Страница 14 из 73
— Я рад за тебя, целительница. Свершилось то, чего я ожидал: ты стала мудрее. Пусть не пугают тебя россыпи знаний, они бесконечны, как сама Вселенная, и сколько бы человек ни знал, он никогда не достигнет предела. Познание бесконечно, как и бесконечно желание узнать новое, постигнуть неизведанное, понять непознанное. Когда-нибудь это безграничное стремление к знаниям либо погубит человечество, либо подарит ему небывалое могущество над силами природы. Но я пришел к тебе не для того, чтобы читать нудные лекции. Та женщина, о которой ты спрашивала, еще жива, я позаботился об этом, дав ей подкрепляющее снадобье. Но ее болезнь прогрессирует, а силы на исходе. Если ты ей не поможешь, она умрет. — Тисандр поднял руку, предвосхищая вопрос. — Я знаю, что в хранилище ты не нашла ни описания болезни, ни нужного снадобья. Между тем оно есть! Это редкая болезнь, и причина возникновения мне неведома. Но есть лекарство — сок травы млей, что растет на самом краю земли, за много сотен тысяч стадий от Аттики. Мало пройти это огромное расстояние, эту траву очень непросто отыскать. А времени у нас с тобой нет.
Ты, прекрасная Елена, только начинаешь свой путь в медицине, и тебе придется не раз встретиться с человеческими страданиями, побороть которые ты будешь не в силах. Будут гибнуть люди, а тебе останется только скорбно разводить руками и уповать на милость богов. В этом гигантском хранилище ты убедилась, что познать все нельзя, всегда найдется болезнь, которую не одолеть. Что же делать? До последнего времени у меня не было ответа. Долгие годы я искал причину опасных недугов, быстро уносящих людей в могилу. Некоторые болезни удавалось победить, но большинство других приводили людей к гибели, несмотря на все мои старания. Я находился на грани отчаяния.
Но великая Геката не оставила меня, преподнеся удивительный дар. Несколько лет назад при прокладке очередного подземного коридора на большой глубине строители обнаружили необычный предмет, по форме напоминающий цилиндр. Он был изготовлен из неизвестного материала и весил около одного таланта. Я отнес цилиндр в мастерскую для детального изучения. Несколько недель мы пытались понять предназначение загадочного предмета. Цилиндр пилили, резали, сбрасывали с высоты, нагревали до высокой температуры, поливали свинцом, охлаждали, но все было тщетно, он не раскрыл своей тайны. Однажды, возвращаясь из книгохранилища в свою келью поздно ночью, я решил заглянуть в мастерскую. Меня привлек странный золотистый свет, который струился по стене. Подойдя поближе, я был поражен: недалеко от стены, буквально в воздухе, висело изображение какого-то странного манускрипта. Алфавит был мне незнаком, поэтому я не мог понять смысл текста. Это была точная копия пергамента, но слова яркими символами горели не на бумаге, а прямо в воздухе. От волнения я начал ходить по залу, и, когда оказался вблизи цилиндра, текст внезапно переменился; я повторил попытку — и снова произошло изменение текста. Подозревая, что случилось что-то необычное, и уповая на милость прекрасной Гекаты, я запер зал и отправился в свою келью, чтобы предаться размышлениям.
Тисандр сделал эффектную паузу. Елена, зачарованно слушавшая старого жреца, в волнении воскликнула:
— Что было дальше?
Служитель светоносной Гекаты продолжил:
— Я выяснил, что текст появляется строго в определенное время и держится в течение трех часов. Если не производить никаких движений вблизи камня, то текст не меняется. Я зарисовал несколько страниц, перенеся их на пергамент, и приступил к расшифровке. Дело шло плохо, я не находил аналогичных букв в знакомых мне языках и хотел уже забросить все, так ничего и не добившись. Но странное стечение обстоятельств помогло мне. В храм Асклепия пришли матросы с торгового судна, который недавно бросил якорь у нас на острове. Они привели своего товарища, который едва стоял на ногах, его лихорадило, все тело было покрыто язвенными струпьями. Мне удалось исцелить его. В благодарность за спасение, зная, что храм покупает старинные рукописи и манускрипты, матросы преподнесли в дар пергаментный свиток. Я узнал буквы. На обратной стороне свитка оказался перевод текста. Смысл этого послания был в том, что один властитель благодарил другого за оказанную услугу. Но откуда взялся перевод и как этот пергамент попал на торговое судно, матросы не знали.