Страница 76 из 77
Глава 33
– Контар и Зема знают обо всем этом? – спросила Кили, когда они вдвоем с Кааном вышли в холодную темноту ночи, а светящийся шлюз закрылся за их спинами.
Здесь, в мирном и прохладном ночном воздухе, все услышанное казалось ужасной сказкой, рассказанной перед сном.
– Знают, но не всё.
– И они против использовать меня?
– Они боятся потерять власть. Ты уже сейчас можешь устроить переворот, если захочешь. Даже не управляя даром в полную силу. Достаточно будет лишь демонстрации, чтобы свергнуть остальных Хетикор. Они всегда считали себя высшей цивилизацией. И даже теперь не отступаются от этих представлений. К тому же их методом всегда было истреблять таких, как ты, чтобы не допустить нашего обнаружения.
Кили помолчала немного, окунувшись в размышления. Затем спросила:
– А каков метод Каана? Что вы делаете с такими, как я?
– У нас таких нет.
Кили недоверчиво взглянула на Каана, прежде чем осознать, о чем он говорил.
– Псаммит на Мерт-сегере не дает развиться древним способностям, – высказала она очевидное предположение. – Вы в принципе не должны были быть обнаружены, если бы не люди Исиды.
Каан кивнул.
– Значит, во всем виноваты мы? – Кили ужаснулась новому знанию. – Уничтожь ты Хетикор и все их колонии, и мертсегерцы могли бы существовать еще многие столетия без страха перед врагом извне? А ты планируешь всех спасти?
Каан повернулся к Кили и, обхватив ее за талию, крепко прижал к себе.
– Я многое не планировал, из того, что происходит, – он провел большим пальцем по ее щеке. – Например, влюбляться в тебя.
В сердце Кили опьяняюще потеплело от этих слов. Груз, давивший на плечи, как будто был подхвачен им, дав огромное облегчение. Она положила обе ладони ему на грудь.
– Какой промах с твоей стороны, – саркастически упрекнула она, расслабляясь от его нежных прикосновений и придвигаясь ближе к его губам.
Сейчас в его руках казалось, что весь ее мир никогда еще не был таким безопасным, даже несмотря на все, что ей пришлось узнать за последние часы. Все это будет когда-то потом, а сейчас только он рядом с ней. И больше ничего.
Впрочем, не так ли было всегда, с самой первой их встречи? Все уходило на второй план, стоило ему оказаться в пределах видимости. Удивительно, сколько он значил для нее всю ее жизнь, даже если сами ее представления о нем были ложны.
– И ты даже не думал о том, чтобы спрятаться в своих черных песках? Увести людей в темные лабиринты и переждать, пока кто-то избавляется от твоих врагов и оставляет тебя единственным правителем в системе? – с вызовом, но нежно спросила она.
– Ты хочешь услышать правду? – ответил он вопросом на вопрос, как раньше всегда делала она.
– Конечно.
– Было время, когда я сам хотел уничтожить Исиду. Идея спрятать своих людей и обречь Хетикор со всеми их колониями на смерть тоже возникала. Также как и избавляться от людей с даром. Но все не так просто, – Каан задумчиво вглядывался в серые глаза Кили. – Мы не до конца понимаем, с кем имеем дело. И насколько этот враг уже близко. Мы лишь предполагаем, что защищены на этой планете. Никаких доказательств этому у нас нет. Мерт-сегер уникален. Он был экспериментом колонизаторов. И насколько этот эксперимент удачен, нам еще предстоит узнать.
Каан пригладил выбившуюся от ветра прядь белоснежных волос.
– Нам понадобятся все. Трудно воевать, когда против тебя сама вселенная. Сможем ли мы победить? Возможно. Армада сильна, и у нее есть могущественный союзник. Но главный вопрос для нас: какими жертвами обернется эта война и стоят ли пусть и миллионы, но чужих жизней подобного риска?
Для Кили это не было вопросом, над которым нужно думать.
– Стоят, – твердо ответила Кили.
Каан улыбнулся. Он и не сомневался в ответе. Но улыбка была мимолетной. Его глаза вспыхнули тем огнем, который Кили уже знала и жаждала всем сердцем. Этот огонь заставлял ее забыть обо всем, пойти за ним куда угодно, чтобы именно этот обжигающий ледяной взгляд всегда был устремлен только на нее. Кили невольно содрогнулась от мысли, что обрела нечто настолько желанное в тот момент, когда они могут потерять все. Она вдруг вспомнила правила отца, которые помогали ей раньше.
Нужны новые правила.
Ведь теперь предстоит бороться не только за себя, но за весь свой народ, который призвал ее. И от этого призыва невозможно бежать…