Страница 101 из 106
Никакая магическая печать, включая защитные, родовые и наследственные функции, не вводится без независимого аудита мастера, не связанного с домом и Огненными Союзами.
Четвертый.
Никакое решение, затрагивающее здоровье, профессию, имущество или юридический статус одного супруга, не может быть принято другим «из соображений безопасности, разумности или интересов дома» без его участия, кроме экстренной ситуации, где человек физически не способен выразить волю.
Я посмотрела на Адриана.
— Это ты сам написал?
— С помощью юриста.
— Какая часть твоя?
— «Из соображений разумности».
Я рассмеялась.
— Хорошо.
— Знал, что оценишь.
Пятый раздел касался обязанностей дома.
Я не становилась автоматически хозяйкой всех социальных, представительских и семейных функций.
Если соглашалась на конкретную роль — она описывалась отдельно.
Если нет — дом организовывал ее без меня.
Шестой.
Любая будущая тема наследника не являлась условием сохранения брака.
Если вопрос преемственности снова становился политической проблемой, он решался отдельно от моего медицинского статуса и права оставаться супругой.
Я задержалась.
— Это совет видел?
— Нет.
— Почему?
— Потому что сначала это между нами.
— Потом им может не понравиться.
— Наверняка.
— И?
Адриан пожал плечами.
— Тогда не понравится.
Я закрыла папку.
— Зачем принес именно сейчас?
Он не ответил сразу.
— Потому что хочу попросить тебя построить со мной новый брак.
Вот.
Без кольца.
Без колена.
Без зала.
За моим кухонным столом.
Я смотрела на него.
— Не вернуть старый.
— Нет.
— Не потому, что долг погашен.
— Нет.
— Не потому, что совету снова нужна жена главы.
— Совет будет счастлив, если я несколько месяцев вообще никому не предложу ничего, что может вызвать еще одно собрание.
Я улыбнулась.
— Понимаю.
Адриан стал серьезнее.
— Я прошу не сейчас ответить. И не на условиях, которые написал я. Ты можешь изменить все. Добавить. Вычеркнуть. Сказать нет.
Я медленно провела ладонью по папке.
— А если скажу нет?
— Тогда договор останется бумагой.
— И мы?
— Это уже другой вопрос.
— Какой?
— Я все равно хотел бы быть с тобой, если ты захочешь. Даже без брака.
Я смотрела.
— Раньше ты бы так не сказал.
— Раньше я бы считал отношения без окончательного правильного решения незавершенными.
— Да.
— Теперь у меня немного изменилось отношение к правильным решениям за других.
Я улыбнулась.
— Немного?
— Очень.
Я закрыла папку.
— У меня есть условия.
Адриан сразу выпрямился.
— Я слушаю.
— Первое. Я остаюсь Ливией Морен в профессии. Всегда.
— Да.
— Второе. Мои доходы и имущество не считаются ресурсом дома. Общие расходы обсуждаем заранее.
— Да.
— Третье. Я не становлюсь снова хозяйкой дома Реваль просто потому, что вышла за его главу.
— Согласен.
— Даже если совет будет давить.
— Да.
— Четвертое. Никаких магических функций, которые я не могу прочитать сама и проверить независимым мастером.
— Конечно.
— Пятое. Если речь идет о моем здоровье, работе, месте жительства или любой вещи, где последствия прежде всего для меня, ты не принимаешь решение за меня, даже если уверен, что знаешь лучший вариант.
Адриан помолчал.
— Кроме ситуации, где ты без сознания и нужна срочная помощь.
— Именно.
— Согласен.
— Шестое. То же работает в обратную сторону.
Он нахмурился.
— Что именно?
— Я тоже не решаю за тебя, что ты обязан отказаться от дома, должности или драконьей формы, потому что мне так спокойнее. Ты имеешь право принимать собственные риски.
Адриан смотрел внимательно.
— Хорошо.
— Седьмое.
Я остановилась.
Вот это было сложнее.
— Если когда-нибудь снова появится вопрос ребенка, мы не позволяем ни дому, ни врачам превратить его в оценку ценности нашего брака.
— Да.
— И если детей не будет вообще...
— Мы все равно остаемся семьей, если сами хотим оставаться.
Мне пришлось отвернуться на секунду.
Потом кивнула.
— Да.
Адриан не стал протягивать руку.
Не пытался воспользоваться моментом.
Ждал.
— Еще? — спросил он.
Я посмотрела на проект.
— Да.
— Какое?
— Никакого нового брачного договора сегодня.
Он моргнул.
— Хорошо.
— Сначала независимая юридическая проверка. Не Орен.
— Почему не Орен?
— Потому что он мой наставник. Хочу человека, который не связан ни с тобой, ни со мной.
— Согласен.
— Потом отдельная техническая проверка магии.
— Да.
— И только потом я решу окончательно.
Адриан кивнул.
— Хорошо.
Я смотрела на него несколько секунд.
— Но решение о нас я уже приняла.
Он перестал дышать.
Я почувствовала, как сама начинаю улыбаться.
— Я хочу быть с тобой.
Адриан ничего не сказал.
Вот это было почти забавно.
Человек, который мог шесть часов спорить с советом дома, сейчас просто смотрел.
— Ты слышал?
— Да.
— И?
— Боюсь сказать что-нибудь не то.
Я рассмеялась.
— Наконец разумный страх.
Он тоже рассмеялся.
Потом спросил:
— Можно тебя поцеловать?
Я встала.
Подошла к нему.
— Да.
На этот раз он поцеловал меня первым.
Не осторожно, как после долгой болезни.
Но и не так, будто семь лет брака автоматически возвращали ему привычное право знать мое тело.
Его ладонь легла мне на талию и остановилась.
Я сама придвинулась ближе.
После первого поцелуя у книжной лавки мы оба слишком хорошо умели останавливаться.
Сегодня я не хотела.
Провела руками по его плечам, почувствовала, как он выдохнул мне в губы, и поцеловала снова, глубже.
Адриан отстранился ровно настолько, чтобы спросить:
— Ты уверена?
— Да.
— Ливия...
— Я сказала да.
Он улыбнулся.
— Знаю. Просто теперь мне нравится спрашивать.
— Не превращай в новую крайность.
— Постараюсь.
Я взяла его за руку.
И повела в спальню.