль только, что за этими манипуляциями меня застал хозяин номера.
— Кристина? А ты что тут делаешь?
— Экспериментирую, блин, — проворчала я, усиленно краснея. — Теперь давай ты.
— Не понял? — выгнул он бровь.
— Ключ-карту дай. Там баг был в программе с доступами.
— Сейчас.
Второй опыт тоже прошел успешно. Теперь карта Кондрашова мой номер открыть не могла.
Аллилуйя! Можно спать спокойно.
— Кристина, — остановил меня Кондрашов, когда я уже заходила в номер. — Какие у тебя планы на вечер?
— Обычные. — дернула я плечом. — Ужин, отдых, сон.
— Тогда я приглашаю тебя на ужин. —абсолютно невозмутимо заявил он.
— Зачем? — такой поворот событий мне был непонятен.
— Хочу загладить вину за сегодняшнюю ночь. Да и поговорить нам нужно. В общем, жду тебя в семь в вип-кабинете номер 2.
Огорошил он меня, и тут же закрылся в своем номере. Даже не стал ждать, когда я пошлю его в хмм… весьма интересное путешествие.
Ну не гад разве? Гад. Окончательный, нахальный и невыносимый. Понятно зато, почему до сих пор не женат.
Видимо, даже большие деньги не помогают терпеть его гадский характер