Страница 20 из 42
Глава 16. Как сложно всё принять…
Влад…
Сижу под дверью кабинета и места себе не нахожу.
Она сказала, что в порядке, но я по глазам её видел обратное.
Не может быть человек в порядке, когда на него нападают, тем более девушка.
Видел ведь, что она погружена в эти мысли. И даже вчера это видел, да только не пресёк вовремя, придурок чёртов.
Господи, очень надеюсь, что Филипп Игнатьевич сможет помочь ей, как мне помог когда-то.
Частная клиника, в которой я нахожусь недалеко от моего дома. Удобно очень. Как только они закончат, я смогу отвезти Марину и угостить обедом. Только куда именно её лучше отвезти?
Чёрт, совершенно не знаю, как нужно вести себя в такой ситуации.
А стоит ли вообще что-то делать? Может уже пора пресечь всё это и постараться забыть обо всём? Ведь сам же влипаю в чувства с каждой проведённой секундой всё больше и больше.
Марина, она не такая, как другие женщины, которые мне когда-то встречались. Она чистая, светлая и открытая. Она как раскрытая книга, которую хочется изучить от корки до корки.
Умом понимаю, что нельзя, а вот душа просто требует этого. И я, чёрт побери, не могу этому противиться!
Дверь кабинета открывается, и Марина выходит в коридор. Немного хмурится, но заметив меня, её взгляд светлеет.
– Ты как? – спрашиваю я, поднимаясь. – Всё в порядке?
– Да, всё хорошо, – говорит малышка и улыбается. – Я же сказала, что со мной всё в порядке! Даже Филипп Игнатьевич подтвердит мои слова!
Поднимаю взгляд, седовласый мужчина выходит следом из кабинета и протягивает мне руку.
– Приветствую, – говорит он.
– Добрый день, Филипп Игнатьевич, – отвечаю на рукопожатие. – Простите, что так неожиданно нагрянули, но…
– Всё в порядке, – улыбается тот. – И ты напрасно переживал, с Мариной Викторовной всё в полном порядке. И смею заметить, если бы ты не успел в тот вечер вовремя, всё могло бы быть печальнее.
– Понятно, – говорю я. – Простите за беспокойство.
– Но я хотел бы переговорить с тобой, Влад. Всего на одну минутку. Уделишь?
Смотрю на Марину, она разглядывает всё вокруг, а услышав в разговоре паузу, оборачивается и кивает мне.
Вхожу в знакомый кабинет и располагаюсь на удобном диванчике напротив доктора.
– О чём вы хотели поговорить со мной? – спрашиваю я.
– Я так понимаю, что вчера именно ты спас эту девочку от нападения? – задаёт он вопрос.
– Верно, – киваю я. –Я боялся, что из-за той драки её будут мучить кошмары.
– Напрасно ты этого боялся, потому что она в полном восторге от своего спасителя. Кроме того, мне кажется, эта девочка привязалась к тебе.
– Что? – удивляюсь я.
– А ты, когда спасал её от насильников, как думал она отреагирует? Я понимаю, для тебя всё это привычно, но для обычных людей это что-то нереальное. Я же видел всю вашу группу в действии, это и на меня произвело неизгладимое впечатление. Именно поэтому я тогда взялся за тебя, Влад.
– Что вы хотите этим сказать, Филипп Игнатьевич? – хмурюсь я.
– А то, что тебе стоит присматривать за этой девочкой.
– В каком смысле, присматривать?
– В обычном, – говорит он. – Я же вижу, что вас с ней связывает нечто большее, чем просто знакомство.
Чёрт, от него ничто не утаить.
– Мне кажется, вы немного не понимаете, что происходит, – говорю я.
– Нет, Влад, я всё прекрасно понимаю. И понимаю даже больше, чем ты думаешь, – говорит он, уставившись в мои глаза. – А ещё я понимаю, что проблема находится в тебе, а не в ней.
– Что?
– Стесняешься себя? – усмехается доктор.
Качаю головой. Злость откуда-то берётся.
– Стесняешься-стесняешься, – настаивает он с улыбкой. – Только напрасно. Потому что она крепко на тебя подсела. И если будешь пытаться сдать назад, из этого ничего хорошего не выйдет. Ни у тебя, ни у неё.
– Филипп Игнатьевич, эта девочка подруга моей дочери, не думаю, что вы верно оценили ситуацию, – говорю я, поигрывая желваками.
– Злишься, – хмыкает он. – Прекрасно тебя понимаю. Но какая разница, кто эта девочка, если именно она вытащила тебя из кокона?
– О чём вы?
– Ты же словно мечущийся щенок, который ищет дверь из запертого дома, и найти не может. А девочка тебе показала на выход к свободе. И только от тебя зависит, воспользуешься ты этой возможностью, или нет.
– Филипп Игнатьевич, послушайте…
– Нет, Влад, это ты послушай, – говорит он жёстко. – Сейчас у тебя есть шанс снова начать жить полной жизнью. Познать все радости. Девочка эта тебе показала, как оно может быть. Неужели ты не готов воспользоваться шансом и начать всё заново?
– Вы сами-то понимаете, что предлагаете мне? – спрашиваю я, и поджимаю губы.
– А что ни так?
– Филипп Игнатьевич, сколько мне лет, и сколько ей?
– Возраст? Это такие мелочи, – фыркает он.
– Да я ей через пару лет противен стану!
– Что за чепуху ты несёшь? – удивляется он. – С чего ты вообще это взял?
– Она может найти себе нормального парня и встречаться с ним. Потом замуж выйдет, детей нарожает. А я что могу ей дать?
– А чем ты хуже того молодого парня, о котором говоришь?
– Возрастом! – припечатываю я.
– Посмотри на меня, – говорит Филипп Игнатьевич. – Мне уже скоро шестьдесят, а моя жена снова беременна. Думаешь, я стану плохим отцом для нашего ребёнка?
– Нет, но вы другое дело.
– И в чём же между нами разница? В том, что моей жене сорок один, а этой девочке двадцать три?
Смотрю на него и челюсть отваливается.
– Филипп Игнатьевич, как бы там ни было, для меня это неправильно.
– Что именно неправильно? Хотеть быть счастливым? Или желать сделать счастливым ещё кого-то?
– Она подруга моей Лили, вы понимаете это?
– Это жизнь, Влад. Не думаю, что твоя Лиля будет против того, чтоб её отец был счастлив.
– Вы вообще понимаете, о чём говорите?
– Я-то понимаю, а вот ты пытаешься надумать какую-то проблему, и заставить поверить других.
– Филипп Игнатьевич…
– Вот что, Влад, послушай моего совета, – говорит он серьёзным тоном. – Не руби сгоряча, а подумай хорошенько. Готов ты от неё отказаться, или нет. Потому что эта девочка от тебя уж точно отказываться не намерена.
Тяжело вздыхаю и прикрываю глаза.
Глупо всё это, и до невозможности неправильно.
– Я вас услышал, Филипп Игнатьевич. И спасибо, что уделили время, – говорю, поднимаясь.
– Обращайся, – произносит с улыбкой, и протягивает руку.