Страница 63 из 98
Не только мы заметил аномалию. Рекруты выходили на улицу, выглядывали из окон общежития. Самые расторопные, как Фред и Дин, встретились нам у ворот. Дин возвращался из библиотеки с целой горой книг, и нам пришлось подождать, пока он закинет их в ближайший класс – не бежать же к аномалии с битком набитой сумкой.
Сияющая лента расползлась по небу, в воздухе раздавались громовые раскаты. Заметно похолодало, я даже пожалела, что не надела куртку. Когда мы приблизились к эпицентру, сомнений не осталось – это Прорыв. Из образовавшейся трещины просачивались духи: тени, похожие на человеческие фигуры, аляповатые кляксы, крылатые химеры.
Первой мыслью было развернуться и бежать куда угодно, лишь бы подальше от Прорыва. Тело сковывало непреодолимым ужасом – однажды побывав за Гранью, я не хотела туда возвращаться. Но Прорыв открылся прямиком над Центром исследования призраков, а там находились люди – обычные люди, беззащитные перед духами. Бросать их было нельзя.
Обычно ловцы обходили ЦИП по большой дуге. Двухэтажная лечебница с подземной лабораторией, обнесенная высоким забором с колючей проволокой, не внушала симпатии. Периметр патрулировали охранники со сворой цепных псов, они же сопровождали пациентов во время прогулок. Сложно сказать, кто раздражал больше – ворчащие на любую попытку пробежаться и размять ноги псы или столь же ревностно следящие за порядком стражи, при малейшем нарушении распорядка хватающиеся за оружие.
Выходить из Центра не разрешалось, как и навещать пациентов без предварительного согласования, а добиться его было не легче, чем свидания с бургомистром. За две недели лечения мы с братьями встретились всего дважды. Один раз их провела Алиса, второй – Генри, и мы едва успели обменяться дежурными фразами о самочувствии. Лечение в ЦИПе называли мирным словом «реабилитация», но «заключение» подошло бы лучше.
Здесь было ужасно скучно. Если отбросить ежедневные процедуры и обследования, ни погулять, ни поговорить. Персонал общался с пациентами исключительно по делу, а соседи новых знакомств избегали – в лечебницу отправляли бывших одержимых, еще не пришедших в гармонию с собой. Тут не до разговоров.
Нет, несколько раз я честно пыталась. В Центре поселили подопытных Ведьмы, и я видела Алекса и Арлекина: чаще всего в столовой, несколько раз в коридоре. Но общение с родней не задалось: я натыкалась то на равнодушие куклы, то на злобу духа, захватившего тело кузена. Когда однажды в порыве злости Алекс чуть не выбросил меня из окна, цыплята мягко намекнули подождать с воссоединением. Не могла не согласиться – висеть на высоте двух этажей вниз головой мне не понравилось.
С другими пациентами тоже не заладилось – преданные Ведьме слуги тяжело переносили разрыв с ней и обвиняли в нем меня. Единственным, с кем удалось поболтать в центре, был Тед, знакомый Дина из школы, но его вскоре выписали.
Стоит ли говорить, что после этого ЦИП я покидала с надеждой никогда туда не возвращаться? А теперь стояла напротив и думала, чем помочь.
Рой заметил Уоррена первым и стал пробираться к нему, не отпуская моей руки. Дин и Фред шли следом, дыша в затылок. Толпа вокруг нас встревоженно гудела. Я была согласна со звучащими тут и там фразами, что без причины такой огромный Прорыв появиться не мог. Кто-то создал его, и не хотелось бы знать, какими жертвами.
Вскоре наша четверка предстала перед Уорреном. Капитан уже вовсю участвовал в боевых заданиях, хотя на руку по-прежнему была наложена лангета. Он только что закончил обсуждать план с другими капитанами и теперь раздавал команды ближайшим ловцам. Действуя разобщенно, мы стали бы легкой добычей, но капитаны предпочли потратить время, а не чужие жизни.
— Вы здесь? Оружие с собой? Хорошо. Будете помогать выжившим вместе с другими рекрутами. – Уоррен машинально проверил собственный пистолет. – Ваша задача – найти в Центре людей и привести к месту сбора, там будет безопасно. Запомнили? Не сражаться, а спасти пострадавших. Мэгги, это в первую очередь к тебе относится.
Я скривилась. Можно подумать, одна я нарушала правила.
— Как мы попадем внутрь? Ворота закрыты, – справедливо заметил Рой.
Высокий металлический забор надежно скрывал, что за ним происходит. Но что бы там ни случилось, проблема была локализована. Открой ловцы ворота, и духи хлынут за пределы Центра, чтобы добраться до Абендона. Риск был слишком велик.
— Зайдете через подземную лабораторию. Здесь четыре входа, отправим группы с разных сторон. Если проход завалило, возвращайтесь.
— И куда выводить людей? – вмешался Фред.
— Ты мне договорить дашь? Я как раз об этом. На южной стороне есть гараж, почти у забора. – Уоррен присел, подобрал валяющийся на земле сучок и палочкой схематично изобразил план. – Он полностью обит железом. Духи к нему не сунутся.
— А почему не вывести людей сразу? – робко заикнулась я.
— Среди спасенных могут оказаться одержимые, нет никакой гарантии, что они не натворят беды, оказавшись на свободе. А в железном гараже ни один дух не вытерпит. Если кому-то станет плохо, мы заметим. Вопросы? Или начнете наконец спасательную миссию?
Он отбросил сучок и встал.
Фред ответил за всех, и, больше не тратя времени, мы поспешили в парк, ко входу.
Узкая тропинка увела нас в дальнюю заросшую часть парка. Рекруты не часто здесь бывали: слишком далеко от школы и близко к ЦИПу. Какое-то время мы шли вдоль забора, и доносящиеся с той стороны крики заставляли испуганно вздрагивать. Призрачные твари были близко, чувствовали нас, но не могли приблизиться.
Тропинка привела к каменной пристройке, похожей на электрическую подстанцию. Окон в ней не было, рядом с рыжевато-бурой дверью стояло двое ловцов: первого, мужчину с обожженным лицом, я видела в школе, он был куратором одной из десяток, второго, помоложе, раньше не встречала.
— Они бы еще кого помладше отправили, – скривился молодой, окинув нас неприязненным взглядом. – Я Сэм, а это Керри. Если хотите вернуться живыми, слушайте нас во всем.
Шрамолицый комментировать не стал, толкнул дверь и первым зашел внутрь.
В полупустом помещении валялись старые газеты, какие-то склянки, стояли коробки и поломанная мебель. Наклонившись, Керри с кряхтением откинул заваленную газетами крышку люка. Судя по состоянию лестницы, ходом давно не пользовались. Держась за металлические, частью проржавелые скобы, мы спустились в подвал.
Я отряхнула ладони от кусочков прилипшей ржавчины. Внутри было темно, хоть глаз выколи.
— Тут есть свет? – поинтересовался Дин.