Страница 82 из 89
- О, думаю, этим можно будет наслаждаться еще долгое время. - Тобиас отпустил Фана и улыбнулся Бредфорду. - Не будь тихим, ладно? В этом нет необходимости.
Фан всхлипнул.
- Я не с тобой разговаривал. - Он оставил Фана в покое и подошел к Ною. - Что касается тебя, мой любимый. В последнее время ты слишком, слишком гладкий. - Он провел рукой по спине Ноя и шлепнул его по заднице, так сильно, что ладонь обожгло. - Руки на стену, сейчас же.
- Тишина не стояла на повестке дня. - Бредфорд зашел в белое стойло, и Тобиас услышал, как звякнули цепи и захныкал Никки.
- Да, сэр! - Ответил Ной, его голос был резким от удара Тобиаса. Он оперся ладонями в стену, инстинктивно расставив ноги для равновесия.
Бредфорд рассмеялся над чем-то, что, должно быть, сказал Никки, и ответил:
- Можешь просить все, что хочешь, мальчик, но не жди, что получишь то, что ищешь.
- В точности, как он сказал, - сказал Тобиас Ною. - Хотя мне нравятся мольбы. Но это не про тебя и не про Фана. Не сегодня. - Конечно, это было про них. Всегда было про них. Но иногда им нужна была сессия, которая не была бы веселой или направленной на получение удовольствия. В игре были и темные стороны, и они были такими же важными и необходимыми, как и другие.
К тому же, от грубости член Тобиаса твердел.
Он приковал Ноя, так что цепи свободно свисали петлей, а затем прицепил их к огромным кольцам в стене.
- Мне нужно сковать и ноги, или ты будешь неподвижен?
- Я постараюсь обойтись без цепей, сэр. - В голосе Ноя было гораздо меньше веселья, чем в гостевом доме.
- О, очень мило, Тобиас. У тебя белые инструменты, идеально сочетающиеся с твоей белой комнатой. Одобряю. - Сказал Бредфорд напротив. - Как девятихвостка? - За его вопросом последовал свистящий звук, когда Бредфорд попробовал инструмент в воздухе.
- Ну, это один из любимых инструментов Фана. Это о чем-то говорит. - Тобиас отошел в угол, ближайший к двери, и улыбнулся ему. - Я уверен, Никки даст тебе знать. - В углу Тобиас взял хлыст - гибкий, небольшой и плетеный, который, как он знал, причинял сокрушительную боль, когда опускался с полной силой. - После вас.
- Как вежливо, - пошутил Бредфорд, а затем его тон полностью изменился. - Успокойся, Никки. Я начну с малого, но быстро наращу силу. Скажите, когда будешь готов.
- Готов, сэр.
Бредфорд замахнулся, первый удар получился с приглушенным шлепком, второй - почти таким же. Сначала Никки вел себя тихо, но по мере того, как скорость и интенсивность нарастали, на каждом третьем или четвертом ударе раздавался стон или тихий вскрик.
- Вот так, мальчик, дай мне послушать.
- Да, сэр. - Быстро ответил Никки. - Спасибо, сэр!
- Очень мило, - пробормотал Тобиас. Он повернулся к своим мальчикам и увидел, что Фан изо всех сил старается быть хорошим мальчиком.
Он стоял неподвижно, лицом к стене, как ему и было сказано, но многолетняя практика помогла Тобиасу понять его язык тела. Тот очень внимательно слушал Никки.
Тобиас подумал, что ему нужно послушать что-нибудь поближе.
- Ной. Готовься. Это хлыст, и я не буду бить сильно, но он достигнет цели.
Ной проверил устойчивость, уперся в стену и глубоко вздохнул. Его грудь и плечи напряглись и расправились, а затем, когда он выдохнул, все расслабилось разом, от плеч до кончиков пальцев ног. Знакомый физический признак того, что Ной расслаблен.
- Готов, сэр.
В другом конце коридора продолжались размеренные удары Бредфорда, и Никки застонал.
- Поблагодари за то, что я дал тебе время. - Тобиас быстро ударил Ноя по бедрам. Щелчок был громким, и эхо от него отразилось от стен так быстро, что показалось, будто щелчок отскочил.
Задница Фана напряглась, а голова опустилась, но он не издал ни звука.
- Благодарю вас, сэр! - Крикнул Ной, после чего тяжело выдохнул. Он покачал головой, вероятно, на этот раз, ругая себя. - Извините, сэр... Спасибо.
- Пожалуйста. - Тобиас ударил снова, добавив красную полоску под первой. - Ты слишком долго был без меток. Конечно, это полностью моя вина. - Его рука снова опустилась, и на этот раз на заднице Ноя образовался рубец, покрывающий обе ягодицы.
Фан дергался каждый раз, когда опускался хлыст, и Тобиас видел, как сжимаются его кулаки. Тобиас был уверен, что если бы мальчик мог заставить себя почувствовать этот удар, он бы это сделал.
Ной вскрикнул, когда хлыст коснулся его задницы, и застонал после этого, и Тобиас вспомнил, почему они это делали, почему иногда им это было нужно. Член Ноя был твердым, его пальцы сжимались и снова распрямлялись, упираясь в стену, и он даже еще больше выставил задницу.
- Спасибо, сэр, - ответил мальчик низким и хриплым голосом. Он хотел этого так же сильно, как и Тобиас, и это делало все намного лучше.
Тобиас снова опустил руку, сосредоточившись на коже Ноя и его реакции, пока на его бедрах и заднице не появилось кружево следов. Опасаясь, что он может зайти слишком далеко, Тобиас, наконец, отступил, тяжело дыша.
В соседней кабинке раздался особенно громкий треск, и Никки закричал во всю глотку.
- Мастер!
- Хороший мальчик, - сказал ему Бредфорд, и девятихвостка затихла.
Тем временем Ной начал бормотать, как обычно, рассказывая Тобиасу о своих ощущениях, о том, как жжет, где горит его задница.
- Сэр... жжет ужасно. Ах, Боже. - Он переступил с ноги на ногу и снова застонал. - Спасибо, сэр.
Тобиас кивнул сам себе и подошел к Фану.
- Все в порядке, мальчик?
Фан кивнул.
- Да, сэр. - Его голос был хриплым. - Пожалуйста, сэр. Пожалуйста.
- Пожалуйста, что?
- Пожалуйста, прикоснитесь ко мне. - Фан покачнулся, и его цепи загремели. - Пожалуйста, ударьте меня. Что угодно.
Тобиас запечатлел поцелуй между лопаток Фана.