На хайпе!

Глава 25

Почти неделю назад, когда Даон только заговорила о новом шоу Mnet, мол, не следует ли узнать о нём больше, я, практически не раздумывая, отказал ей. Это был весьма популярный музыкальный телеканал. Если бы мелькнул у гиганта такого уровня, подобное сильно увеличило бы мою узнаваемость. Но у Mnet есть проблемы…

Во-первых, я старался избегать шоу, которые использовали злой монтаж, то есть искажали представление зрителей об участниках, высасывали драму и конфликты из пальца. Mnet же как раз оказался замешан в нескольких крупных скандалах с использованием подобного приёма. Во-вторых, когда злой монтаж не помогал уменьшить популярность того или иного участника шоу, они просто манипулировали результатами голосования, продвигая нужных людей.

Короче говоря, я мог стать более узнаваемым, приняв участие в шоу, но какой ценой…

Помимо сомнений в телеканале, была ещё одна причина отказа. Я не хотел после съёмок в одном шоу участвовать в другом. Есть целая каста звёзд, которые только и делают, что снимаются в проектах подобного формата. Листаешь каналы и прям видишь знакомые лица. Они бы и рады послать куда подальше всякие шоу, да уже не могут. В сознании поклонников образ звезды, участвующей в шоу, прочно закрепился. Он буквально вытеснил их основную сферу деятельности. Без шоу подобные звёзды никто. Их фанаты не воспринимают другой контент. На самом деле очень печальное зрелище.

Чтобы не повторить участь этих людей, съёмки во всяких шоу нужно дозировать. Одно дело, когда ты без смазки пытаешься пролезть в любую дырку во время, например, пиара нового альбома, и совсем другое, когда делаешь это в повседневной жизни.

Я вижу, какую пользу могу принести телеканалу. Во-первых, на данный момент популярен из-за Netflix. Да и мои песни корейцы всё же тоже слушают. Во-вторых, благодаря Системе меня считают весьма редким зверем, сонграйтером. Судя по услышанному, как раз тот, кто нужен Mnet. Но вот что они могут дать взамен? Этот вопрос я высказал вслух.

— Прямой эфир в прайм-тайм, — ответила Даон, начав с главного. — И десять миллионов вон за каждый эпизод с твоим участием.

— Маловато будет… — ответил я, доставая телефон. Речь шла не о деньгах. Прямой эфир в прайм-тайм — это, конечно же, круто… было бы, если бы Mnet не растерял свою аудиторию из-за, опять же, злого монтажа и фальсификации голосований. Вроде из-за последнего до сих пор идут суды…

В общем, я проверил, какое развлекательное шоу у телеканала вышло последним. Потом посмотрел на его рейтинги. На пике, первом эпизоде, это было два целых семь десятых процента. Примерно миллион четыреста тысяч зрителей… Я угадал. То, что Mnet может предоставить сейчас, это очень мало. Следует сказать, что на данный момент на YouTube у меня есть несколько роликов, которые набрали больше миллиона просмотров.

Пачкаться, позволять мешать себя с дерьмом ради миллиона четырёхсот тысяч очков хайпа и десяти миллионов вон… Ну, как-то не хочется.

— Откажи им, — сказал, убрав телефон.

— Хорошо, — ответила менеджер. — Они ещё говорили, что победитель получит пятьсот миллионов вон…

Я хмыкнул. Никто из нас не верил, что смогу стать победителем. Ни с тем подходом, который практикует в последние годы Mnet.

Даон спокойно приняла мой отказ. На самом деле она тоже сомневалась в новом шоу от этого телеканала. Ранее предложила разузнать про него лишь потому, что посчитала, будто тема может быть интересной для меня. Мол, всё же написал столько песен, не хочется ли посоревноваться с другими сонграйтерами?

Для приличия Даон подождала минут пять перед тем, как позвонить Mnet и вежливо отказать им. Она говорила настолько витиевато и обобщённо, что даже я не понял реальную причину отказа. Не последнюю роль, конечно, сыграло то, что был сосредоточен на дороге.

Мы поехали на встречу с иностранным продюсером. На самом деле казалось, что я просто теряю время. И деньги. Бензин ведь не бесплатный. Да, уверенность в том, что пройду прослушивание, у меня вообще отсутствовала. Если Нил не слепой и глухой, он ни за что не даст мне роль.

— У тебя есть какая-нибудь заготовка, которую ты мог бы показать продюсеру? — спросила Даон.

— Нет, — ответил, не отвлекаясь от дороги.

— Только не используй тот отрывок Гамлета, если попросят показать что-то… — выдохнула девушка. — У тебя получилось…

— Плохо, слишком наигранно, — договорил вместо девушки, пока она подбирала слова. — Я знаю.

— Ты собираешься сыграть ту сцену из дорамы?

— Придумаю что-нибудь. Скорее всего, буду импровизировать.

Может быть, действительно выучу какую-нибудь роль через Систему.

Навигатор привёл нас в какую-то музыкальную школу. Поначалу место смутило меня. А потом я сообразил, какая разница, где проводить прослушивание? Это же не съёмка самого фильма.

Правда, эти мысли долго в голове не продержались. Я понял, что команда продюсера могла всё же снять более просторное помещение. И хотя бы с какими-нибудь удобствами. Но они сэкономили.

В коридоре возле двери в кабинет, где велось прослушивание, стояла целая толпа. Именно стояла. Никто не выделил нам даже один поломанный стул. Посидеть в другие помещения тоже не пускали. В школе сейчас велись занятия. Судя по уровню игры, у людей, которые взяли инструменты в первый раз. Эти звуки совсем не улучшали настроение.

И ладно бы стоять в коридоре заставили полных новичков или только недавно дебютировавших людей. В толпе я точно видел знакомые лица.

В итоге, кстати, несколько более или менее известных актёров плюнули и ушли, так и не дождавшись своей очереди. Я тоже раздумывал над этим. Отношение иностранцев, духота в коридоре и неприятные звуки с соседних кабинетов мне тоже не нравились.

Хоть после приглашения на прослушивание прошло целых три часа, мне пришлось простоять в компании с другими кандидатами ещё два. Только после этого, наконец, настала моя очередь.

Судя по помещению, я немного ошибся. В этой школе преподавали не только музыку, но ещё и танцы. В помещении... Нет, в классе, в который вошёл, две стены занимали зеркала. Отставшую длинную стену гимнастический… точнее, балетный станок. Практически в самом центре разместили пару столов, за которыми сидел продюсер вместе со своими помощниками. Перед ними был расположен стул для участника прослушивания. Сбоку от стула, за спиной и чуть в стороне от продюсера стояли штативы с камерами. На столе, прямо перед Нилом, тоже была ещё одна камера.

— Добрый день, — закрыв за собой дверь, поздоровался я.