Страница 43 из 65
Вскоре подавальщица принесла заказ и томно посмотрела на Финиста. Тот кинул ей монетку, но на выставленные в глубоком вырезе прелести внимания не обратил, положив руку мне на талию, и девушка поспешно удалилась. Я же глотнула кваса, холодного и пенного.
— Добирались мы три дня на перекладных. Сначала карета сломалась, затем лошадь испугалась и понесла – кучер еле справился, – поделился батюшка, возвращаясь к своей тарелке. Правда, скорее размазывал остатки еды по тарелке, чем ел.
— Что ж вы не предупредили? Я бы встретил, – посетовал Финист.
— Затем и не предупредил, что сам хотел убедиться.. – Батюшка прищурился и умолк, догадавшись, что продолжение вроде «хорошо ли моей дочери в новом доме живётся» прозвучит грубо. – Нравится тебе в городе, Оладушка? – сменил он тему.
— Как же тут не понравится?! Поначалу всё чудно было: фонари, которые сами собой светят, дома, каменные и большие, про царский дворец и говорить нечего! И люди здесь всё время торопятся, бегут куда-то – жизнь в поместье намного спокойнее. Но как-то по душе мне эта суматоха. – Я переплела пальцы с пальцами Финиста. – Да и семья моя теперь тут.
— Семья, говоришь. – Батюшка кашлянул и как-то странно на нас посмотрел. – По этому поводу.. Странные слухи бродят. Будто у тебя, Финист Кощеевич, сын есть.
— Есть. – Муж стойко выдержал взгляд тестя, но так сильно сжал мою руку, что я поняла, насколько его встревожил вопрос. – Алёша.
— И сколько ему лет?
— Почти шесть.
— А жена бывшая где?
— Её никогда не было. Алёша мой племянник и воспитанник, но для меня давно стал родным сыном. Я думаю, что как мой тесть, вы должны знать правду, но другим об этом лучше не рассказывать.
Недовольство во взгляде батюшки сменилось уважением.
— Почему? – спросил он.
— Его родной отец – царевич Сирин.
— Вот как, значит..
Больше он вопросов не задавал.
— Уверена, батюшка, он тебе понравится! – Я взяла отца за руку: надо же, раньше и не замечала, какая она у него большая и мозолистая. – Алёша умеет читать и ездить на лошади, разбирается в математике, географии и истории. А ещё, – я помедлила, и отец купился, вслушиваясь в мои слова, – Алёша, как и ты, любит вишнёвый пирог!
Батюшка усмехнулся в пышные усы:
— Кто же его не любит? А ты никак не случайно про пирог вспомнила?
— Конечно. Мы хотели пригласить вас на ужин. Придёте с матушкой? Окажете нам большую честь!
— Отчего же не прийти? Только сначала дела в городе закончу, а после – к вам заглянем.
Финист кивнул и объяснил, где находится наш дом. Правда, колдунов в столице было немного, и многие горожане знали, где мы живём, но батюшка предпочитал искать сам, нежели спрашивать.
— Ты уж присмотри за Алёнушкой сегодня. Она хоть и взбалмошная, но всё-таки твоя младшая сестрица, – попросил он напоследок, и я пообещала.
Вот уж точно, кровь – не водица.
* * *
У самой калитки Финиста подловила уже знакомая соседка – та самая купчиха, что делилась вишней и помогла мне найти прислугу. Вчера у неё пропал любимый пёс – Толстяк, служивший верой и правдой почти пять лет, – и она попросила помочь в поисках. Добродушный пёс обязанности свои выполнял хорошо: залезшего во двор вора так напугал, что тот перемахнул через забор, забыв про приставленную туда лестницу. Соседский сын убивался по мохнатому другу, и купчиха даже готова была заплатить, но о том, чтобы брать деньги с добрых знакомцев, речи не шло. А вот историю исчезновения узнать стоило.
Пока Финист выспрашивал подробности, я зашла домой и застала настоящую склоку. Алёнушка пыталась уйти, но Кощей спутал её колдовством, не давая подняться с лавки. В дверях стояла Малуша, грозно уперев руки в боки – мол, даже если от колдовства освободишься, не пройдёшь. А сестрица бранилась такими словами, что наши конюхи позавидовали бы! Недолго думая, я шлёпнула её по губам, чтобы не сквернословила, и Алёнушка замолчала, уставившись на меня круглыми глазами.
— Ты меня ударила? – удивилась она, прижимая руку ко рту. У неё выступили слёзы, но я знала, что ей не больно, шлёпнула-то я легонько.
— Выдрать тебя мало за твои причуды, – в сердцах ответила я и повернулась к Кощею. – Вы уж извините, она хорошая, просто неразумная.
Схватив сестрицу за руку, я потащила её в покои, на этот раз гостевые. Алёнушка не сопротивлялась.
— А ты изменилась, – заявила она, едва мы переступили порог.
— Ты тоже. Раньше не оскорбляла старших.
— Пфф, подумаешь! Зачем он ко мне полез? Не Кощеево это дело, куда я иду. И прислуга твоя такая же, как Варя, наглая не в меру. Кто ей позволил меня останавливать?
Сестрица плюхнулась на сундук, скрестила руки на груди. Ни дать ни взять оскорблённая добродетель.
— Ты так думаешь? А случись что с тобой, кому отвечать?
— Да что со мной случится?!
— Хочешь знать что? – Я сама не заметила, как перешла на вкрадчивый шёпот, как у Врана, и наклонилась к ней. Провела рукой по плечу, сжала: захочет – не вырвется. – Недавно на городской площади убили заклинательницу огня. Она тоже больше фокусами баловалась, чем колдовала, но убивцу и этого оказалось довольно. Её хоронили в закрытом гробу, потому что чем мучительнее смерть, тем больше колдовских сил можно украсть. А ведь у тебя тоже есть колдовская сила..
Алёнушка побледнела и отшатнулась.
— Откуда ты вообще столько знаешь?
— Оттуда, что у меня муж – колдун. И свёкор тоже, – рассердилась я. Хотела добавить, что я сама шептунья, но вовремя придержала язык. Чем меньше народу об этом знает, тем лучше, а Алёнушка может выболтать кому угодно и что угодно. – Матушка с батюшкой придут к вечеру, попросили присмотреть за тобой. Хочешь – пойдём со мной в городской сад. Но одна ты по столице гулять не будешь.
— Ха! Раз так, я вообще могу из дома не выходить. С этого места не встану, так и знай. – Она сложила руки на груди и отвернулась. Вот уж точно, нравом она добрее не стала.
— Хочешь побыть одна – мешать не буду. Если что, найдёшь меня внизу.
Оставив сестрицу, я отправилась к Алёше. Наступало время наших занятий, и отменять их из-за причуд сестры я не собиралась. Мальчик ждал меня в кресле отца, с серьёзным видом читая книгу. В последнее время с десяти до полудня у Финиста была выездная работа, и мы с Алёшей занимали его кабинет. Мальчику нравилось сидеть на стуле Финиста и чувствовать себя большим, он даже сосредотачивался лучше. Заметив это, я договорилась с мужем, чтобы не выгонял нас из кабинета в это время.