Страница 12 из 77
Контар все так же неподвижно стоял у огня. Возможно, он представлял, как Каан врывается в эти двери и убивает сначала его братьев, его жену и детей, а потом и его самого. Или оставляет его одного жить с ношей горя и отчаяния. А может, решает пощадить семью, а убивает только его. Как бы там ни было, он точно знал одно: если Каан пожелает говорить, то говорить он будет не с Земой или его братьями, а с ним. И ему нужно быть уверенным в том, что он скажет, на что согласится, чем сможет пожертвовать, а чем нет.
За массивными дверьми послышались быстро приближавшиеся шаги примерно двух десятков человек. Двери были не заперты, в этом не было уже никакого смысла. Массивные створки резко распахнулись, и зал быстро стал заполняться солдатами в сверкающей чернотой форме. В мгновение они обезоружили всех, кто был вооружен, и сместили собравшихся ближе к центру, окружив со всех сторон. Ведар не сопротивлялся и сдал оружие, отчетливо понимая, что он не только в меньшинстве, но и что сражаться даже с одним из воинов Армады было бы нелегкой задачей. Все солдаты были на голову выше его, и значительно шире в плечах.
Ряды синхронно расступились, пропуская вперед своего командира и господина, законного правителя Мерт-сегера и колонизированных Мер-ура и Анти. Каан, огромный и грузный человек с темными вьющимися волосами и голубыми глазами, имел по истине королевский вид. Даже более величественный, чем у самого Контара, учитывая его сегодняшнее положение. Одет он был в черную форму, как и солдаты, но, кроме наплечников и наручей, на нем была массивная броня, начинавшаяся вокруг шеи и спускавшаяся по груди и животу до самого паха. Чуть ниже бедра были пристегнуты кобура и ножны с оружием, таким же черным, как и вся броня. По левому наплечнику спускался золотой знак змеи, символ его рода и планеты Мерт-сегер. Рядом с Кааном шел мальчик девяти лет с такими же темными, вьющимися волосами и пронзительно-голубыми глазами. Каан остановился по центру образованного солдатами круга, не приближаясь к членам семьи Хетикор. Мальчик остался позади, с интересом рассматривая пленников.
Его отец суровым взглядом обвел весь зал, поочередно задерживаясь на каждом из присутствующих. Его внушительный вид, вид человека, выступающего с позиции силы, делал его невообразимо выше и крупнее оппонентов. Но была в его фигуре или даже позе какая-то чуть заметная, но довлеющая усталость, которая могла сойти за разочарование и даже за глубокое внутреннее опустошение.
– После стольких лет… ни стула, ни напитка не предложишь, не говоря уже о горячем ужине? – Неожиданный вопрос незваного гостя застал короля врасплох.
Контар ожидал оскорблений, угроз, обвинений или даже мгновенной расправы, но никак не просьбы отужинать. Он жестом приказал стражникам принести все необходимое.
– Твоя жена и дети? – переведя взгляд на королевское семейство, продолжил незатейливую беседу Каан, от которой, впрочем, веяло смертельной угрозой.
– Королева Зема, моя жена, – Зема подошла ближе и склонилась в почтительном поклоне перед врагом своего короля и всего своего народа. – Мои наследники, Зизеро и Зеорис, – близнецов тоже поднесли ближе, чтобы их можно было рассмотреть, но оставили на достаточно осторожном расстоянии.
Лицо Каана как будто смягчилось при виде королевы и ее детей. Возможно, его восхитило, что их не отослали и не спрятали при первой же возможности. Казалось, заветы предков двух правящих семей жили даже теперь, ведь встретить своего врага лицом к лицу подобало достоинству королей.
– Мой сын, молодой Каан, – указал гость на мальчика с глазами цвета льда, который оставался также неподвижен на своем месте, выделяясь из строя солдат лишь ростом.
У семьи Каан было не принято пользоваться именами, данными при рождении. Лишь немногие избранные удостаивались права знать имена семейства. И в доме врага не было и шанса быть представленным по-другому.
– Что ж, когда приветствия произнесены, что ты намерен делать дальше? – с издевкой спросил Контар.
– Я мог бы вас всех убить, – пугающе быстро ответил Каан.
– Если бы ты хотел это сделать, то не вел бы долгих бесед. К тому же наша смерть не даст тебе ничего, кроме продолжения войны. Ты знаешь, что наши войска еще не истощены, и в нашей семье достаточно тех, кто унаследует власть в случае нашей смерти. Захватить Исиду полностью тебе никогда не удастся, не говоря уже о колониях.
– Ты прав, Исида мне не нужна. – Каан грузно опустился в массивное кресло, которое ему принесли, и одним залпом осушил поданный бокал. – Да и убивать семьи правителей было бы дурным прецедентом.
Присутствующие едва заметно зашевелились на своих местах, как будто все это время стояли, задержав дыхание, и наконец выдохнули. Из сцены, в которой все они вот-вот будут убиты один за другим, действо превратилось в сцену переговоров. А раз так, то и напитки будут не лишними. В зал внесли небольшой стол и расставили выпивку и закуски, которые на ужин все же не тянули.
Контар сел напротив Каана, визуально сравнявшись с ним положением. Хотя положение Каана все равно было выше, ведь это его войско захватило дворец и его солдаты окружали правящую семью с оружием. Чтобы придать себе более расслабленный вид, Контар откинулся на спинку кресла, сделал глоток и уже без злобы спросил:
– И чего же ты хочешь?
– Прекращения войны, само собой. На моих условиях. Сколько бы ты ни хвастался своими резервными войсками, они не так многочисленны, и моральный дух их давно пал. Сражения с ними уже и на сражения не похожи. Бессмысленное кровопролитие. Но у меня есть оружие посильнее армии. Это слово короля. И я пришел им воспользоваться! – Голос Каана был низким и властным, его взгляд проникал в самую душу собеседника. – Ты помнишь те времена, когда мы были молоды? Наши планеты жили на равных, проявляя друг к другу уважение.
– О каком равенстве ты говоришь? Мерт-сегер – такая же колония, как и все, созданная нами. Колония, которую твой род захватил несколько веков назад. Колония отступников.
– Оставь эти речи для своих агентов, распространяющих ложь в колониях, – спокойно произнес Каан. – Ты прекрасно знаешь, что твои предки нашли на Мерт-сегере, исследуя планеты на предмет колонизации. Наш народ. Достаточно развитый, чтобы не стать вашими рабами. Этому есть подтверждения. Например, наш язык или хотя бы то, как сильно мы отличаемся от вас.