Псаммит. Наследие первых планет

Глава 29

Стоя на пороге инженерной, Каан снова выглядел как капитан корабля. Расслабленное выражение лица, которое Кили видела в кругу его родных, исчезло. Он был точно таким же, как в первые их встречи, когда она его совсем не знала, а он не знал ее. И все же было в нем что-то другое. Он подошел ближе, обойдя стол Адджо, и взял небольшой пузырек с черным песком, который проделал с ними путь в без малого сотню световых лет и обратно. Каан надолго задержал на нем задумчивый взгляд, поворачивая в разные стороны и следя за движением песчинок. Для него этот песок значил что-то, что Кили до конца не осознавала. Ей хотелось почувствовать тот смысл, который он видел в этом простом, ничего не стоящем предмете, но для нее не существовало подобных ценностей. Ни одно место не было для нее домом, и ни одна вещь не была настолько значимой, чтобы хранить ее и всегда носить с собой.

– Адджо говорил, что называть его песком не верно, – вспомнила Кили вслух, – черный псаммит, так он его назвал.

– Другим он кажется мрачным и безжизненным, как и сам Мерт-сегер, как и люди этой планеты. Но для нас это не просто песок, он значит много больше. Это то, чего не найдешь в других мирах. Пески других планет – просто пески, в них нет никакой ценности. Не их ищут колонизаторы, осваивая новые планеты. Они ищут ресурсы для дальнейшего развития цивилизаций. Но какого бы уровня развития мы ни достигли, есть одна неотъемлемая часть нашей души, которая заставляет нас всегда возвращаться к истокам. – Его взгляд ушел куда-то внутрь. – Черный псаммит – наша защита, которая дает силу, уверенность, подпитывает в долгом пути. Это напоминание о том, где наш дом, зачем мы покинули его и когда пора возвращаться.

Он вытащил пробку и высыпал немного песка в ладонь, размышляя об этом или о чем-то еще, а затем заключил:

– Уже поздно.

– Я уже собиралась возвращаться, я буду готова к приему, – уверила Кили.

– Тебе не нужно туда идти, – сказал он, все так же не глядя в ее сторону.

Кили непонимающе смотрела на него, не зная, радоваться услышанному или ожидать малоприятного продолжения.

Он принял какое-то решение или просто не хочет ее там видеть?

Но Каан не собирался долго мучить ее недосказанностью.

– Я освобождаю тебя от долга твоей семьи, – он перевел взгляд на Кили, и льдинки обожгли ее, как никогда раньше. – Разве не это ты бы попросила, если бы победила в лабиринте?

Он пронизывал ее взглядом, ужасающе холодным, как будто они были друг другу более чужими, чем когда либо.

– Отныне ты свободна сама распоряжаться своей жизнью. Ты можешь вернуться с друзьями в отделившиеся колонии, когда закончится их пребывание здесь. Или, если хочешь, можешь отправиться на Айхи, посмотреть своими глазами, как живут люди на твоей планете. Я дам все, что нужно: корабль, экипаж, если захочешь. Или можешь остаться на Мерт-сегере, работа в Армаде для тебя всегда найдется. Решать тебе. С Ведаром я не говорил, возможно, у него есть свои идеи. Думаю, он захочет быть неподалеку от тебя.

– Ты меня отпускаешь? – не веря своим ушам, переспросила Кили.

– Да.

Она подошла ближе и, глядя в его застывшие глаза, сказала:

– Дай слово.

Он молчал. То, что он сказал, уже было его словом. Но произнести это вслух означало бы навсегда лишить себя права изменить решение. Возможно, он просто не мог заставить себя это сделать или не хотел. Кили подалась всем телом вперед и уткнулась лицом в его широкую грудь. Он нежно обнял ее, руки проскользнули по ее спине и остановились на пояснице. Но эти объятья были ни капли не похожи на все прошлые, сейчас он был холоден и жутко отстранен. Он помолчал немного, а затем продолжил размышлять вслух, по-видимому, хорошо все обдумав заранее.

– Тебя пока никто не видел. Объявим, что сообщения о твоем появлении были ошибочными. Сможешь и дальше скрываться под вымышленным именем и вести жизнь беглянки. Я сам разберусь с Айхи, твоей семьей и всем остальным.

Его голос был ровным и уверенным, как и всегда. Кили не видела его глаз, и ей не хотелось их видеть, ведь она знала, какими безразличными они могут быть. Каан погладил ее по спине, успокаивая то ли ее, то ли самого себя. Кили подняла голову и, потянувшись всем телом, поднялась на цыпочки и поцеловала его прямо в губы. Он не ответил. Перед ней снова стоял тот Каан, которого она видела в самый первый день на построении на площади, строгий, сосредоточенный и такой чужой.

– Ты правда этого хочешь? – тихо спросила она.

– Ты знаешь, что нет, – резко ответил он, а в его глазах заиграл злой огонек.

– Почему тогда?

– Еще раз спросишь – и не отпущу, – отрезал он.

– Не отпускай, – совсем перейдя на шепот, попросила она.

Каан нахмурил брови, недоумение на его лице сменялось то злостью, то негодованием, то безотчетной надеждой. Эти изменения завораживали Кили, не давая шанса оторваться. Его мнимое равнодушие таяло на глазах. И как же было приятно это осознавать. Перед ней стоял совсем другой человек, чем всего секунду назад. Не тот, кто управляет Армадой, не тот, кого боятся и перед кем преклоняются другие, и не тот, кто одним словом может решить судьбу любого на этой или другой планете. Он дал ей право самой сделать выбор и теперь пытался осмыслить ее слова. В ледяных глазах с новой силой загорелось жгучее желание, которое он так хорошо скрывал, начав этот разговор.

Каан обхватил ее лицо ладонями и с жадностью приник к ее губам. Но быстро опомнился. Он отстранил ее мощным, но легким движением и крепко сжал руками за плечи. С недоумением он всматривался в серые глаза, пытаясь понять, что за игру снова ведет с ним эта девушка. Кили молчала, разглядывая его лицо, пытаясь прочитать невысказанные мысли, которые ураганом проносились в его голове.

– Так теперь ты хочешь остаться, – все больше раздражаясь от ее молчания, произнес он.

– Нет, – Кили покачала головой.

– Тогда объясни мне.

– Я просто хочу, чтобы ты не отпускал.

Каан разжал пальцы и беспомощно опустил сильные руки, затем отступил на шаг назад, увеличив расстояние между ними, от чего Кили стало невыносимо одиноко. Он потер глаза в уже знакомой ей манере и раздраженно провел рукой по лбу и волосам, пригладив растрепавшиеся пряди.

– Это просто уму непостижимо. Ты – наследница Хетикор! Останешься со мной ты только в одном случае: если согласишься на союз. Я сотню раз говорил тебе об этом, задавал вопрос, но ты упорно противилась изо всех своих крохотных сил.

– Спроси еще, – перебила она и робко добавила, – если хочешь.