Страница 25 из 120
– Маша учится на психолога. Думаю, она на нас практикуется, – говорит вполголоса мужчина, стоящий рядом во время практики-знакомства.
Двадцать пять человек садятся в круг. Сперва каждый представляется, потом рассказывает о своих ожиданиях и предпочтениях. Уже знакомый мужчина сообщает, что не против настойчивых женщин. Другой – что будет рад сделать кому-нибудь массаж. Я в свою очередь говорю, что хочу сперва узнать человека получше и только потом, возможно, переходить к прикосновениям и сексу. В комнате – атмосфера принятия и поддержки.
Начинаются упражнения. Всем мужчинам завязывают глаза, а девушки ходят между ними и прикасаются «любыми способами». На это мужчины отвечают «горячо» или «холодно». Несколько девушек сразу поняли, где горячо, и уже с энтузиазмом сосут хуи. Спустя десять минут все меняются местами.
Следующее упражнение развивает готовность к отказам. Мы встаем в два круга лицом друг к другу: девушки – во внутренний, мужчины – во внешний. Звенит таймер, и у девушки есть минута, чтобы «соблазнить» нынешнего партнера из большого круга, а тот должен «устоять». Снова звонок – перешли к следующему партнеру.
– Хочешь, я засуну твои яйца себе в горло? – спрашивает стоящая рядом девушка у своего партнера. Ей около двадцати, у нее большие грудь и попа, кудрявые рыжие волосы лежат на плечах. Он – мужчина тридцати лет, лысый, с татуировкой дракона на всю спину.
– Спасибо, но нет, – говорит он согласно правилам этой игры, ухмыляясь.
Я испытываю диссонанс. Маша Айзек говорит о том, как беречь свои личные границы, как лучше всего знакомиться, даже предлагает подходить к ней за поддержкой. Она излучает уют и тепло. Все, что она говорит, звучит прогрессивно. В то же время гости вечеринки не похожи на типичную либеральную публику, как я себе ее представляла: это самые обычные ребята среднего возраста, без ярких волос и сложных идентичностей, с работой в офисе и жильем в ипотеку. Почему же я думала, что это разные миры?
После упражнений одна парочка сразу занимает кровать, к ним присоединяется еще несколько человек. Их стоны и шлепки тел друг о друга слышат все присутствующие на этаже. Я иду в сауну, за мной шагает мужчина, давно не спускавший с меня глаз. Навязчивая маскулинность детектед?
Он представляется Владимиром и предлагает отхлестать меня веником. Потом зовет выпить сока и без остановки задает вопросы – наверное, запомнил, что во время общего знакомства я просила начать с разговора. Я не против общения, но обстановка будто сразу настаивает на сексе: неподалеку два парня и девушка устроили тройничок в бассейне, они шумят, брызгаются и смеются. А побывать на кровати в большой комнате за последний час успели, кажется, все. Кроме меня.
Я ищу глазами Машу, но она оказывается очень занята (вы понимаете!). Вдыхаю поглубже, чтобы отшить этого парня прямо, глядя в глаза, но он меня опережает:
– Если ты ничего не хочешь, то ладно, мне пофиг. Но было бы здорово, если бы ты разрешила тебя помыть. И, может, еще что-то сделать.
– Например?
– Например, мне нравится брить девушек. У меня есть даже одноразовая бритва с собой в рюкзаке. Надо только сходить…
Это называется washing fetish. По дороге за бритвой Вова где-то добывает женский шампунь. Он вплетает свои пальцы в мои волосы и старательно их промывает, нежно массируя голову и уши. Потом встает на колени и начинает брить мои ноги, часто поглядывая снизу вверх. Закончив, он берет губку и намыливает меня от шеи до ступней. Мне нравится стоять с ним под душем, испытывать новый опыт и расспрашивать про этот прикольный кинк.
На прощание мы обменялись контактами. Заглянув в соцсети Вовы, я узнала, что он ведет группы по реабилитации алкоголиков.
В гостях у полиаморов
декабрь 2020
В самый разгар зимы, перед Новым годом, я отправляюсь на уик-энд в «Поликоттедж». Так называется встреча большого полиаморного комьюнити, она проводится раз в три месяца в загородном доме. Число участников – от тридцати до сорока человек.
Я попала сюда, потому что меня порекомендовал и добавил в чат мой партнер – завсегдатай этой вечеринки. с Азатом на тот момент мы встречались уже год. Долгое время я не пыталась наладить контакт с его друзьями и близкими, но постепенно наши отношения становились серьезнее. Меня начал напрягать тот факт, что его основная компания состоит из бывших, нынешних и будущих сексуальных партнерок. Воображение рисовало жаркие оргии со всеми его возлюбленными – куда не пригласили только меня. Я не хотела оставаться на вторых ролях и решила познакомиться с тусовкой, в которой он так любит проводить время. Азат не стал возражать, но, кстати, сам не поехал.
Весь двор завалило снегом, за исключением небольшой протоптанной к бане тропинки. С неба падает легкий пушок. Когда я захожу в дом, множество незнакомцев кидается ко мне с объятиями, будто мы старые друзья. От объятий становится тепло и уютно.
Осматриваюсь. Все ходят в халатах, пижамах или вовсе без одежды. На кухне двое готовят блинчики и хот-доги, в гостиной шесть человек развалились на диване, обнимая друг друга. Идет фильм, который в действительности смотрят лишь две пары глаз, для остальных это просто фон для разговора.
Ко мне подходит парень – все его зовут Чубака. Худой, высокий, бородатый, волосы собраны в хвост. Он ведет меня наверх, чтобы показать мое спальное место. В доме три этажа и целая куча комнат. Я заплатила две тысячи за три дня – в билет входят еда, алкоголь и отдельная кровать. Была возможность заплатить меньше, например если спишь в спальном мешке в гостиной.
Чубака – один из главных организаторов. Он очень доброжелателен. Говорит, что приглашает всех, кто кажется ему подходящим гостем. Необязательно изначально состоять в каком-то закрытом чате, главное – знать Чубаку или другого постоянного участника вечеринки.
Азат мне рассказывал, что Чубака работает машинистом в метро. В то же время он занимается стендапом и выступает на открытых микрофонах, а еще популяризирует полиаморию и развивает комьюнити: организует походы на пляж, выезды за город и встречи в банях. Он часто дает интервью, однажды у него дома даже были телерепортеры.