Страница 116 из 149
Глава 37
Режиссёр «Битвы сонграйтеров» даже через экран монитора чувствовал растерянность Минджу. И он был далеко не единственным. Помощник указал ему на экран, где мелькали комментарии.
«Бедный Бульдак...»
«Одно дело, когда участник сам берёт и пишет песню на другом языке. И совсем другое, когда на шоу выпадает такое задание. Это уже совсем».
«Французский? А чего сразу не монгольское горловое пение?»
«Включил состязание сочинителей песен, но почему-то смотрю шоу полиглотов, лол)»
«Я могу понять задание написать песню на какую-то тему или в каком-то жанре, но вот на другом языке... Тупость».
Режиссёр поморщился от этих комментариев. Шоу в прямом эфире получило удар по репутации. Но теперь ни агентство Пион, ни руководство канала не смогут сказать, что он вообще не старается, ничего не предпринимает, чтобы выполнить их задание.
Потом надо будет договориться с одним из участников, за спиной которого стоит агентство, и тоже дать написать песню на каком-нибудь языке, чтобы выправить ситуацию. Так люди не подумают, что шоу специально мешало только Минджу.
Наконец, Минджу очнулся. Развернувшись, он быстрым шагом ушёл со сцены. Режиссёр на это только посмеялся про себя. Спешка здесь не поможет. Комментаторы правы. Как бы Минджу ни торопился, написать музыку на незнакомом языке нереально. Только вот вместо чувства победы мужчина ощущал какую-то странную горечь…
Режиссёр специально выделил один из экранов только для Минджу и время от времени поглядывал на него. Следовало ему только войти в свою комнату, как на участника накинулись две обеспокоенные девушки. Увидев это, режиссёр кивнул. Французский язык был правильным решением. Если бы участник знал его, члены команды не выглядели бы так встревоженно.
— Что будем делать? — спросила менеджер. — Может быть, позовём на помощь трейни или айдолов, которых продвигает шоу?
Это была хорошая попытка. Но режиссёр прочитал досье каждого трейни и айдола, поэтому знал, что среди них нет тех, кто владел французским. В основном агентства заставляли учить английский. Часто айдолы и трейни также знали языки ближайших соседей, потому что нередко они и сами были из этих стран.
— Писать песню, — ответил менеджеру парень.
— Разве ты знаешь французский? — с растерянным видом спросила девушка.
— Чуть-чуть, со словарём, — ответил Минджу.
Услышав это, режиссёр выплюнул кофе прямо на дорогостоящее оборудование.
— Что за бред? — возмутился мужчина. — Если ты хотя бы немного знаешь другой язык, не следует ли об этом вопить на каждом углу, как сделал бы любой-другой нормальный айдол? Чёрт, вот почему он сейчас выглядит так спокойно…
Минджу… на самом деле не знал французского. Он считал, что из французского в нём только круассан, проглоченный на завтрак. И даже здесь парень ошибался, так как не был в курсе истории блюда.
Но та растерянность на сцене возникла не из-за незнания языка, а нелепости происходящего. С учётом того, что на прошлом эпизоде из шоу вылетели два самостоятельных сонграйтера, сейчас, похоже, настала его очередь. Для этого Mnet вновь начал нечестную игру. Но как же топорно всё сделано! Настолько неприкрытое желание выкинуть Минджу из шоу и заставило парня растеряться.
Минджу не знал французского, но обладал Системой. На самом деле та песня, которую парень недавно нашёл для Соми, изначально была на японском. Девушка владела им, а вот Минджу нет. Но Система в рамках одной песни помогала ему заговорить на японском. И он даже знал, что значит та или иная строчка! Поэтому японскую песню он перевёл на корейский…
Минджу пробовал спеть оригинальную песню сам. Его японский был вполне сносным. Вовсе не идеальным, но носитель понял бы его без труда. Во многом благодаря дикции.
Пусть происходящее явно было подставой от организаторов, Минджу не опустил руки. Его хотят слить, как в прошлом выпуске сделали это с двумя другими самостоятельными сонграйтерами, но он ещё поборется! Не ради славы и тем более какой-то там справедливости… Если Минджу сможет пройти этот тур, то просто за участие в следующим ему вновь заплатят пятьдесят миллионов вон! А там, если задание снова окажется таким же дурацким, можно и сливаться. Наверное, Минджу даже никто не осудит после этого.
Режиссёр, который и не подозревал, что участника прежде всего мотивируют деньги, с беспокойством наблюдал, как парень с решительным видом подходит к столу с оборудованием.
— Ты не говорил, что знаешь французский, — заметила Даон.
Минджу пожал плечами.
— Моё владение языком не такое хорошее, чтобы хвастаться им, — ответил парень.
«Манера говорить у этого парня вызывающая, но на деле он чертовски скромный. Уже не в первый раз замечаю это».
«+++»
Минджу сел за стол до боли знакомым образом: положив подбородок на пальцы и прикрыв глаза. Соми и Даон притихли, чтобы не мешать ему. Режиссёр сглотнул. Но… прошла минута, затем другая, потом и вовсе все пять, а Минджу даже не пошевелился.
«Вот же! А я уже действительно поверил, что сейчас сядет и напишет песню на французском языке! Фух! Похоже, французским владеет заметно хуже английского. Написать песню на языке, на котором ты даже нормально не говоришь. Ну, вперёд», — про себя подумал режиссёр, наблюдая за Минджу.
Не только режиссёра насторожило поведение Минджу. Когда он неподвижно просидел пятнадцать минут, Даон и Соми переглянулись.
— Господин Ким, всё в порядке? — спросила Даон. — Вы же не уснули?
«Лол! И правда! Минджу же только в этом году вернулся из армии, а там учат спать всегда и везде)))»
— Это… оказалось сложнее, — ответил парень.
— Мы можем чем-то помочь? — на этот раз вопрос задала Соми.
В ответ Минджу что-то неразборчиво промычал ей.
«Он действительно пытается написать песню на французском языке? Впечатляет».
«Правда, пока, судя по всему, получается не очень…»
«Наверное, для начала следовало хотя бы открыть файлик или программу для создания музыки, а не делать всё в уме».