Страница 8 из 106
— Мне не нужен юрист дома Реваль.
— Это очевидно.
Адриан медленно произнес:
— Я и не собирался предлагать тебе моего.
Я посмотрела на него.
— Хорошо.
Он выдержал взгляд.
— Но если понадобится оплатить независимого специалиста...
— Нет.
— Ливия, это часть спора, который возник из нашего брака.
— Именно поэтому нет.
— Ты имеешь право на расходы по делу.
— Тогда пусть Палата взыщет их с виновной стороны после решения. Я не буду брать у тебя деньги на человека, который должен защищать меня от тебя.
Фраза ударила и по мне самой.
Адриан чуть побледнел.
Но не стал спорить.
— Понял.
Мне стало хуже.
Я хотела, чтобы он наконец понял многое.
Не так.
Независимого поверенного Палата предоставила через час.
Женщина по имени Мериса Ван внимательно прочитала заключения и сразу задала вопрос, который я почему-то не задала:
— Может ли долг возникнуть без фактической передачи?
Келлан ответил:
— Нет.
— То есть это не обещание передать семь единиц в будущем.
— Нет.
— Ресурс уже находился у господина Реваля?
— Да.
Мериса посмотрела на Адриана.
— Тогда для предварительного требования достаточно факта передачи, отсутствия регистрации и заявления госпожи Морен, что информированного согласия она не давала.
Адриан кивнул.
— Я не оспариваю ее заявление.
Я повернулась.
— Что?
Он смотрел на поверенного.
— Я подтверждаю, что за семь лет брака Ливия ни разу не говорила мне о добровольной передаче жизненного срока. Я тоже никогда не обсуждал с ней такой договор.
Мериса записала.
— Вы допускаете, что она могла заключить его без вашего участия?
— Теоретически любой взрослый человек может заключать собственные договоры. Но в контексте нашего брака я не вижу ни одной причины, почему Ливия стала бы тайно отдавать мне по году жизни и не сказала об этом.
— Вы готовы зафиксировать это официально?
— Да.
Я смотрела на него и не знала, что чувствовать.
Он помогал моему требованию.
Естественно.
Если не знал, иначе поступить было бы невозможно.
Но это все равно странно сочеталось с утром, когда тот же мужчина подписал развод ради интересов дома.
Мериса спросила:
— Вы намерены оспаривать полную реституцию?
Адриан ответил после короткой паузы:
— Я намерен сначала узнать медицинские и магические последствия процедуры. Сам долг, если подтвердится отсутствие согласия Ливии, оспаривать не буду.
— Это разные вещи.
— Я понимаю.
Мериса повернулась ко мне.
— Вас устраивает такая формулировка?
— Да. Я не требую провести передачу сегодня без обследования. Я требую признать мое право на все семь единиц.
Она кивнула.
Вот так было точнее.
Не месть.
Не желание заставить Адриана страдать как можно скорее.
Право.
Мое.
Заявление составили к вечеру.
Я прочитала его дважды.
Мериса исправила один пункт, где формулировка могла позволить заменить полную реституцию равноценной имущественной компенсацией по соглашению сторон.
— Уберите, — сказала я.
— Даже как резервный вариант?
— Да.
— Если позже выяснится, что возврат последней единицы смертельно опасен для должника?
Я не ответила сразу.
Адриана в комнате не было. Его отправили на дополнительное обследование ядра.
— Тогда будем решать после заключения, — сказала я. — Сейчас я не хочу заранее подписывать согласие на то, что мою жизнь можно оценить в деньги.
— Разумно.
Она вычеркнула пункт.
В окончательном заявлении стояло:
«Ливия Морен требует полного установления происхождения жизненного долга и реституции всех незаконно переданных единиц жизненного срока в натуре».
В натуре.
Семь лет.
Не имущество.
Не золото.
Не дом.
Не фонд.
Я подписала.
Мериса поставила свою отметку и передала заявление секретарю Палаты.
Через десять минут оно получило номер производства.
Теперь это было не подозрение мастера.
Официальный спор.
Ливия Морен против Адриана Реваля в части реституции жизненного срока и против неустановленных лиц в части возможного незаконного создания магического обязательства.
Я прочитала последнее особенно внимательно.
Неустановленные лица.
Пока я не знала, кого обвинять.
И не собиралась придумывать виновного заранее.
Адриан вернулся, когда за окнами уже почти стемнело.
Мы остались в приемной вдвоем. Служащие Палаты собирали документы в соседних комнатах, по коридору время от времени проходили люди, но нас никто не торопил.
Он сел напротив.
— Подала?
— Да.
— Полную реституцию?
— Да.
— Я получил уведомление.
— Быстро.
— Я все еще глава одного из пяти крупнейших драконьих домов. Палата умеет быстро доставлять мне плохие новости.
Я не смогла удержаться от слабой улыбки.
Она исчезла почти сразу.
— Что показало обследование?
Адриан посмотрел на свои руки.
— Ресурс действительно интегрирован в ядро.
— Семь единиц?
— Предварительно да.
— Они сделали тебя сильнее?
Он поднял взгляд.
— Похоже.
Мне не понравилось, как спокойно прозвучал ответ.
— Насколько?
— Пока не сказали.
— Адриан.
— Ливия, я действительно пока не знаю. Врач сравнивает старые показатели.
— Хорошо.
Он помолчал.
— Я хотел спросить про гостиницу.
Я сразу напряглась.
— Что с ней?
— Ты собиралась оставаться там несколько дней, пока не найдешь квартиру.
— Собираюсь.
— У тебя вещи все еще в Ревале.
— Их привезут.
— Я могу организовать.
— Можешь передать моему секретарю доступ к личным комнатам. Упаковку я оплачу сама.
— Ты уверена?
— Да.
— Хорошо.
Опять это слово.
Сегодня мы оба слишком часто им пользовались, потому что другие варианты приводили к спору.
Адриан потер переносицу.
— Я должен вернуться завтра на восток.
— Возвращайся.
— Палата может потребовать мое присутствие.
— Тогда приедешь.
Он кивнул.
— Я оставлю Маркусу распоряжение предоставить любые документы дома, которые официально запросит государственный аудит.